Девятиэтажка. Трилогия

Каре двинулось вперёд – щиты сомкнуты, копья опущены. Десять шагов, двадцать. А потом, по команде, строй раскрылся, выпуская пищальщиков.

– Пли!

Залп шести пищалей такого эффекта, как у целой батареи орудий, не дал, но этого хватило чтобы варяги встали, и в эту секунду неуверенности в воздух взлетели петарды.

Небольшие бомбочки, переделанные из фейерверков, кидали сразу пятеро бойцов, раскручивая пращой и посылая в гущу врага. Они падали под ноги варягам и рвались с оглушительным треском, разбрасывая искры и дым. Грохот, вспышки, вопли раненых – всё смешалось в один невыносимый шум, и непобедимые северные воины, ещё минуту назад готовые умереть за своего ярла, наконец побежали.

Первая победа, хоть и маленькая. Подумал Сергей, глядя на ровные ряды римлян, которые, несмотря на бегство варягов, и не думали отступать. Их строй перестраивался, смыкался, и центурионы уже выкрикивали новые команды. Но главное – осадные орудия. Ромеи развернули онагры, и первый камень упал в воду рядом с драккаром, подняв тучу брызг. Следом ещё один – на этот раз ближе, обдав палубу холодным душем.

Сергей выругался. Сейчас настройки подкрутят и вдарят точнее. Он заорал, привлекая внимание карабинеров:

– Осадные орудия! Огонь по расчётам!

Расстояние было приличное, но достать можно. Главное – попасть. Стрелки, припав к прицелам, начали выцеливать римлян, крутивших вороты онагров. Сухие щелчки – и возле осадных орудий поднялась паника. Ромеи не могли понять, с чего это их товарищи падают с дырками в головах и телах. Один, схватившись за живот, отшатнулся от ворота, второй рухнул лицом в песок, третий замер, удивлённо глядя на кровавое пятно, расползавшееся по груди. Пока сообразили, что надо прятаться за сами орудия и деревянные щиты, половину расчётов уже выщелкали. Огонь ослаб, а потом и вовсе прекратился – уцелевшие римляне попрятались, не рискуя высовываться.

Тем временем Бородин не бездействовал. Собрав мужиков, кто не был занят, он толкал драккар, и под дружный мат и хеканье корабль медленно, но верно сползал с мели. Сергей, бросив взгляд на эту картину, подумал, что, пожалуй, зря они так «засадили» его на берег – сейчас дорога была каждая минута.

Но вот драккар спихнули. Корпус качнулся, заскрипел и, подхваченный волной, сошёл на воду. Несколько человек из команды тут же расселись по лавкам, один встал к рулю, и Бородин, уже с борта, отдавал короткие команды. Расчёты орудий готовились дать залп – теперь с воды, с удобной позиции, где можно было маневрировать и бить по римлянам с фланга.

Сергей усмехнулся про себя. Плавучая батарея. Очень хорошо. Он перевёл взгляд на городские стены, где всё ещё развевался княжеский стяг, и вдруг заметил движение. Ворота Тмутаракани, до этого наглухо закрытые, начали медленно, со скрипом открываться. Из них, сверкая доспехами, выезжали всадники. Дружина. Княжеская дружина шла в контратаку.

Кто бы ни командовал – Владимир или Мстислав, – момент они выбрали идеальный. Степняки отступили, не понимая, что так грохочет. Римляне развернулись к морю, подставляя спины. Одна из двух групп варягов разбежалась, вторая ещё пыталась перестроиться. Самое время ударить по тем, кто тащил лестницы и тараны.

Ожил барабан. Сначала – редкие, тяжёлые удары, потом, почти без перехода, дробь. Частая, злая, она сорвала каре в «галоп». Не так красиво, как у пацанов на плацу: углы плыли, кто‑то спотыкался, но строй держался. Щиты сомкнуты, копья опущены, и каре, ощетинившись железом, неслось вперёд. Цель – римляне, уже выстроившие «черепаху». Интересно, как это будет: коробка щитов на коробку щитов? – мельком задумался Сергей.

Барабан взвыл дробью, когда до сшибки оставалось метров сорок. Потом резко умолк, и в наступившей тишине, длившейся лишь мгновение, грохнуло. Пищали ударили почти в упор, и картечь проделала в ровном строю римлян неплохую брешь. Щиты разлетелись, люди упали, и задние ряды, не успев сомкнуться, замешкались. А каре, не сбавляя хода, врубилось в эту брешь, и началась рубка. Копья кололи, мечи рубили, и строй, рубя и коля во все стороны, вгрызся в римскую «черепаху».

Сергей видел, что военачальники римлян не понимают, что происходит и что делать. На воде пожар – два дромона горят синим пламенем, и чёрный дым застилает берег. Варяги, казалось бы, одни из самых бесстрашных воинов, побежали и с трудом собираются в кучу. Командиры падают, сражённые неведомым оружием. Небольшое каре теснит огромную «черепаху». Степняки, как самые рациональные, отошли ещё дальше. И всё это – из одного маленького кораблика? Как? В голове не укладывается. Но факт остаётся фактом: берег, ещё час назад уверенно занятый осадной армией, превратился в хаос.

Грохнуло. Сергей обернулся – сработали орудия драккара. Ядра ушли куда‑то в гущу римлян, но куда именно, он не разглядел. Везде орали, гремели, выли. Крики центурионов смешивались с рёвом варягов, топот копыт – с грохотом пушек. Дым от горевших кораблей стелился по воде, заволакивая берег. В этом дыму, как призраки, метались фигуры.

Дружина князя налетела на римлян, и те, кто ещё недавно тащил тараны и лестницы, побросали всё и разбежались по полю, как тараканы. Всадники рубили бегущих, не давая им перестроиться, и алый княжеский стяг метался над схваткой. Тут же ещё залп – на этот раз береговая батарея, выставленная Дроновым, стрельнула ядрами по кое‑как собравшимся в кучу варягам. Те снова разбежались, и их рыжебородый ярл, каким‑то чудом уцелевший после картечи, что‑то орал, тряс топором, но его уже никто не слушал.

Победа? – Сергею закралась несмелая мысль, но оборвалась, едва родившись. Со стороны степи неслись кочевники. Хазары и печенеги, до этого державшиеся в стороне, видимо, решились. Несколько тысяч всадников, поднимая тучи пыли, шли в атаку. Их боевой клич, высокий и пронзительный, перекрыл грохот боя. И тут же рёв откуда‑то сбоку – варяги, узрев подмогу, снова ломанулись вперёд. На этот раз их было меньше, но ярость, помноженная на отчаяние, делала их еще опаснее.

Варианты? Их нет. Точнее, есть: принять бой и умереть. Можно красиво. Но – ох, как не хочется. – с досадой думал Сергей. – Погрузиться на драккар не успеем: Бородин, увлёкшись, далековато ушёл. Пока вернётся, пока погрузятся – нет, их просто затопчут. И главное – город всё равно падёт. А что, если…

– В город! Отходим в город! – заорал Сергей во всю мощь своих лёгких.

Команда подхватилась мгновенно. Артиллеристы, не дожидаясь дополнительных приказов, похватали пушки на руки.