Страница 91 из 97
— Твою мать, он хотя бы извинится? — Мой голос срывается. — Извинится за то, что разбил мне сердце? За то, что сбросил меня с гребаной скалы?
Челюсть Матвея напрягается.
— Еще как. Он все спланировал. Позвонил мне. Я уже был в городе и ждал, когда все начнется. Остальные тоже едут. Я должен был убедиться, что они его не убьют. — Он вздыхает.
Кровь стынет в жилах.
— Ну да, — бормочу я, — ему еще повезет, если первой до него не доберусь я.
Я чувствую все сразу: ярость, предательство и ту дикую, ужасную любовь, которая все еще прячется где-то внутри меня.
Губы Матвея изгибаются в улыбке.
— Вот это моя девочка, — с гордостью говорит он.
— Я не шучу!
— Ты снова его полюбишь, — мягко отвечает он. — Вот увидишь. Он инсценировал твою смерть. Эш тоже был в деле.
— Эш? Вы теперь что, лучшие дружки?
— Ой. Дружки. Смотри-ка, ты уже совсем как ирландка.
— Ах ты гребаный…
— А это платье, — перебивает он, кивая на меня. — Он заставил тебя его надеть?
— Да, — выплевываю я. — Сказал, что я в нем красивая.
— Потому что оно легкое, — объясняет Матвей. — Чтобы ты смогла всплыть. Он еще и приливы проверил. Убедился, что будет высокая вода.
Я моргаю.
— Ты видел береговую охрану?
— Да, — отвечает он, и его глаза темнеют. — У него наготове были четыре спасательные команды. Так что нет, он ни за что не позволил бы тебе пострадать. Он толкнул тебя достаточно сильно, чтобы ты упала, но не настолько, чтобы ты что-нибудь сломала. Он практически ничем не рисковал.
Я лишаюсь дара речи.
— Я ждал на берегу, — заканчивает Матвей. — Пока Эшленд докладывал Брансону о твоей смерти.
— Значит… Эшленд на стороне Шеймуса?
— Да, — подтверждает Матвей. — Теперь они все на его стороне.