Страница 52 из 81
Я начинала пинаться, чтобы прогнать его, но он лишь удобнее устроился между моих ног и начал медленно снимать с меня одежду. На мне по-прежнему была куртка, которую не успела снять. Громила расстегнул её быстро, а потом принялся за свитер. До этого момента я не знала, что тёплую вещь можно так легко порвать. Но всё бывает в первый раз. Одним рывком он порвал мой свитер вместе с майкой, оголяя набухшую грудь. Я почувствовала, как стала уязвимой, пристыженной. Его глаза пожирали меня также, как и тогда, когда я вонзила нож ему в бедро. Мне становилось мокро и невыносимо. Я не хотела быть в его глазах слабой и доступной. Но с каждым взглядом, краснела всё больше. Особенно, когда громила стянул с меня лосины и штаны, оставив в одних трусах. Влад пожирал взглядом моё тело, пока я пыталась свести ноги. Но он не позволил мне это сделать. Его огромные руки развели мои ноги в стороны, открывая вид на очень влажное бельё.
— Тая, врать очень плохо. Особенно мне, – прохрипел громила, массируя большим пальцем чувствительное место между моих ног. Моя кожа покрывалась мурашками от нарастающего жара снизу. Заставляла дрожать. Тяжело дышать. От его движений я не смогла сдержать тихий стон.
— Прекрати, – стонала, не в силах, что-либо ещё сделать.
Влад на это лишь усмехнулся и стянул с меня влажные трусики. Они сразу же полетели на пол с остальными вещами, которые парень стянул с себя. При свете жёлтого освещения, тело громилы, казалось, светилось, словно сам господь изгнал его из райского сада, за грехи. Крупный, с вычерченными венами на руках и твёрдым торсом, он возвышался надо мной во всей своей красе. Когда мой взгляд случайно упал на его стояк, я закрыла глаза. На нём абсолютно не было одежды, как и на мне. От этого становилось стыдно и неловко. Я лишь почувствовала, как кровать подомной снова прогнулась. Он был надо мной. Его дыхание касалось моей оголённой шеи, от чего соски твердели и тёрлись об мускулистую грудь парня. Тесно. Жарко. Невыносимо дышать. Тело громилы обжигает меня. Пока его огромная ладонь вновь не оказывается на моём лице.
Он развернул мою голову к себе и приказал:
— Открой глаза, живо!
Я не хотя их раскрыла и снова уставилась в зелёные глубокие глаза Влада. Одна его рука начала круговыми движениями массировать мой клитор, вызывая внизу новый прилив жара, который я не могла скрыть. Его достоинство упирается в мой живот, двигаясь вперёд и назад, заставляя гореть. Я чувствую, как смазка с головки медленно стекает на моё тело. Он не обращает на это внимание и продолжает ускоренно массировать мой клитор. Пока я не чувствую приближение взрыва.
— Отпусти.. Ах. Это слишком.. – стону я не в силах проговорить нормально слова.
— Слишком хорошо, верно, карамелька? – С этими словами он накрывает мои губы своими.
Это становится спусковым крючком. Я начинаю трястись и стонать в его рот, не в силах сдержаться. Наши языки сплетаются, смешивая запахи и вкусы. Становясь единым целым. Разум окончательно мутнеет не в силах прийти обратно в норму.
— Какая ты красивая, когда кончаешь, – говорит громила, оторвавшись от моих губ. Его пальцы снова проскальзывают в мои влажные складки и резко входят. Я громко стону. Хочу обхватить его, но не могу из-за верёвок на запястьях. Это всё выглядит как средневековая пытка, которая только началась.
— Развяжи меня.. Ах! – стону, когда он начинает ускоряться во мне. Его пальцы трахают меня до тряски в ногах, которую я не могу остановить.
— Не развяжу пока ты не признаешься. Я всё ещё жду, – хрипит громила, добавляя второй палец.
От этого внутри становится невыносимо тесно. Я не могу ничего сказать, лишь тяжело вздыхаю и изгибаюсь под каждым его движением. Опьяняющими. Жаркими. Теми, что заставляют меня впиваться в его губы. И громила не отвергает этого. Он страстно целует меня, ускоряясь во мне. Пока окончательно не вынимает пальцы, мокрые от моей смазки.
А потом я чувствую кое-что больше у своего влажного входа. Это был член. Горячий и явно не подходящий под мои габариты. Я не успеваю ничего ответить, как громила впивается в мои губы и резко входит в меня до конца. Боль пронизывает словно молния от кончиков пальцев до соединения, между нами. Парень вошёл в меня без смазки и презерватива, что сильнее ощущается сейчас. Слишком чувствительно и больно одновременно. Но при этом Влад не двигается во мне. Он целует со страстью, заставляя гореть ещё сильнее. Сердце стучит так беспокойно от его поцелуев, что не хочется отрываться. Пока я не слышу, как развязывается верёвка. Мои руки больше не скованны, и в теории можно улизнуть. Но вряд ли это получится. Да признаю, я поступаю чертовски неправильно, но сейчас мне не хочется останавливаться.
Громила отрывается от моих губ и шепчет:
— Я хочу, чтобы ты касалась меня.
— Хорошо, – стону я и ложу свои руки ему на голову, сжимая в пальцах его непослушные локоны.
Влад опускает голову к изгибу моей шеи и начинает покусывать меня, одновременно выходя из меня. Но потом он снова входит с моим стоном. Боль между ног жжётся, не давая прийти в себя, пока громила одной рукой сжимает мою грудь. Снова и снова. С каждым моим болезненным стоном он вдалбливает моё тело в кровать. Пока я сильно сжимаю в кулак его волосы. Наши стоны смешиваются, образуя цельную симфонию. Мелодию. Что родилась в этот зимний день. Громила снова целует меня, а потом ускоряется, смотря в мои глаза.
— Ах, ты такой красивый, – необдуманно стону я, касаясь кончиками пальцев его шрамов на лице.
Он не отвергает прикосновение, а лишь целует мою ладонь и ускоряется с новой силой. Пока я отвлекалась на жжение между ног, никак не заметила того, что громила положил свои пальцы на мой клитор и начал его тереть. Боль и наслаждение смешалось между собой. Я уже не понимала какие звуки издаю.
Мои ноги дрожали от переполняющего удовольствия, а тело обмякало под его прикосновениями. Я больше не контролировала ситуацию. Моё сознание было полностью в его власти. Движения громилы становились всё жёстче и не сдержаннее с каждым толчком. Я уже не могла громко стонать, лишь хрипела от каждого действия. Громила кусал меня за шею, плечи и уши, от чего дышать становилось труднее. Я тянулась к нему за каждым жарким поцелуем пока он беспощадно трахал меня на скрипучей кровати. Пока парень громко не застонал мне в шею, наполняя меня своими семенем. Но на этом не закончилось.