Страница 22 из 60
Аня стояла в компании Маши, Стеллы и Иры и слушала их вполуха. Всё её внимание занимал один человек, разговаривавший со своим одноклассником. Несмотря на его вовлечённость в разговор, он смотрел на неё. Она ничего не могла с собой поделать, не могла не смотреть. Альберт правда был самым красивым старшеклассником.
— Анечка, ты сегодня свободна? — громко спросил Вова, появившийся из ниоткуда. — Бабуля спрашивала о тебе.
— Я…
Ощутив внутреннюю неловкость, растерялась. Взгляды с Альбертом пересеклись, тот больше не улыбался, прислушивался.
— Зайдёшь снова в гости? Бабуля собиралась испечь твои любимые пирожки с вишней и творогом.
Само собой, это услышали рядом находившиеся одноклассницы.
— Ууу, — похлопала в ладоши Ира. — Как романтично! Мы тоже хотим послушать про пирожки. Наша Анечка уже с твоими родными успела познакомиться?
Девчонки, конечно же, не со зла. Просто прикалывались. Только вот Ане было не до смеха.
— Да, и она была у меня в комнате, — гордо заявил Вова.
Она растерялась ещё сильнее, покраснела. Абсолютно не понимая, зачем он так с ней. Для чего рассказывал это всем? Но больше её волновало, что подумает о ней Альберт?
«…чем вы занимались в комнате?», «…шустро ты Вовка».
— Значит, это не слухи. Вы встречаетесь? — подхватила Стелла. — Я думала у тебя вкус получше, и ты всё-таки выберешь Алика, — последнее предложение было сказано ей на ухо.
— Нет, это неправда, — сглотнув, попыталась оправдаться Аня. Ответ вышел тихим, каким-то даже жалким. Мелькнуло перед глазами довольное лицо Вовы.
— Анечка просто очень скромная.
У нее уже кружилась голова. От чересчур повышенного внимания, от дурацких приколов, от лжи, в которую почему-то верили окружающее. И самое главное Альберт… неужели он тоже верил в это?
— Вов, скажи им, что это не… — поперхнулась. Закашлялась. От нервов. На глаза выступили слёзы.
Он среагировал быстро. Оказался рядом, дал бутылку воды, хлопал по спине. Помогло.
— Аня не любит пирожки с творогом и тем более вишней. Вовка, не выдумывай. Они нравятся тебе.
Дальнейшая реакция не последовала, потому что с учительского совещания внезапно вернулись учителя. Только новые слухи это не остановило. Теперь все знали: оба Романовские по уши влюблены в Чадову. Не только Селезнёва не понимала, что есть в Ане такого, чего нет ни в ком, даже в той же Натке, бегающей за Альбертом с первого класса.