Страница 23 из 232
Главный говорил и говорил, но Сергей не понимал ни слова. Отдельные звуки казались смутно знакомыми, но смысл ускользал полностью. Впрочем, главное было ясно без перевода: грек сам смекнул, что за проход по реке надо платить. Сообразительный. И напуганный — вон как смотрит на девятиэтажку, задрав голову. И на воинство Сергеево — пятерых гигантов в кольчугах, замерших вдоль берега. Чистые тати. Не дипломаты, а разбойничья засада. Сергей мысленно усмехнулся: если так пойдёт и дальше, можно вообще ничего не говорить — только стоять и принимать плату.
Он взвесил кошель в ладони, кивнул, сделал жест рукой — открытая ладонь от себя в сторону реки: проходите. Главный выдохнул, перекрестился и попятился. У самой кромки воды развернулся, забрался в лодку. Гребцы налегли на вёсла. Шлюпка пошла обратно к дромону. Сергей проводил её взглядом.
— И чего он? — прогудел Нурлан за спиной. — Даже не поторговался.
— А ты бы стал? — не оборачиваясь, ответил Сергей. — На его месте?
Нурлан хмыкнул. За него ответил Вадим:
— Я б ещё доплатил, чтоб меня не трогали.
Мужики заржали. Сергей сунул кошель за пояс и пошёл к генералу. На ходу обернулся, глянул на корабли — те уже разворачивались, тяжело загребая вёслами, входя в устье реки. Первый контакт с иноязычными представителями состоялся. Теперь слово за Анной. Пусть скажет, что это за корабли, что за монеты и с кем они только что разминулись.
Генерал ждал Сергея на краю обрыва, там, где асфальт сходил на нет. А вокруг уже собралась толпа — женщины, дети, старики, человек пятьдесят, не меньше. Все смотрели на реку, где три корабля медленно втягивались в устье.
Сергей поднялся, тяжело дыша. Кольчуга звенела при каждом шаге, пот заливал глаза. Он остановился перед генералом, вытянулся.
— Докладывайте.
Сергей протянул кошель.
— Вот. Сами за проход заплатили, я даже не просил.
Максимов взял кошель, развязал, высыпал монеты на ладонь. Прищурился.
— Что говорили?
— Ни слова не понял, товарищ генерал.
— А монеты? Сам, говоришь, отдал?
— Сам. Будто знал, что от него хотят.
Генерал хмыкнул, подбросил монеты на ладони. Потом завертел головой, высматривая кого-то в толпе. Народу и правда высыпало много — весь дом, казалось, вышел поглазеть на заморские корабли.
— Анна! — гаркнул Максимов. — Подойдите.
Она протиснулась между людьми, подошла быстро, кивнула Сергею. Генерал протянул ей монету.
— Что скажете?
Анна взяла монету, повертела в пальцах, поднесла ближе к глазам.
— Милиарисий. Византийское серебро. На аверсе — император, судя по короне — кто-то из Македонской династии. Василий Второй или, может, Роман. На реверсе — крест на ступенях и надпись «Иисус Христос побеждает». Ходовая монета, ходит по всему Чёрному морю и дальше. Греки, сомнений нет.
— Греки, — повторил Максимов, убирая трубку в карман. — Тогда ответьте мне, Анна: куда они плывут? Где Греция, а где мы? Что они тут делают?
Анна вернула монету, обвела взглядом горизонт, реку, степь за ней.
— Греция — там, — она махнула рукой на юго-запад. — Но это не та Греция, которую мы знаем. Сейчас — а если это десятый век — существует Византийская империя. Константинополь, Херсонес в Крыму, фемы на побережье. А мы на перекрёстке торговых путей. Греки везут товары с юга — масло, вино, ткани. Идут на север, вверх по реке, в славянские земли или в Хазарию. Меняют там на меха, воск, зерно. Это главный маршрут через Чёрное море.
Максимов слушал, склонив голову набок. Потом кивнул.
— Значит, клиенты постоянные. Это хорошо.
Он ссыпал монеты обратно в кошель, протянул Сергею.
— Отдашь в общий котёл. А вы, Анна, вы мне потом подробно расскажете про эту их Византию. Кто там у них главный, чего боятся, с кем воюют. Всё, что знаете.
Анна кивнула. Генерал развернулся к толпе и зычно объявил:
— Отбой! Расходитесь!
Толпа загудела, начала рассасываться. Сергей стянул с головы подшлемник, вытер мокрый лоб. Анна, проходя мимо, коснулась его рукава.
— Я зайду вечером, нам нужно дополнить регламент.
Сергей кивнул, глядя, как она уходит. Потом повернулся к реке. Корабли уже скрывались за излучиной, уходя вверх по течению.