Страница 29 из 95
Да, девочка была готова и обнять меня, но не решилась. Да, она явно переживала за меня. Мне и самому захотелось хоть немного успокоить её, сказать пару ласковых слов. Только вот мы находились при людях и не могли позволить себе лишнее, так и были юны, и ещё непонятно было, что у нас с чувствами. Жаль, но кроме симпатии, у меня никакой любви к Саре, в обычном её понимании, не имелось. Я не мог дать ей того, чего девочке, возможно, хотелось.
Если честно, меня сейчас нисколько не волновала и княжна Татьяна Юсупова. Где и кто она, и где и кто я? В каких кругах мы вращаемся? Вообще, никак друг с другом не пересекаемся, и наши интересы не совпадают. Мы юны и неизвестно, что будет с нами и, главное, нашими чувствами к тому времени, когда повзрослеем. Я хоть самостоятелен, а она полностью зависит от воли родителей. К тому же, Юсуповы сильно желают породниться с Романовыми. Тем более, их бабушка Зинаида, ещё при живом муже, открыто «крутила амур» с самим императором Николаем Первым. Вообще-то, не самого лучшего нрава женщина! Она и сейчас жила во Франции и как бы являлась женой непонятного француза. Надо бы как-то написать княгине, что муж ей изменяет с молодой француженкой, ещё и заделал ей детей, и бабушке Татьяны позже могут грозить большие финансовые неприятности. Легкомысленную старушку нисколько не жаль, но вот не люблю и не буду любить французов, и всё! Это же они подкупили продажных жандармов и украли у меня модели платьев нового фасона! Я их и сам присвоил, но из будущего. А они на самом деле украли, и сейчас! Да пусть шьют, и сам бы охотно отдал, но зачем на меня жандармов насылать?
— Здравствуй, Сара! Вернулись. Прошу извинить, но я в Одессе ненадолго. Как чуть поправлюсь, уеду в Санкт-Петербург. А то мама Арина и Александра меня наверняка потеряли. Им без меня тяжело. Тем более, мама Арина в положении. А Ивану Фёдоровичу ещё долго воевать. Пока турок не победят, не вернётся.
Да, тёте Арине скоро рожать, поэтому мне надо было вернуться домой. И сам по ней и сестре сильно соскучился. А ещё там меня наверняка ждала маленькая Ева⁈
Правда, долго разговаривать с нашими знакомыми нам не дала тётя Юлия. После нехороших условий госпиталя нас требовалось проверить и привести в порядок. Так что, нас по очереди помыли в бане, переодели в чистую гражданскую одежду, а нашу отправили на стирку. А ещё и хорошо накормили. Тут я, сильно утомлённый, сразу же завалился спать. Хотя, и все помощники и помощницы, кто ночью дежурили, тоже все спали. Вечером меня опять обильно покормили и на этот раз тоже отправили спать. А казаки нас охраняли.
— Так, Борис, тебе сейчас надо побольше отдыхать и набраться сил. И всем раненым тоже. После ранения и долгого пути вы все сильно ослаблены, и пара дней отдыха и хорошего питания как раз то, что вам надо. А далее уже быстро на поправку пойдёте…
А что, я разве против? На самом деле, сильно ослаб. Три дня находиться без сознания — это не шутки! Тем более, рядом с тётей Юлией я почувствовал себя словно дома.
— А о других раненых, Борис, можешь не беспокоиться. У них всё хорошо. Нас уже завалили едой и вещами. Пришлось часть отвезти в госпиталь. Там тоже терпимо. Больше палаток поставили, власти здешних людей наняли, неплохую оплату им положили, ещё и еда лучше стала, конечно, и уход тоже, и вещевое довольствие добавили. Так что, меньше раненых будет умирать.
— Буду, тётя Юлия, спать. Мне бы лишь письмо написать тёте Арине и Александре. А то сначала боялся, а сейчас в самый раз.
— Не беспокойся, Борис, я уже всё написала и отправила. Уж с Ариной Васильевной мы общий язык найдём.
Так что, я, уже вполне спокойный и довольный, опять ушёл в царство Морфея. И ведь и снов не видел!