Страница 38 из 88
Тоня
Уходить в свои комнаты, значит, признать, что проиграла ещё одну схватку. Лида с упорством висельника оставалась в гостиной, куда переместились после обеда. Боялась, что стоит уйти, за спиной примут решение выставить их семью из дома. Липкий страх при мысли остаться ни с чем, расползался по позвоночнику. Самый ужасный кошмар: проснуться голодной в разрушенном пожаром доме. Взгляда на кардинально изменившуюся, ненавистную племянницу хватило, чтоб взбодриться.
— Не думай, что я смирюсь с отменой диагноза! Ложись в клинику, пусть там подтвердят!
Тоня рассмеялась. Она физически ощущала, что где-то внизу сопит обиженный охранник. Рассказывает остальным, что с серой мышью нужно держать ухо востро. Второй раз так легко свалить их не удастся. Придётся пугать.
— Тётушка, прекратите держать меня за дуру! Предупреждаю! Увижу у дома врача или скорую помощь, звоню Савве и в полицию! На крики, что меня убивают, они приедут!
Лида не знала, что на это ответить, но сдаваться не собиралась. Ещё ничего не потеряно. Пожалуй, с угнетением перегнула палку. Прислугу найти не так уж и сложно, проблема в другом. Из рук вырвали главную причину подчинения. Придётся найти другую страшилку. Пришло время звонить покровителю. Она поднялась из уютного кресла. Пусть Таня с Щульгиным строят козни. Её крыша выше взявшегося из ниоткуда бизнесмена.
— Созывайте консилиум. Меняйте, убирайте диагноз, но мы опекуны несовершеннолетнего Артёма, — хитрый злой взгляд брошен на улыбающуюся Таню, — и твои, до двадцати одного года или замужества. Прочти внимательно завещание твоего отца. Подчиняться придётся!
Тоня вошла в раж. Любая победа окрыляла. Она сцепила руки, провожая тётку презрительным взглядом. В глазах Шульгина поддержка. На него можно рассчитывать. Она чеканила слова уверенным голосом:
— Этим займутся юристы! Не может быть, что не составлен пункт, как поступать в случае жестокого обращение с опекаемыми. Если такого нет, найдём способ избавиться от вашей семьи!
Лида нагло усмехнулась:
— Удачи! — Она, не оборачиваясь, махнула рукой из-за плеча: — Не забывай, мы тоже Королёвы! — и вышла.
Тоня плотно прикрыла за тёткой дверь. Она мерила богато обставленную гостиную нервными шагами.
— Тебе не кажется, что Лида стала спокойной в последние десять минут спора?
Шульгин напротив, выглядел очень спокойным.
— Ты ждала, что лиса будет истерить до последнего? Слишком быстро учится, не ожидал. Фазы отрицания и гнева прошли. Теперь будет торг, — он кивнул на дверь, — но не с нами. Я говорил, за ними кто-то стоит.
— Почему ты оказался в нашем доме? Не считай меня дурочкой. Белобрысая вешалка проболталась, что я твоё задание.
Савва скривился. Ответить пространно не получится, но попробовать стоило:
— Она оговорилась.
Тоня усмехнулась. Это они уже проходили.
— Нет, просто слишком болтливая, а ты видно в постели любишь поговорить.
Обострённая интуиция подсказывала, нужно брать всё в свои руки или будет поздно. Тоня остановилась напротив кресла с Шульгиным и присела на корточки, чтоб смотреть снизу вверх. Не выше или на равных, а чуть ниже, теша мужское эго. Вторая попытка докопаться до правды. Жить под чужой личиной до двадцати одного года не прельщало.
— Тебе не кажется, что пришло время рассказать, что за наследство я получу? Почему за мной нужно приглядывать? Я должна знать, к чему готовиться. Лида придумает новую схему или подскажут, как ещё нас подчинить и что?
— Попробуй попасть в кабинет Валеры. Просмотри документы, что у него есть. Там можно найти ответы на многое.. — Он поднялся. — Мне пора. Постарайся продержаться до завтра! — Крепкая рука ухватила за узкую ладошку.
Тоня на автомате напряглась. Савва с удивлением уставился в покрасневшее лицо.
— Ты не такая слабая, как кажешься на первый взгляд..