Вернуться 6

Долбаный стрелок за гранатомётом никак не мог успокоиться, пытаясь поразить слишком быстро двигающуюся фигуру человека, мелькающую то тут, то там перед ним, «проявляясь» между летающих, песочных взвесей и выхватываемую световыми лучами осветительных приборов.

Водитель внедорожника с гранатомётом среагировал первым, когда противник получил рядом с собой очередь из нескольких гранат, а затем метнулся с территории лагеря в пустыню. На какое-то время возглавив «загонную» охоту и оставив позади внедорожники с крупнокалиберными пулемётами. Гранатомётчик — профи, вгонял гранаты поблизости с беглецом, правда пока ни разу не замедлив бег цели.

Герман, постоянно получающий осколки в нижние конечности, шипел сквозь зубы от боли, но не останавливался, стремясь утянуть за собой пограничников. На десяток секунд скрылся за одним из барханов, но затем его укрытие обошли с двух сторон внедорожники с пулемётами, выгнав его в пески, подхлестывая пулями вдогонку.

— Убью, тварь! — ещё несколько нецензурных ругательств от взбешённого Башара. — Сам с него живьём кожу сниму.

Ожидаемое им и… очередное неожиданное нападение на лагерь, в виде первого «привета» — пробивших ткань шатра пуль над головами, а затем взорвавшаяся вокруг перестрелка. С «добавкой» от вернувшихся патрулей в виде грохота автоматического гранатомёта и крупнокалиберных пулемётов.

— Хага! (Дерьмо! — прим.) — в этот раз капитан вставать не собирался, опасаясь прилёта пуль гораздо ниже, чем до этого. — Надо это прекращать.

Злорадно отметил, что на лице шейха было загнанное выражение, а в глазах отражалось понимание того, что ситуация всё больше начинает накаляться. И тут грохот от крупнокалиберного оружия стал удалятся от лагеря в южном направлении, а вокруг шатра стали утихать многочисленные выстрелы. Еще полминуты и в шатёр в очередной раз заглянул лейтенант.

— Господин капитан… — лицо его было перекошено от злости, — убит очередной пулемётчик. Среди бедуинов потери, — а это было сказано совершенно безразлично. — Повезло, что успели вернуться наши патрульные группы. Сейчас они гонят нападавшего по пустыне. Не дают ему оторваться от них.

— Остальные? — капитан надеялся, что его собственная группа не сорвалась в общем желании уничтожить наглеца. Ведь это могло быть ловушкой: вытащить их в пустыню, а затем атаковать оставшихся без защиты людей в лагере.

— Я удержал их от преследования, — веско заявил лейтенант, действительно остановившего людей из их с капитаном группы, желавших последовать за своими сослуживцами. — У нас ещё один погибший.

— Грузите наших убитых в машины. Мы уходим, — вставая на ноги капитан взглянул на торговца с вопросом в глазах.

Мертвецы займут места в кузовах, но оставлять их здесь Башар не может. Бюрократия! И ему придётся заполнить много бумаг, чтобы отчитаться перед своим вышестоящим начальством. Ничто не поможет ему уклониться от этой неприятной задачи.

— Господин Флетчер, вы не поменяли своё решение?

— Нет, господин капитан, — кивнул торговец. — Действительно, пора. Что-то здесь стало совсем жарко.

— Господин, — в шатёр зашёл разъярённый Малик, на левой руке которого в районе предплечья была видна белая повязка.

В разгар внезапно начавшегося боя, несмотря на то, что он залёг сразу же, как началась стрельба, он оказался в неудачном месте. И осколок гранаты, пролетев большое расстояние, впился в мякоть руки.

— Что происходит? — в голосе Абу Бакра явственно звучала не тревога, а пробивающийся страх. На лбу были видны капли пота, а от тела шёл запах страха…

— На нас опять напали! — доложил Малик.

— Это я и без тебя понял, сын верблюдицы и ишака, — сорвался голос шейха. — Какие наши потери?

— Пять человек убиты, трое — ранены, — глаза Малика вспыхнули от незаслуженного оскорбления, но он сдержался, несмотря на дикое желание ответить грубостью.

Ему было что сказать!

Очередная атака лагеря неизвестным. Очередные убитые соплеменники. Возникший бардак, а потом побег убийцы в пустыню, за которым бросились в погоню патрули пограничников.

Всё это… такое… Его душила злоба из-за того, что оставшиеся в живых воины успели ему доложить о том, что непосредственно атаковавшим их человеком были однозначно убиты два бедуина и очередной пулемётчик пограничников. А ещё один бедуин и две женщины были убиты «дружественным» огнём — пулемётчиком. Который наплевав на людей, расстрелял несколько палаток, убив находящихся внутри одного из шатров женщин, а также одного из воинов Малика, не вовремя поднявшего голову для стрельбы. Малик имел дикое желание набить морду капитану. Его сдерживало понимание того, что это может привести к столкновению и жертвам с обеих сторон.

— Из-за ваших людей… — скрежетнул зубами Малик, ненавидящий взгляд которого упёрся прямо в лицо капитану. — Погибли мои соплеменники.

— Это война, бедуин! — прошипел Башар. — Сколько было нападавших? — отвел взгляд от пышущего злобой кочевника и опять посмотрел на лейтенанта.

— Бойцы видели одного, — ответил тот.

— Один! — выплюнул Малик, левая щека которого дёрнулась.

— Тварь! Мстительный урод, — выругался Башар.

— Вы про кого? — шейх не сразу понял о ком говорит капитан.

— Про вашего кровника, — совсем не радостно улыбнулся Башар. — Он однозначно вернулся. И не уйдёт. Господин Флетчер! — обратился к торговцу, намереваясь уходить.

— А как же ваши люди? — шейх сильно забеспокоился и своим вопросом задержал Башара. — Они же преследует нападавшего, как я понял⁈ Они же его догонят и убьют?

Флетчер, готовый последовать за капитаном, недовольно смотрел на шейха, желая убраться отсюда как можно быстрее. Не желая терять здоровье, а паче — свою жизнь в этом месте. Люди шейха не могут обеспечить безопасность, с каждым нападением теряя своих бойцов. А нападающий каждый раз уходит, а потом возвращается. Нет гарантий, что не вернётся в следующий раз, несмотря на то, что его преследуют пограничники. Флетчер одним местом чувствовал, что ещё ничего не закончилось.

— Не факт! — нехотя сказал капитан, предчувствуя, что ещё ничего не кончилось.

— Соглашусь, господин капитан, — поддакнул лейтенант.

Взгляд шейха метался между пограничниками и торговцем, выражая мучительные размышления по сложившейся ситуации.

— Дозорные не выходят на связь, — окончательно добил шейха Малик. Не сразу вспомнившего, что попытался связаться со своими людьми. И не получил ответа от них.