Недосягаемый

Гребаный приказ уничтожить мою семью.

На его телефоне.

Прямо передо мной.

Я слышала, как родные со страхом говорили о человеке по прозвищу Гробовщик. В моем воображении давно сложился его образ, потому что я не новичок в преступном мире.

Я вижу его иссохшее лицо и холодные жесткие глаза. Представляю, как он сидит за столом, сложив пальцы домиком, и рявкает приказы, заставляя каждую соперничающую семью склониться перед ним.

Такие мужчины охотятся на невинных и не имеют никаких принципов.

Неужели…

Неужели Шеймус работает на Гробовщика?

Меня захлестывает паника. Пульс грохочет в ушах.

Я должна что-то сделать.

Должна это остановить.

Сейчас.

— Не сегодня, — шипит Шеймус сквозь стиснутые зубы.

Стоящий рядом мужчина даже не вздрагивает.

— Это… решение принимаете не вы, сэр. Приказ пришел сверху.

Я моргаю, почти ожидая, что в следующую секунду кого-нибудь убьют.

Шеймус ругается, наклоняется над столом и закрывает телефон ладонью.

Но уже поздно.

Я все увидела.

Я знаю.

Знаю, что они идут за моей семьей.

— Тебе нужно домой, Зоя, — резко говорит он.

Его голос напряженный, почти испуганный.

— Иди домой. Сейчас же.

Он стискивает челюсти и с трудом сглатывает. Словно хочет сказать что-то еще, но не говорит.

Не может.

— Что происходит? — шепчу я. — Шеймус… что все это значит?

Кто ты?

Он не отвечает. Только смотрит на меня с тем же измученным выражением.

Я хочу верить, что он меня защищает. Что хочет уберечь, потому что я ему небезразлична.

Разумеется, все именно так.

Иначе быть не может.

Но меня трясет. Я не знаю, что делать дальше.

Он тянется к моей руке. Его ладонь теплая и надежная, хотя голос холоден как сталь.

— Сегодня оставайся дома. Ты меня поняла?

Его глаза намертво сцепляются с моими. В них плещется нечто отчаянное, обнаженное.

— Зоя, — повторяет он, когда я не отвечаю.

Я киваю, сглатывая комок в горле. Он кажется каменным.

— Поняла, — шепчу я.

Когда я поднимаюсь, Шеймус делает нечто неожиданное. Хватает меня за затылок, притягивает и целует так, словно это наш последний раз.

Словно не знает, переживем ли мы происходящее.

— В следующий четверг, — шепчу я ему в губы.

Но голос дрожит.

— Правда?

— Да, — отвечает он. — В следующий четверг.

Но в глаза мне не смотрит.

Вернувшись домой, я совершаю звонок.

Дрожащими пальцами набираю номер Арии Романовой — жены брата Полины.

Она умеет находить информацию.

Я ей доверяю.

Таких людей немного.

В Америке сейчас ранний вечер. Я молюсь, чтобы она ответила. Мы разговаривали всего несколько раз, но после всего, что произошло между нашими семьями… теперь мы все знаем друг друга.

— Алло?

— Ария? — шепчу я. — Это Зоя Копылова.

С трудом сглатываю.

— Мне нужна услуга, — говорю срывающимся голосом.

— Зоя? С тобой все в порядке? — мягко спрашивает она.

— Я… не знаю. Я увидела то, чего не должна была видеть. И мне нужны подробности.

Я делаю вдох.

— Это связано с одним ирландцем. С сообщением… В нем упоминалась моя семья. Говорилось, что ее собираются уничтожить.

Она замолкает. Затем ее голос становится ледяным.

— И почему ты обратилась ко мне, Зоя? Почему не можешь рассказать братьям?

В груди вспыхивает жар. Я в отчаянии.

— Потому что ты знаешь, что они сделают. Если решат, что на них напали, они спалят весь мир. Но сейчас у них нет необходимых ресурсов.

Голос ломается.

Я говорю правду.

— Они начнут войну… и проиграют.

Я чувствую, как она борется с собой, прежде чем наконец шумно выдохнуть и ответить.

— Хорошо, — со стоном произносит Ария. — Я займусь. Но мне нужно знать все, что известно тебе.

— Я знаю только, что его зовут Шеймус. Он ирландец. И мне кажется… кажется, он пытается меня защитить.

Она замирает. Ее дыхание прерывается.

— Ты сказала Шеймус? И он ирландец?

— Да.

Иногда не задаешь вопросов, потому что на самом деле еще не готов услышать ответы.

Потому что, как только услышишь, все станет реальным.

Осязаемым…

И необратимым.

— И ты была с ним, — говорит она.

— Да.

Мой голос дрожит. Совсем немного.

Но достаточно.

Достаточно, чтобы все стало реальностью.

— Хорошо. Ладно, — произносит Ария уже мягче. — Я помогу. А теперь расскажи, что ты увидела.

— Сообщение, — отвечаю я. — Оно пришло этому… мужчине по имени Шеймус. На его телефоне я увидела сообщение о том, что моя семья направляется в бар «Волк и Луна». А дальше было написано… уничтожить их.

Она ненадолго замолкает.

— Хорошо. Мне понадобится несколько минут. Передо мной целый стог сена, а внутри спрятана тысяча иголок, понимаешь? Но скажи: что этот знакомый тебе ирландец говорил? Как он думает, что именно тебе известно?

Теперь она не говорит резко.

В ее голосе слышится понимание…

Мудрость.

— Он велел мне идти домой, — тихо отвечаю я. — Сказал, что там буду в безопасности.

Мне хочется плакать.

— Понятно.

Правда ей понятно?

Да чтоб меня.

— Думаю, тебе лучше послушаться и остаться дома. Похоже, это самое разумное решение, согласна?

Я с трудом сглатываю. Горло сдавлено, словно его обмотали колючей проволокой.

— Да, — выдавливаю я.

Ария вздыхает.

— Оставайся дома, Зоя.

Она произносит это шепотом, словно сообщает тайну, которую не должен услышать весь остальной мир.

Я открываю приложение для отслеживания. Пальцы дрожат. Оно простое, но работает. Такие есть у всех нас, хотя система Рафаила на несколько порядков совершеннее. Его устройство подключено к чему-то, что опережает все наши технологии на десять шагов.

Я проверяю каждого.

Моя сестра Яна находится у себя дома в Южной Африке.

Родион и Эмбер — в своем доме.

Судя по всему, Вадька и Рут тоже вместе.

Затем проверяю остальных: Рафаила, Полину, Семена, Аню, Матвея и Аниссу.

Через несколько минут телефон звонит.

Это Ария.

Руки трясутся, а желудок проваливается вниз, словно я только что шагнула с обрыва.

— Хорошо. Ладно, — говорит Ария.

Теперь ее голос ровный. Не бесчувственный, а контролируемый.

Жестоко спокойный.