Копатель (ЛП)

— Мы можем поискать его.

Он передал шелк Келли, и они привязались друг к другу, Уркот надежно протянул нити поперек живота. Затем он подошел к стволу большого дерева и посмотрел вверх.

Хотя Уркот провел в Клубке за пределами Такарала и близко не так много времени, как Кетан или Телок, он лазил по многим и многим деревьям. Но ни одно из них не казалось таким большим и внушительным, как это. Он знал, что усталость сковывает его конечности, знал, что изнеможение терзает каждую клеточку его разума.

Еще немного, и мы сможем отдохнуть.

Келли обвила его руками, и Уркот нежно похлопал по ним нижней рукой.

— Держись крепче, самка.

— Не отпущу.

Если он когда-либо сомневался в силе слов, то в тот момент все сомнения развеялись. Ответ Келли проник в его сердце, наполнил грудь теплом и придал ему сил, когда его собственных осталось так мало.

— И я никогда не отпущу тебя, моя сердечная нить, — пророкотал Уркот.

Вонзив когти в кору, он полез вверх.

Он нашел широкую ветку на полпути к верхушке дерева и втащил себя на нее. Отвязав веревку, он с особой осторожностью помог Келли спуститься. Усадив ее перед собой, он устроился рядом со стволом и усадил ее на свои согнутые передние ноги. Она прижалась к нему спиной, и он обвил Келли руками, притягивая к себе, и обхватив пальцами ее бедра.

Ему не нравилось, что ее тело продолжало дрожать.

Напевая, он провел ладонью вверх и вниз по ее рукам.

— Странно снова оказаться так высоко после столь долгого пребывания под землей, — сказала Келли.

Уркот огляделся. Тени были глубокими, небо почти полностью темным, но он мог видеть листья, колышущиеся на ветру, чувствовал запах всего вокруг, такого земного и живого.

— Странно, но хорошо. Очень хорошо быть здесь, с тобой.

— Очень хорошо, — Келли положила голову ему на плечо и прижалась теснее. Какое-то время она молчала, и звуки насекомых и шелеста листьев наполняли тишину по мере того, как вокруг них сгущалась ночь.

— Думаешь, они нас найдут? — спросила Келли.

— Зачем им нас искать? Мы же их накормили.

— Что? Мы никого не… Ох. Фу, — она слабо хлопнула его по предплечью. — Не смешно, Уркот.

Он защебетал, но его веселье было мимолетным. Он крепче обнял Келли за плечи и зарылся носом в ее волосы.

— Не знаю, придут ли они и как близко подойдут. Но я буду на страже.

Со временем ее тело перестало дрожать, и она расслабилась. Ночные звуки создавали уникальную песню Клубка. Внизу растения и грибы начали светиться, когда взошли луны и сквозь проемы в кронах деревьев показались звезды.

Уркот перевел взгляд на небо, на большой просвет в ветвях над головой. Так много крошечных точек света, сверкающих, как бесчисленные кристаллы, видимые издалека, разбросаны на фоне пятен синего, пурпурного и черного цветов. Ему все еще было странно проводить так много времени под открытым небом. Когда он впервые отважился покинуть Такарал, чтобы сразиться с терновыми черепами в войне Зурваши, он каждую ночь смотрел на звезды, гадая, что это такое, можно ли до них как-то дотянуться.

Знание того, что такие, как Келли, прилетели с тех самых звезд, делало их для него только еще более удивительными.

— Ты знаешь, какая из них твой мир, Келли?

— Ммм? — сонно спросила она.

— Звезды.

Она повернула лицо к просвету между ветвями, положив на него голову.

— Здесь они другие, чем на Земле. Там, откуда я родом, их почти не видно ночью из-за искусственного освещения. Здесь они красивее. Но моего мира… там наверху нет.

Уркот склонил голову набок, подергивая жвалами.

— Что ты имеешь в виду? Вы пришли со звезд, ведь так?

— Да. Но моего мира больше там нет. Мой мир здесь. С тобой, — она откинула голову назад и повернула к нему лицо, запечатлев легкий поцелуй на его подбородке. — Ты — мой мир, Уркот.

Он издал трель, наклоняя голову, чтобы коснуться ртом ее губ.

— Ах, мое сердечная нить. Мой мир никогда не будет темным, пока ты в нем.