Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 32 из 85

Командир произнёс:

— Поздравляю, Энджи, ты полукровка. Ты происходишь из линии Михаила, а твоя категория — первое исцеление.

Парень, сидевший по другую сторону от меня, пробормотал:

— Слабо. Если поранишься, аптечка, скорее всего, поможет лучше неё.

Его друг со второго ряда шикнул на него.

— Могло быть и хуже. По крайней мере, ей разрешили остаться.

Я посмотрела на Трева, чтобы понять, слышал ли он это. Он подмигнул мне.

— С тобой всё будет в порядке.

Я прошептала:

— Почему ты вообще сидишь здесь с нами, если хочешь оставаться нейтральным?

Он прошептал в ответ:

— Мне нравится действовать Командиру на нервы.

Я почти не слушала, когда на сцену вызвали парня, сидевшего рядом со мной. Меня гораздо больше интересовала история отношений между Тревом и Командиром.

Женщина тасовала карты, а мои мысли блуждали. Может, если я окажусь единицей, меня выгонят из Академии. Было бы неплохо, правда? Что вообще может дать Академии человек первого уровня? Я бы просто научилась мастерски подавлять свои способности. Однажды на улице я уже встречала даркена в форме Академии Одарённых, и он не заметил во мне ничего необычного.

Мой взгляд остановился на Командире. У меня возникло ощущение, что вызывать Трева он не собирается. Ранее он сказал, что новых благословлённых четверо, хотя в нашем ряду сидело пятеро. Почти уверена, именно поэтому Трев вскочил на ноги и направился к сцене ещё до того, как успели назвать следующего студента.

Он поднимался по боковым ступеням с такой уверенностью, что это граничило с дерзостью. В отличие от остальных, он даже не поприветствовал Командира, а лишь ухмыльнулся. Командир никак не отреагировал, когда Трев прошёл мимо него. Эти двое определённо ненавидели друг друга. Может, это было что-то из разряда соперничества альфа-самцов? Я только надеялась, что Трев не перегнёт палку со своей самоуверенностью.

Я рассмеялась, когда Трев сел в кресло рядом с пожилой женщиной и улыбнулся ей, пока она тасовала карты. Когда она никак не отреагировала, он ещё и подмигнул ей, отчего я рассмеялась снова. Его флирт не знал границ. Через несколько секунд пожилая женщина улыбнулась Треву и подмигнула в ответ. Обольститель сам оказался очарован. Она указала на карту слева.

Командир сказал:

— Какой сюрприз. Похоже, ты нефилим. Рождён от одного из первых падших и отмечен Михаилом.

Трев поднялся на ноги и отвесил шутливый поклон.

— Всеобщий любимый телохранитель, — сказал он, а затем ободряюще кивнул мне.

Дети позади меня ахнули, и я отвела взгляд от Трева. Я посмотрела на пожилую женщину и увидела, что она показывает пять пальцев, обозначая уровень силы.

Трев скрестил руки на груди и ухмыльнулся Командиру. Тот совершенно не выглядел впечатлённым, когда объявил, что Трев может вернуться на своё место.

Почти все студенты захлопали и начали приветственно кричать, пока Трев уходил со сцены.

Командир не выглядел удивлённым тем, что Трев оказался нефилимом или обладателем пятого уровня. Что я упускала?

Парень рядом со мной едва не взвизгнул:

— Ты можешь в это поверить? Настоящий нефилим. Это же безумие.

Все возбуждённо перешёптывались, словно Трев был знаменитостью.

Он сел рядом со мной и сжал моё колено.

— Похоже, теперь твоя очередь, красавица.

В этот момент Командир назвал моё имя.

Это было ужасно. Подниматься на сцену перед таким количеством людей. Я смотрела себе под ноги, проходя мимо Командира и направляясь к креслу. Мои руки дрожали, пока пожилая женщина тасовала карты, а затем начала тасовать их снова. Словно она чувствовала мою тревогу и хотела растянуть это ещё сильнее. Она перевернула одну карту, затем другую. Она продолжала открывать карты, пока вся чёртова колода не оказалась разложенной лицом вверх. Затем её рука дрогнула, когда она потянулась к моей. Она ненадолго закрыла глаза, а потом просто уставилась на меня.

Через пятнадцать секунд, которые показались скорее часом, я посмотрела на Командира. Его брови были нахмурены. В толпе начался шёпот, но не такой возбуждённый, как во время объявления Трева.

О нет.

Что бы сейчас ни происходило, ничего хорошего это не означало.

Командир подошёл к нам и присел перед пожилой женщиной на корточки.

— Что такое, Сариэль?

Она покачала головой.

— К ней прикасался не один архангел. Она часть пророчества.

Это прозвучало совсем не обнадёживающе.

— Какой у меня уровень? — Пожалуйста, скажите, что первый. Пожалуйста, скажите, что первый.

— У тебя нет уровня.

Я с облегчением выдохнула.

— Невозможно присвоить уровень тому, чем ты являешься.

Вот дерьмо.

Я посмотрела на Командира.

— Может быть, это ошибка?

Он мне не ответил.

Что ещё хуже, он не выглядел удивлённым словами Сариэль. Вместо этого он тихо спросил её:

— К ней прикасался даркен?

Она покачала головой, а затем сказала:

— Мы слишком затянули. Они поймут, что что-то не так. Объяви её полукровкой, но дай ей средний уровень силы.

— Почему она должна лгать? — спросила я.

— Чтобы защитить тебя, — ответил Командир, поднимаясь на ноги.

Он повернулся к студентам.

— Студенты, похоже, перед нами ещё одна полукровка, но мы не уверены, из какой именно она линии. Сариэль смогла сузить выбор до двух вариантов.

По залу прокатилась волна шёпота и приглушённых разговоров.

Сариэль указала на карту Габриэля, прекрасного ангела с длинными каштановыми волосами и тёплой улыбкой. На его карте было написано: «Суд». Затем Сариэль указала на карту Азраэля, грозного воина, стоявшего с гордо поднятой головой. Внизу его карты значилось: «Смерть». После этого Сариэль подняла три пальца, и Командир поздравил меня перед всей аудиторией.

Я оцепенело поднялась со своего кресла и вернулась на место. Никто не аплодировал мне так, как аплодировали Треву.

Пожилая женщина сказала, что меня благословил не один ангел. Как такое вообще возможно?

Я опустилась на стул, стараясь не обращать внимания на шёпот вокруг. Я не была уверена, поверили ли студенты в то, что дорогая старая Сариэль действительно запуталась в том, кто именно меня коснулся. По моей спине стекал пот.

Она сказала «пророчество»?

О нет.

Мне нужно было выбраться из этой школы ещё вчера. Я не понимала до конца, что всё это означает для меня, но точно знала, что ничего хорошего. Мне нужно бежать.