Страница 54 из 60
Несмотря на ночь, на улице были люди, у которых на лицах не сходила улыбка. Все они счастливо выкрикивали: «С Новым годом!» Действительно, ощущалась в этом некая магия праздника. Аня с Альбертом вышли к магазину, откуда горел яркий свет. Сам магазин не работал, зато горела вывеска. Счастливые, они позволили себе снова быть собой, не подозревая, что за ними уже следили. Почти миновав магазин, Аня услышала за спиной:
— Анечка!
Волосы встали дыбом, а сознание безмолвно молило: “только бы показалось”!
Знакомая фигура, похожая на тень призрака, вышла из тени на свет.
Собственное имя, успевшее стать ненавистным. По спине прошелся леденящий душу холод. Они так были счастливы в этот момент, что совершенно перестали скрываться. И ни разу не подумали, чем это может обернуться для них обоих. Аня перестала дышать, не моргая наблюдала за приближающимся к ним силуэтом. В своей простодушной манере к ним шёл Вова. Улыбался, и лишь один взгляд выдавал его суть. Вова видел их вместе, глядя прямо на их сцепленные руки.
Радость, праздничная атмосфера исчезли в миг. Романовский интуитивно закрыл Аню собой, сжимая крепче её руку.
— Что ты здесь делаешь?
— Альберт, разве так встречают родных людей? — опасливо тихо спросил Вова. — Праздник же! Новый год.
Аня сглотнула. Страх окутал тело невидимой паутиной, не давая сдвинуться с места. Перед ними стоял будто бы другой человек. Не тот, с которым девушка познакомилась, не тот, кто провожал ее каждое утро до школы, рассказывая выдуманные истории. Это был другой человек. Не могла объяснить. Сердце стучало, словно птица билась в закрытое окно.
— Ты не должен быть здесь, — уверенно произнёс Альберт.
— У меня всё прелестно, если тебе вдруг интересно. И я не обижаюсь.
— Что тебе нужно?
— На самом деле я просто хотел подарить новогодний подарок Анечке, — ответил Вова. — Можно?
И тут они оба заметили, что одну руку он держал за спиной. Вторую держал в кармане. Вова явно нервничал, хоть и старался виду не подавать.
Аня зачем-то огляделась по сторонам. Вокруг сделалось подозрительно тихо.
— Думаешь, я способен причинить вред той, кого люблю? — чуть истерично спросил Демидов. — Анечка, ты ведь знаешь, я никогда не причиню тебе вреда. Я люблю тебя.
В словах не было ни капли искренности. Это были безумные слова безумного человека.
Они молча сверлили друг друга взглядом. Ей хотелось, чтобы Вова поскорее ушёл отсюда. Хотелось поскорее оказаться в безопасности. Аня четко понимала: принимать подарок от него — неразумно, опасно. Время тянулось медленно. Рядом - ни души. Куда-то делись прохожие. Скорее всего уже сидели перед телевизорами с поднятыми бокалами шампанского в ожидании боя курантов.
Вова напрягся. Посмотрев на Альберта, чье лицо оставалось спокойным, девушка догадалась: “начеку”. Он защитит ее, закроет собой, но рисковать его жизнью она не могла. Никогда. Ни за что. Лучше пострадает сама. А может вовсе себе накручивает. В коробке безобидная старинная вещь из коллекции? И тогда она решила взять. Желание оказаться подальше от этого места пересилило.
— Всё нормально, Алик. Я возьму.
- Одетта, не нужно, - Романовский обернулся к ней. - Просто давай уйдем.
Всего на пару секунд их взгляды встретились, а после Аня уже взяла протягиваемую Вовой коробку. От неё шёл подозрительный шипящий звук. Она взглянула на Вову, увидев вспыхнувшие ненавистью глаза. Поняла слишком поздно — это была ошибка.
Потому что в тот же миг они с ужасом обнаружили внутри горящую петарду. Романовский среагировал молниеносно. Выхватил у Ани и отбросил в сторону, но коробка в последний момент успела взорваться в правой руке. Взрыв, оглушающая тишина, и алая кровь на снегу. Рука Альберта была вся в крови, а его пальцы… валялись отдельно. Крик, плач, быстро удаляющаяся фигура Вовы.
— Одетта, всё хорошо, — повторял Альберт. — Я в порядке, это всего лишь пальцы. Аня, Аня!
В глазах темнело…
Послышались посторонние крики, голоса.
— Быстро, в травмпункт!
Кто-то держал её за руку. Не Альберт. С ним был какой-то мужчина.
— Аня, всё хорошо, — голос тёти. — Главное — живой.
Перед глазами плыло, превращаясь в единое черное пятно.