Страница 52 из 95
Ну, и письмо написать, рекомендацию для Ребекки, это недолго. И ещё я написал письма к тёте Арине и Александре, и отдельно, просто кратко, княжне Татьяне Юсуповой. Как ни крути, она одна из моих ближайших и интересных мне подруг, и я знаю её печальную судьбу в мире Бурлака и сейчас не хочу допустить ничего подобного. И, конечно, я вложил в письмо и штук пять нотных листов. Жаль, что Татьяна не очень хорошо знала русский язык и фактически являлась обыкновенной француженкой, поэтому к текстам русских песен прилагались и их переводы на французский. Я решил послать ей ноты обоих маршов легиона, «Одесского вальса», и, после лёгкого раздумья, «Я спросил у ясеня» и «Романса о гусарах». Чтобы она ничего такого не подумала, написал, что действительно сильно жалел о гибели бойцов своего легиона, тем более, девушек, и ещё и такой достойной, как Божена. Написал и краткую историю нашего знакомства, и как мы воевали, и описал наш последний бой, конечно, до своего ранения. Да, ещё предупредил, что, если она захочет ответить, пусть всё-таки посылает письма в адрес тёти Арины, так как я вернусь домой, просто пока не знаю, когда.
Когла тётя Юлия увидела письма, она лишь сказала:
— Молодец, Борис! Сейчас как раз время!
Когда тётя вместе с унтером, конечно, в сопровождении ещё троих ефрейторов, ушли, я занялся другими своими делами. Меня уже ждали Коста и Драго, и они подробно рассказали о результатах вчерашних стрельб. Ну, среди парней, к сожалению, нашлось не так много стрелков, лишь шестеро показали приемлимую меткость. Но зато сильно удивили девушки. Да, Аннетта оказалась «мазилой», зато Юлиана и Ирина показали терпимую стрельбу. Но всех, и парней, и своего старшего брата Андрея, превзошла Анфиса. Она с трёхсот шагов все пять пуль сходу положила в центр мишени. Оказалось, что уже стреляла — семья у неё оказалась охотничей. И с четырёхсот шагов лишь одна пуля из пяти вышла за центр, и с пятисот все пять попали в мишень. И она сама, вместе с братом, вызвалась в стрелки. И он стрелял неплохо, лишь чуть похуже.
Коста и Драго подобрали и пятерых разведчиков. Ну, я сам не мог с ними бороться. Хотя, оказалось, что Демьян уже проверил их и нашёл достойными. Правда, он уступил лишь Арсению Родопову. На удивление, с парнями поборолись и унтер Сорокин, и ефрейтор Дьяченко. Парни и с ними держались до последнего. Ну, против матёрых бойцов и старше возрастом, и уже окрепших, тяжело выдержать. Да, к нам прислали не самых простых полицейских. Тут я попросил, на всякий случай, подробнее распросить парней об их прежней жизни и ещё взять с них подписки о неразглашении, так как собирался поговорить с ними сам. Хотя, не сейчас, а чуть позже. Пусть сначала и постреляют, и лучше покажут свои навыки. Да, ещё я попросил провести с дрбровольцами броски учебных гранат. У нас имелось и два десятка боевых гранат. Хоть про это никто не знал, но Демьян с Николаем умудрились провести в обозе и пару мин. Хоть как, в легион требовались и свои минёры, и сапёры. Ну, чуть позже надо было как-то достать взрыватели, а взрывать можно было и артиллерийские снаряды. И я собирался обучить этому хотя бы пару бойцов. А так, надеюсь и думаю, что наше командование всё же не откажется снабдить легион и минами, и гранатами.
— Коста, и кого можно выдвинуть в старшие у разведчиков?
— Думаю, княже, что тот же Арсений подойдёт. А вот разведкой легиона потом может и явно должен заниматься Аркадий. Он в этих делах, княже, как ты говоришь, собаку съел.
Да, я всё последнее время думал, что у легиона должна быть и своя разведка, и контрразведка. Насчёт разведки уже ясно, а вот в контразведчики, на мой взгляд, вполне годился Асен.
— Ладно, Коста, я потом поговорю с Аркадием Николовичем. У меня и так есть к нему некоторые вопросы. Но они не для всех. Что же, тогда продолжаем стрельбы и постепенно берём на них и тех легионеров, кто уже достаточно поправился, и моих помощников и помощниц, но не всех сразу. Пусть стреляют.
Конечно, после этого и новое пополнение, и часть легионеров направились на стрельбище. Насчёт патронов беспокоиться не приходилось. Думаю, что теперь нас точно снабдят всем в достатке.
Да, далее я опять занялся писаниной, но уже стал вспоминать, что же у меня было в «Наставлениях по самбо». Хоть я и послал довольно большую рукопись со множеством рисунков к самому императору Александру Второму, но, похоже, что она была похерена разными чиновниками. Может, сейчас где-то и валялась, но ни разу не слышал, что приёмы оттуда где-то использовались. И никто ко мне не обращался. Да, список этих «Наставлений по самбо» у меня остался, но был спрятан в архиве гимназии. Как вернусь домой, я его, конечно, перепишу и другие списки сделаю, но мне надо сейчас.
Конечно, и у казаков-пластунов, и разных служб Российской империи имелись и свои наставления, и мастера единоборств, но вот такого доступного и достаточно полного описания единоборств, как в моих «Наставлениях по самбо», в открытом доступе я не видел. А бойцов для легиона требовалось готовить, и срочно. Пусть уж они хотя бы воспользуются моими знаниями. Я уже успел немного поднатаскать Демьяна с Николаем, но этого было мало, так они и уедут со мной. Нет, ещё и во время подготовки бойцов в Плевне им показывались некоторые приёмы, но мало. Не до них было. Требовалось больше заниматься стрельбой. А так, хоть сам и не смогу, но пусть хотя бы мои «Наставлениях по самбо» им достанутся. Может, ещё и хороших наставников найдём? Хотя бы тех же казаков-пластунов? Уж они смогут учить бойцов. Вон, Николай Фёдорович удержал в Плевне у себя тройку казаков, правда, больше для обучения ползку по-пластунски. А у нас они и остальные свои умения передадут. И мои знания тоже. Между прочим, они у меня и достаточно полные.
Ближе к вечеру вернулись и довольная тётя Юлия с унтером, так и легионеры со стрельбища. Я тоже немало написал и нарисовал, но уже довольно и подустал.
— Борис, твои «Боевые наставления…» Владимир Васильевич утвердил. Они будут высланы фельдегерем и в легион. Ещё и приказ написал. Теперь наши легионеры находятся тут не только на лечении, а законно являются запасной центурией Седьмого легиона. А Коста считается его центурионом, и Аркадий Николович — его товарищем. Так в приказе указано. Так что, всё серьёзно.
Тут я и сам сильно удивился. Не ожидал такого.