Страница 41 из 79
Глава 14
Паровозик дальше не везет!
Чего-чего, блин?
Но я быстренько сложил одно к одному и понял, что упомянутая покровительница Лидии и Эрнандес — и есть то самое лицо, жаждущее продвижения по лестнице наследования практически любой ценой.
Ага! Так-то оно понятнее становится.
Какая, однако, тесная избушка этот ваш Лунный Дворец.
— На пару слов, шевалье, — я показал на середину поля, сейчас опустевшую.
Сервы двух команд давно смешались и с шутками-прибаутками потащили изрубленных товарищей в дворцовые мастерские, чинить.
Остальным я сказал:
— А вас, господа-офицеры, попрошу обеспечить нам необходимую изоляцию периметра.
Пока мы шли к центру поля, мои соратники образовали вокруг нас как бы случайную цепь в десятке шагов. Вроде случайно так получилось, а к нам уже просто так не подойти.
Ведь могут же два Высочества что-то обсудить на глазах у всех после совместного матча по сервоболу? По-моему очень даже могут!
— Значит, вы в курсе моих скромных возможностей? — произнес я.
— Я вычислила, — довольно отозвалась Эрнандес. — Я точно знала чем занимался ваш… предшественник. Собственно, он мне это первый и предложил. Продвижение в списке наследования в обмен на некоторое финансирование.
— Вы так богаты? — произнес я.
— У меня не так много времени, — ответила Эрнандес. — Жизнь при Дворе непомерно дорога. Ресурсы моих владений подорваны. И я смогу изменить что-то к лучшему для моих людей, собравших меня сюда, только пробившись в Юнкеры.
— Вы его хорошо знали? — спросил я, имея ввиду, конечно, Ю Жнеца, моего предшественника. Эрнандес вполне правильно меня поняла.
— Не слишком близко, — пожала плечами Эрнандес. — И не узнала бы, но он тоже в серовбол играл. Очень в похожей на вашу манере, кстати. Так же агрессивен и неотразим. Но этот его образ, который он культивировал, изменения внешности… Ему сложно было заводить друзей. Он тоже откуда-то с периферии, одиночка. Хотя, поговаривают, у него была при дворе дама сердца.
Блин, только я расслабился, что за моего предшественника мстить некому — как на тебе. Кто-то таки есть.
— А кто она была? — как бы между делом поинтересовался я.
— Не знаю, он всё, что касалось лично его — держал в полном секрете. Даже настоящее имя своё скрывал под вымышленными личностями. Я никогда её не видела.
— Понятно, — задумчиво произнес я.
— Возможно она давно уехала, — Эрнандес пожаоа плечами. — Без инвестиций при дворе не продержаться, а, судя по тому, что им нужны были деньги — другой поддержки они не имели. Так вы рассмотрите моё предложение?
— Зачем вам это, всё-таки? — прищурился я, мне нужно было знать точно.
— С владений принцев-юнкеров не взимаются чрезвычайные налоги на содержание легионов, разоряющие миры под моим управлением, — ответила Эрнандес. — Это наша последняя надежда. Если не это — то только рокош.
Ага, легальное восстание против Империи. Только это привилегия принцев-Претендентов, а далеко не Юнкеров. Значит, просто несанкционированное антиправительственное выступление. Нда, самое время. Империи только этого ещё и не хватало.
— Вы мне поможете, Александр? — спросила Эрнандес.
Ого, уже Александр. Сближаемся с ужасающей скоростью. А тормоза, видимо, придумали трусы?
Эрнандес, очевидно, уловив мою не самую восторженную реакцию, добавила:
— Давайте хотя бы обсудим, на что мне надеяться.
— Отчего же нет? — задумчиво задался я риторическим вопросом — Отчего же и не обсудить?
Кто я такой, чтобы убивать надежду этой приятной женщины?
Я, быстро пролистнул перед собой невидимый остальным список наследников в поисках Эрнандес, быстро нашел её во главе двух моих опекаемых сотен. Так она у нас Восемьсот Первая! Так-так-так. А нужна третья сотня Юнкеров под администрированием Сура. Кажется, я понял подоплеку этой интриги.
— Давно вы пытаетесь выйти из сотни Дебютантов? — задумчиво произнес я.
— Больше десяти лет, — ответила Эрнандес. — Ваш предшественник так и не смог договориться с Суром. Как видите, у нас с ним личная неприязнь на почве судейства сервобола. Сур очень хочет победить. Всех. Любой ценой. Но это не та цена которая устраивает меня.
Ага. А вот и грязные подробности. Сур тормозит возвышение Эрнандес. Это уже даже не гандикап. Это просто тупо стеклянный потолок. Совершенно непреодолимый, если суперадминистратор не захочет твоего продвижения дальше.
Кажется, я начал понимать, почему Костя Тридцатый личной властью скрыл данные моего аккаунта даже от суперадминистраторов ниже Лорда-Протектора. А вот по этому. Чтобы не вытравили меня в зародыше, не задушили меня в колыбели. На взлете не сбили.
И то — не помогло. Жнец лично прибыл решить мой вопрос, когда я начал прыгать вверх по списку, наплевав на наложенный им гандикап. Хорошо, что у меня хватило запала порешать его самого…
А вообще — такой паровоз, подъем на прицепе до определенного уровня ниже себя — технически возможен. Но я уже посмотрел подсказки Системы в моем админском окне и убедился, что скорость набора рангов таким способом принципиально ограничена сотней рангов в стандартные имперские сутки, происходящие от корабельной смены дня и ночи. И достигнутое положение сохранится, только если администратор сотни не откатит в течении десяти дней решение своего коллеги. Возвышение по выполненным достижениям Системы админ откатить не может, но чтобы их выполнять — надо не во Дворце пляжным баскетболом заниматься, а лезть во всякое неописуемое за пределами этого бильярдного шара из слоновой кости. Или, того лучше, завалить кого-нибудь серьёзного в ранговом поединке.
— Я уверен, что Сур откатит ваш прогресс снова, — заметил я.
— Самое время попробовать, пока Сур в отключке, — пожала плечами резкая и дерзкая Эрнандес.
Ну да, не закрепится — так хоть нагадить. С другой стороны, если у неё тут все готово, документы лежат на нужных столах и вопрос только в её статусе, она может и успеть в то короткое время, что у неё будет.
— Знаете что, шевалье, — задумчиво произнес я. — Я готов оказать вам эту услугу из чистой любви к искусству. То есть даром…
— А! Так значит, вы это можете! — заметила Эрнандес.
— Никогда таким не занимался, — ответил я. — Но готов попробовать. Но, я уверен, что у вас будет не более часа-двух. А может, пара минут.
— Я готова рискнуть, — ответила Эрнандес. — И готова щедро возместить ваши моральные терзания.
Я захохотал в ответ:
— Ну, не так уж я и терзался!