Страница 37 из 101
Глава 16 Монро
Все произошло очень быстро. В одну секунду Линкольн забивал, казалось, миллионный гол за вечер.. А уже в следующую очутился прямо передо мной, стучал по стеклу и как будто указывал на мою джерси.
Прозвучала сирена, сообщавшая об окончании игры, и Линкольн, как последний придурок, зарядил Ари Ланкастеру кулаком по лицу, при этом тыча пальцем другой руки в меня.
Толпа вокруг обменивалась заинтересованными взглядами, поэтому я незаметно огляделась по сторонам и попыталась притвориться, что эта сцена не имеет ко мне никакого отношения.
Ари, похоже, не волновала стекавшая по его лицу кровь. Он хохотал так же истерично, как прежде Эшли, хотя я не понимала, над чем. И сюрреалистичный вечер принял еще более странный оборот.
Рядом появилась Эшли. Легка на помине.
— Идемте, пока болельщики не обезумели. Им нравится, когда Линкольн ввязывается в драки. А учитывая, что его игра обеспечила команде место в плей-офф , трибуны превратятся в сумасшедший дом.
— Эй, это на нее Дэниэлс показывал пальцем! – воскликнула одна девушка, пока мы шли к выходу.
— Не обращайте внимания, – прошептала мне Эшли, хотя и сама, видимо, нервничала, когда подобные вопросы стали звучать чаще.
Мне казалось, уйти тайком подозрительнее, чем ответить «нет» любопытным носам, но что я знала? У меня не было опыта общения с заинтересованной мной публикой.
Я последовала за Эшли, и мы двинулись по другому коридору. Это место напоминало лабиринт.
— Значит, с этой победой они вышли в плей-офф?
— Да, – мечтательно произнесла Эшли. – До прихода мистера Дэниелса мы двадцать лет не выходили в плей-офф. И по сути, пока он на льду, мы фавориты, – Эшли вдруг остановилась, так резко, что я чуть не налетела на нее. А затем она повернулась ко мне с серьезным выражением лица: – Я должна следить за тем, чтобы он был счастлив и не хотел уходить. Ты понимаешь, о чем я говорю?
— А-а-а.. нет?
Она вздохнула и на краткий миг перестала выглядеть дружелюбной.
— Я к тому, что мы не можем позволить, чтобы что-то сделало его несчастным. У нас будут проблемы.
Ладно, я понимала, что он – большая звезда, но все это звучало нелепо. Мне было жаль девушек, которые делали что угодно, только бы осчастливить мужчину лишь по той причине, что он знаменитость.
— У меня нет цели веселить кого-либо, – сухо ответила я, отчего черты ее лица исказились. Впервые за сегодняшний вечер она показалась мне уродливой.
Прежде чем Эшли успела выдавить еще хоть слово, перед нами распахнулась дверь, и на пороге появилась женщина: ее волосы были небрежно заколоты карандашом, очки в черепаховой оправе подчеркивали большие голубые глаза, и, судя по спортивным штанам «Даллас», выбор нарядной одежды не относился к ее приоритетам. Она мне сразу понравилась.
— Почему так долго? – огрызнулась женщина, глядя поверх очков, словно точно знала, о чем мы с Эшли говорили. – Дэниелс спрашивает, – она глянула на меня, и черты ее лица смягчились. – Монро, идем со мной.
Я не потрудилась попрощаться с Эшли. Похоже, настроение любезничать у нее прошло.
— Не обращай на нее внимания, – прошептала новенькая, и, стиснув планшет одной рукой, другую она протянула для рукопожатия. – Не люблю слатшейминг, но, когда дело доходит до хоккеистов, у Эшли правда едет крыша. Она считает, что нужно оказывать очень личные услуги, если понимаешь, о чем я..
Думаю, мы подружимся.
— Короче.. меня зовут Тэнли, – мы пожали руки. – И ты должна знать, что бы она ни наговорила, Дэниелс на самом деле славный парень. Он еще никогда не делал того, что устроил для тебя. Ни для кого.
Услышав, что я не стала очередной девицей в длинной череде счастливиц, получивших VIP-обслуживание, я правда испытала облегчение. Не то чтобы это произвело на меня впечатление. Или что меня волновали другие девушки. Или.. По крайней мере, в этом я себя убеждала.
Пока мы шли по коридору, Тэнли болтала без умолку. И тут она остановилась перед металлической дверью.
— Ты готова? – спросила она.
— В каком смысле? Готова к чему?
— Вокруг Дэниелса постоянно устраивают цирк. Я просто не знаю, насколько ты готова.
Ни капли.
— Какой еще цирк?
— Пойми, он славный, отлично выглядит, у него известный отец.. Это довольно убойное сочетание.
— Да, – прошептала я, вспоминая все, что отыскала о нем в интернете.
Во что я, черт подери, ввязалась?
Тэнли, поджав губы, склонила голову набок, и ее взгляд смягчился. Она мгновение не сводила с меня глаз, и затем одарила ласковой улыбкой, безмолвно выражая сочувствие, будто знала, что меня ждет впереди. А потом открыла дверь, и в нос ударили запахи пота и сырости. Каждый уголок помещения пропитался мускусным ароматом, смешанным со слабыми нотками разогревающей мази и странной примесью мужского одеколона. По неосторожности сделав глубокий вдох, я поморщилась, но от запаха меня сразу отвлекло невероятное зрелище: раздевалка, полная хоккеистов.
Полуголых хоккеистов.
Двое парней слонялись по помещению в одних хоккейных штанах, отчего мои щеки тут же залил румянец, а когда они присвистнули, Тэнли показала им средний палец.
— Ведите себя прилично. Дэниелс вас убьет, – огрызнулась она.
— Она к Линку? – пробормотал один из них. – Везучий ублюдок.
Тэнли схватила меня за руку и потащила дальше, за угол, а там..
Я заметила Линкольна. На нем не было ничего, кроме обтягивающих серых трусов. Я старалась не пялиться.. Правда старалась. Но ничего не могла с собой поделать. Гладкая загорелая кожа. Я такой прежде не видела. Пресс словно высечен из мрамора, идеально очерчена каждая мышца, а широкая грудь изумляла своей массивностью. Я вдруг поняла, что не в силах отвести глаз от его плеч. Я следила за тем, как он двигал ими, пока снимал джерси с нагрудника, как извивались татуировки, нанесенные на кожу. А потом подметила ту, частичкой которой он поделился со мной несколько дней назад.. бабочку.
Крупная татуировка в виде бабочки покрывала все пространство его грудных мышц. Размерами она сильно превосходила настоящее насекомое и словно готовилась улететь на раскинутых крыльях.
Выполнен рисунок был в черно-белых тонах и походил на произведение искусства, грациозно расправленные крылья поражали детализированной проработкой. Каждая вена и узор крыльев набивал истинный мастер. Бабочка казалась ожившей, ее нежная красота резко контрастировала с крепким телом Линкольна.