Страница 48 из 81
Поцелуи
Тая
Когда моя мать умерла я испытывала тоску. Боль зудела внутри и медленно убивала меня. Я часто прогуливала уроки и возвращалась домой, чтобы просто убедиться. Мне хотелось, чтобы мать вернулась. Хотелось убедиться, что это был просто сон. Кошмар. Но прибегая домой, я каждый раз находила цветы у входной двери. Большие, массивные букеты цветов. Сначала это были розы. Разных расцветок и видов. Каждый день они менялись. Я думала, что это родственники так выражают своё соболезнование. Но постепенно закрадывались сомнения. Букеты были слишком дорогими. И их объединяла розовая лента. Хоть упаковка и цветы менялись, но вот лента нет. В скором времени цветов у порога я больше не наблюдала. Скорее всего тот, кто их приносил просто устал это делать. Оно было и к лучшему. Они не поднимали мне настроение, а больше погружали в скорбь.
Спустя время, когда отец мне рассказал всю историю, на душе стало противно. Ведь эти букеты я каждый раз ставила в мамину любимую и единственную вазу, наливала воду и разбирала цветы. Мне тогда и в голову не приходило, что это приносит убийца. Тот самый, который скрывался под маской.
Я проснулась от холода. Вчера позабыв обо всём, даже не удосужилась положить дрова в печку. Поэтому во всём доме было не выносимо холодно. Я сразу же натянула на себя самый тёплый свитер, штаны с начёсом и в шерстяных носках, пошла в сторону печки. Закинула туда немного дров, которые подготовила заранее и поставила чайник. Сегодня ожидался насыщенный денёк, но не такой как прошлый. Нужно было позаниматься с Максом. И, пожалуй, приготовить нормальной еды.
Когда чайник закипел, в дверь кто-то постучал. Это начинало меня напрягать. Я недовольно потопала к входной двери и распахнула её. Перед моими глазами стоял громила. Он весь трясся от холода, и был закутан по верх куртки в какой-то плед. Почему этот парень не уехал? И вообще, где он ночевал, учитывая, что гостиниц и хостелов в деревне нет?
— Тая, можно у тебя немного погреться? – спросил Влад, дрожа всем телом. Да на улице был ещё тот собачий холод. Похоже, что вскоре выпадет снег. Я закатила глаза и отступила назад, впуская этого бедолагу домой. Он охотно вошёл, не решаясь разуваться, или вообще двигаться с места.
— Ты можешь войти. Сними куртку и ботинки, – сказала я ему, после чего громила, сдвинулся с одной точки. Снял с себя куртку и ботинки, после чего последовал за мной на кухню.
— Ты голодный? – спросила я его. У меня всё-таки складывалось ощущение, что он ночевал точно не в доме.
— Да, очень, – прохрипел громила, подходя ко мне сзади.
— Хорошо, тогда приготовлю нам с тобой сырники. Но позже нужно будет потушить зайчатину. Будешь чай или кофе?
— Давай чай. Спасибо, – прохрипел Влад и подошёл ко мне почти в плотную сзади. Я обернулась к нему и поняла, что он слишком холодный. Я стянула с его лица маску и приложила свои ладони. Громила был очень холодным. Неужели он провёл долгое время на улице. Так и до переохлаждения недолго.
— Какие у тебя тёплые руки, – прошептал Влад, целуя внутреннюю сторону моих рук.
— Где ты ночевал этой ночью? – спросила я, не обращая внимание на возбуждение, что разрасталось внизу живота.
— В машине. Но у меня печка перестала работать, где-то в час ночи. Пришлось согреваться своими силами.
— Ты же так мог заработать переохлаждение. Головой совсем не думаешь? – кричала я на него, хоть и понимала, что это бесполезно.
— Всё в порядке. Я же не умер и стою здесь. Правда немного устал, но это не критично, – хрипло говорил громила, от чего я начинала нервничать.
— Боже, почему ты не уехал?
— Я хочу уехать только с тобой.
— Ладно допустим, тогда почему ты просто ещё раз не постучался ночью и не попросился на ночёвку.
— Ты же на меня злишься, поэтому я решил тебя не беспокоить.
— Лучше бы побеспокоил, – я схватила его ледяные и покрасневшие от мороза руки и начала сжимать их в своих ладонях. Конечно, они были в разы больше. Но я начала обдавать их своим дыханием, в надежде хоть немного разогреть. Громила смотрел на меня как заворожённый, не отрываясь. От его внимательного взгляда я даже слегка покраснела, забыв о делах.
— Ты переживаешь за меня? – спросил он робко.
— Конечно переживаю, дурак, – выплюнула я эти слова, не подумав. Мои щёки снова залились румянцем, от чего мне захотелось спрятаться в своём тёплом свитере. Я бросила его руки и стремительно направилась к холодильнику, доставая нужные ингредиенты.
— Тая..
— Будь добр сядь сначала за стол и подожди, пока я буду готовить нам завтрак, – приказала я, боясь взглянуть на него снова.
Казалось, что с каждым его присутствием всё моё нутро горит. И становится тяжело дышать. Сегодня громила был на удивление послушным. Он не стал настаивать и направился к столу. Уселся и начал буравить мою спину своим взглядом. Я чувствовала напряжение. То, как его глаза исследуют моё тело. Хоть Влад и не касался меня. Его взгляд успел облапать меня с головы до ног, пробираясь до самого нижнего белья. Я мотала головой, а потом продолжала готовить дальше. Громила следил за каждым моим шагом. Я ощутила снова то, что выбросила из головы, когда сбежала от него. Странное зудящее чувство в груди.
Когда я всё приготовила, то поставила тарелку с сырниками и чаем перед ним. А свою расположила на противоположной стороне. Мне нужно было хотя бы сесть не рядом с ним. Иначе рискую стать одним сплошным красным помидором. А сейчас этого меньше всего хочется. Себе я тоже налила чай, чтобы согреться и успокоиться. От кофе мне становилось ещё хуже. Хоть я всем сердцем его и любила, но меня в корне не устраивало сейчас чувство тревоги. Моё сердце, итак, бешено стучало в груди.
— Спасибо, – прохрипел громила и начал есть.
— Не за что. Приятного аппетита.
После того, как мы поели я помыла посуду и пошла в комнату, чтобы переодеться. Громила хвостом пошёл за мной. На что я вопросительно на него посмотрела. И только сейчас заметила, что на нём только толстовка и джинсы. Слишком легко для такого мороза.
— У тебя что-нибудь есть под толстовкой? – спросила я у парня.
— Нет.
— Почему ты так легко одет? Ты же знал куда едешь.
— Мне хотелось поскорее тебя забрать, и я особо не беспокоился о внешнем виде, – от его речи я закатила глаза. Боже, что с этим мужчиной не так?
— Так, сейчас ты закутаешься в одеяло и подождёшь меня. Мне нужно сходить по делам. А потом я постараюсь добыть для тебя тёплую одежду. Правда на твою комплекцию это будет сложно, – пробубнила я.
— Куда ты пойдёшь?