Страница 88 из 91
Для него они все были на одно лицо и цвет. Хитрый непонятный народ, гоняющийся за силой. Сегодня они сражаются вместе, а завтра против друг друга. Сила — вот что заставляло их подчиняться хоть какой-то иерархии, и человеку, который знал, что такое субординация и где не всегда сила решала всё, такое было непривычно. Как можно доверить спину тому, кто только и мечтает в неё воткнуть нож, чтобы стать самым-самым?
У Рондо, Тефеи и Аэль было всё не сильно лучше. Да, они отбили атаку «людей с неба», но дворец теперь горел и разрушался, тем самым лишая их единственного места, где можно было укрыться. Тем не менее время пока было.
— Вон кого я вам принесла, — бросила Рондо на пол связанное по рукам и ногам тело. — Наша пташка отлеталась.
— Это Небесная Всадница? — присела перед ней Аэль и зачем-то начала тыкать ту в щёку.
Девушка с узкими глазами зло посмотрела на неё, но ничего не ответила. Не из-за выдержки — Рондо ей кляп засунула в рот, пока мотала по ногам и рукам. А того глядишь, уже бы палец откусила.
— С собственной персоной. Мы ей с Самсоном позвоночник перебили, так что бегать уже не сможет.
— Бедная… — вздохнула Аэль и погладила ту по голове. Небесная Всадница недоверчиво прищурилась, но возмущённо мычать и брыкаться прекратила.
— А где сам Самсон? — спросила Тефея.
— На драконе. С другой Всадницей сражается.
— А он нам драконов не пригонит? — спросила Аэль. — Я бы в такой воздушной битве поучаствовала бы.
— Он не сможет управлять сразу несколькими, — остудила её пыл Тефея. — А сами мы чужого дракона, даже если оседлаем, не удержим.
— Жаль… — вздохнула она. — Тогда что нам остаётся? Ждать?
— Я бы не стала на твоём месте, Аэль, если только нет желания сгореть вместе с чужим дворцом, — хмыкнула Рондо. — Я видела, что со стороны восхода прорываются, так что предложила бы поучаствовать в старой доброй обороне, как на тренировках.
— Мелисса сказала ждать, — напомнила Тефея.
— Ты вроде бы и читаешь много, но иногда такое говоришь… Ждать где? В горящем здании?
— Нет, но… — смутилась та.
— Идём. Аэль, пригляди за нашей пленницей.
— А почему я⁈ Я тоже хочу в обороне посидеть! Пусть Тефея сидит! Она самая умная, может разговорит её.
— Я язык не понимаю их.
— Ну как раз разберёшься и расскажешь нам! А мы с Рондо пока повоюем.
— Но я не хочу с ней сидеть, Аэль.
— И я не хочу! Почему я сразу?
— Потому что ты самая мелкая из нас. Даже Самсон тебя полторашкой зовёт, — напомнила Рондо.
— Это потому что я ему нравлюсь!
— Да как же, ему та молодая копчёная дура нравится.
— Мне казалось, ему Мелисса нравится, — заметила Тефея. — Он постоянно смотрит на неё.
— На неё все смотрят, у неё два больших аргумента спереди и два больших аргумента сзади. А вот с той копчёной у них явная симпатия.
— Ага-ага, потому он с ней и не особо горит желанием встречаться, — фыркнула Аэль. — Я бы больше в этих ускоглазых поверила, одна уже вторую ночь захаживает к нему.
— Я могу спросить, откуда ты это знаешь, Аэль? — покосилась на неё Тефея.
— Ну… я просто знаю!
— Да это вообще не секрет, она ему массаж делает, он сам об этом и рассказывал, — рассмеялась Ронд, а Аэль расстроилась тому, что не одна посвящена в тайну. — Кстати, я позвала одну к себе, действительно, массажирует, как силой духов напиталась, так что не могу критиковать его за это.
— Настолько хорошо? — уточнила Тефея.
— Я бы сказала божественно. Я думаю, что Флория бы оценила их.
— Тем не менее, кто нравится Самсону? — спросила Аэль.
— Мне иногда кажется, ему нравится Серафина. Я была свидетелем того, как он странно на неё смотрит.
— Ты сейчас всех перечислишь, Тефея, — отмахнулась Рондо. — Давайте зайдём с другой стороны, кому он нравится из нас?
Все переглянулись, помолчали, после чего в голос произнесли:
— Мелисса?
Но Рондо первой же сама себя и опровергла:
— Нет-нет-нет. Ей все нравятся, у кого хрен есть. И даже те, у кого его нету — она не сильно разборчива в этом плане, потому не в счёт. Кому ещё он нравится?
— Жаннель? — предположила Аэль.
— Ты шутишь? Да она его терпеть не может!
— Мне говорили, что, когда девушка громко злится на мужчину, в душе он ей нравится!
— Юринь, — предположила Тефея. — Она иногда его буквально преследует.
— И шепчет что-то про месть. Нет, Юринь на своей волне, ей нравятся разве что мёртвые и такие же странные, как она сама.
— Самсон странный, — напомнила Аэль.
— Не настолько. Он там что-то учудил с ней в начале, вот она за ним и приглядывает теперь. Нет, не то. Кто ещё? Ирис? Она вечно краснеет рядом с ним?
— Ирис краснеет всегда, когда рядом мужчина, — ответила Тефея.
— А это правда, что она странно себя вела после вашего праздника в честь победы? — спросила Аэль. — Мне просто кое-кто рассказал, что она прямо как-то совсем смущалась всего.
— Кое-кто? Аэль, это я тебе рассказывала, — напомнила Рондо.
— Она странно себя вела? — взглянула на неё Тефея.
— Чуток не типично для себя. Как будто пыталась не смотреть в его сторону.
— Учитывая, что она смущается мужчин и весь вечер с ним целовалась, не удивлена.
— Получается… наш Самсон никому не нравится? — прямо-таки расстроилась за него Аэль. — Это даже грустно как-то…
— Мне кажется, Аэль, тебе он нравится, — хмыкнула Рондо.
— Я не знаю, — пожала та плечами.
— Не знает она… — та опустила взгляд нагнулась и схватилась за верёвки, подтащив к себе пленницу. — Куда поползла⁈ Ладно, обсуждать это интересно, конечно, но мы очень сильно отвлеклись от темы, как будто всё вокруг круто. Так что, кто будет сторожить эту ускоглазую?
Вокруг творился ад. Самый настоящий беспощадный ад, которому не было конца и края, а я, как на зло, не мог в нём даже поучаствовать. Лезть к своим во дворец — может прихлопнуть собственная система безопасности. Лететь к тому парящему дворцу — боюсь, меня на подлёте порвут на части. Сражаться — непонятно кто где и против кого. Я даже Суко не вижу.
Но всё решил случай.
Битва была в самом разгаре, когда из парящего дворца вдруг вылетел по навесной траектории какой-то красный луч, словно выстрел из мортиры. В меня он не попал, там вообще ни рядом было, но и не в меня он целился. Магический снаряд попал в город на горе, и тут же в небо поднялось взрывное облако. По округе эхом прокатился раскат грома.