Лаки

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Когда кофейня закрылась, они пересели в машину Валери. Окна запотевали, пока они продолжали разговаривать, в безопасности своего маленького кокона. Сначала Лаки рассказала Валери всё о своём собственном пути — включая историю лотерейного билета и его кражи. Потом Валери рассказала, как ей удалось её найти.

— Когда Сестра Маргарет Джин пришла сказать мне, что видела тебя, я начала складывать всё воедино, — сказала Валери. — Отследила номер машины, который она мне дала, выяснила, что он принадлежит некой Марисоль Рейес, узнала, кто она, и что она только что забрала Джона Армстронга из Сан-Квентина. Когда я показала Маргарет Джин фото Джона, она подтвердила, что это действительно тот мужчина, которого она искала — мужчина, забравший тебя со ступеней много лет назад. Но это было не всё. Я копнула глубже, и меня заинтересовало твоё участие в деле с Дэвидом Фергюсоном — чьё настоящее имя Кэри Мэтисон.

— Кэри. Да. Он был моим партнёром.

— Ты знаешь, что он был сыном Джошуа Мэтисона и Присциллы Лашез?

— Я знаю Присциллу, не Джошуа.

— Джошуа Мэтисон был наркобароном, убитым много лет назад лидером банды в Калифорнии. Но всегда бытовала теория, что убийство заказала Присцилла. Наркотиками она, впрочем, не торговала; отмывала деньги. Меньше грязи, легче прибыль. Но она была жадной. Основала фиктивную благотворительность для отмывания денег, но начала прокачивать через неё настолько крупные суммы, что кто-то заинтересовался. Она попала в тюрьму, как Джон и Рейес. Присцилла вышла из тюрьмы, заявляя, что стала другим человеком, но я расследую её деятельность уже годами. И я не единственная. Полицейские управления по всей стране пытались и не могли доказать, что она по-прежнему крупный отмыватель денег с глубокими связями в организованной преступности в нескольких штатах. Её очень трудно поймать. Судя по всему, она никому не доверяет.

— Кроме семьи, — сказала Лаки.

— Именно. Что возвращает меня к Кэри. Я проверила, поступали ли за последний месяц неопознанные пациенты в больницы Невады — и нашли человека, подходящего под описание Кэри.

— О боже мой. — Рука Лаки взлетела к губам, и на мгновение она попыталась держать эмоции под контролем.

— Его нашли жестоко избитым в переулке рядом с «Белладжио». Сейчас он в реабилитационном центре, утверждает, что у него амнезия — но, думаю, мы обе понимаем, что это, скорее всего, неправда. Ты в порядке? Вот. — Валери потянулась на заднее сиденье и протянула Лаки бутылку воды и коробку салфеток.

— Мы знаем, где Присцилла, — продолжила Валери. — Она остановилась в отеле в Сиракьюс.

— Она украла лотерейный билет у Глории, — сказала Лаки.

Валери кивнула.

— Значит, скорее всего, она сейчас затаилась, планируя его обналичить — но, возможно, откладывает по нескольким причинам: после этого она уже не будет анонимной, и все её контакты её нагонят и заставят заплатить за её преступления.

— У меня тоже есть преступления, за которые нужно заплатить, — сказала Лаки.

— У тебя было не так много выбора в жизни. И то, что ты сделала, бледнеет по сравнению. Плюс ты можешь нам помочь. Я смогу договориться о сделке со следствием, если ты поработаешь с нами над поимкой Присциллы.

— Я не хочу избегать наказания. Мне давно пора рассказать правду и загладить то, что я сделала. Я причинила людям зло, украла у них — я делала осознанный выбор. Мне нужно вернуть все деньги, которые я взяла. А потом я смогу отбыть срок. Когда-нибудь, может быть, я смогу начать с чистого листа. Без клякс, за которые нужно расплачиваться.

Валери задумчиво посмотрела на неё.

— Есть разные способы платить за что-то. Да, если мы получим билет, и ты сможешь его обналичить, эти средства могут пойти на возмещение ущерба — а это важная часть искупления в подобных преступлениях. Но если ты поможешь нам посадить Присциллу за решётку, поверь мне, ты сделаешь для общества намного больше добра, чем сама осознаёшь. Ты готова помочь моему департаменту с этим?

— Конечно.

— И ты поможешь с Кэри Мэтисоном тоже?

— Да. С ним тоже.

Валери смотрела в лобовое стекло, но теперь повернулась к Лаки.

— И тогда, после этого, — начала она, — мы найдём способ… — Её голос сорвался, она потянулась за салфеткой, но потом смяла её в руке и проглотила слёзы, тем же способом, что узнавала Лаки. Она делала так же. Валери продолжала неотрывно смотреть на Лаки. — Мне так жаль, — сказала она.

— Я знаю, — сказала Лаки. — Я тебе верю.

Звонки будут записаны. Лаки была окружена полицейскими и агентами ФБР. На ней была прослушка, готова к следующим шагам. Звонок Кэри был первым.

— Ты меня нашла, — прошептал он. — Боже мой, Лаки, как ты это сделала?

— Когда твоя мать сказала мне, что ты, возможно, мёртв, я начала думать — а что, если нет? Я обзвонила больницы в Неваде и не сдавалась, пока не нашла тебя.

— Типичная Лаки. Неутомимая, выживающая. Мне было так страшно. Мне так жаль.

— Что случилось? — сказала Лаки, читая по своим репликам. — Я думала, ты бросил меня, но когда пошла к твоей маме, она кое-что проболталась. Сказала, что сделала это с тобой…

— Вот сука…

— Что ты на неё работал, и что пытался сбежать с деньгами, с крупной суммой. Это правда?

— Не думаю, что нам стоит обсуждать это по телефону. Где, говоришь, ты сейчас?

— Я в Нью-Йорке. Стою у таксофона. — Один из офицеров нажал кнопку на компьютере, и в комнате раздался звук проезжающего автобуса, потом другие звуки трафика, нарастающие и затихающие.

— Ты можешь сюда приехать? Сесть на автобус? Встретиться со мной. Мы сбежим вместе. Я так тебя люблю. Я потерялся без тебя; это был настоящий ад. Но тебе нужно знать, что я бы никогда тебя не бросил.

Строчки на листе перед Лаки расплывались. У неё снова пересохло во рту, и она потянулась за водой.

— Я так о тебе переживала. Но — ты мне лгал. Притворялся, что управляешь рестораном — а на самом деле отмывал деньги для Присциллы, ведь так?

— Да. Мне так жаль. Я никогда не мог от неё уйти. Пытался, но не смог. Она втянула меня слишком глубоко. Когда она дала нам дом в Бойсе, я думал, может, мы поработаем немного, а потом как-то от неё сбежим. Но так не вышло.

— Нет. Не вышло.

— Ты приедешь?

— Да. Буду там. Уйдёт пара дней, но я приеду.

— Так рад, что ты меня нашла. Ладно. Я буду ждать. Я тебя люблю.