Страница 56 из 112
Моя!
Его член снова дернулся, из него вырвалась еще одна струя семени. Это семя смешалось с ее эссенцией, горячее и скользкое, заполнило ее и потекло струйкой вокруг основания его стебля. Пальцы его нижней руки и застежки сжимали ее, не желая отпускать, заставляя ее щель оставаться на одном уровне с его.
Наконец, он разжал челюсть и поднял голову, чтобы посмотреть на нее сверху вниз. Странный привкус ее крови появился у него на языке.
Келли уставилась на него темными блестящими глазами, тяжело дыша. Когда его усики затрепетали, она напряглась и застонала. Улыбка, тронувшая ее губы, сказала ему, что ее реакция не имела ничего общего с болью.
Уркот прерывисто вздохнул, когда его захлестнула очередная волна удовольствия, усиленная ее киской, которая крепко сжала его узел. Как только она расслабилась, его взгляд переместился на ее левое плечо, куда он укусил ее. На нем были многочисленные кровоточащие раны, оставленные его зубами.
Его сердца чуть не остановились.
Как он позволил себе быть таким беспечным? Он знал,
знал
, какой нежной была ее человеческая плоть, как легко ее можно было сломать.
— Прости, — прохрипел он. — Я не хотел причинить тебе вреда, Келли. Я…
Она прижала палец к его рту.
— Тссс.
Уркот моргнул, уставившись на нее сверху вниз, прежде чем прикоснуться ртом к ее пальцу в поцелуе.
Келли провела пальцами по коротко остриженным волосам по бокам его головы и довольно замурлыкала. Когда удовольствие снова поднялось в нем, и очередная порция семени наполнила ее, заставив усики снова затрепетать, она закрыла глаза, с тихим стоном извиваясь под ним, прижимаясь к нему киской и принимая его узел глубже.
— Боже, это потрясающее ощущение, — тихо сказала она, все еще улыбаясь. — Я люблю твой член и эти маленькие трепещущие штучки. Я не хочу, чтобы это вообще заканчивалось.
Гордость наполнила его грудь. Его самка наслаждалась их совокуплением. Ощущения были волнующими, приятнее всего, что он мог себе представить, но все это было невероятно усилино удовлетворением Келли.
— Это не закончится. Пока нет, — сказал он.
Келли открыла глаза, чтобы встретиться с Уркотом взглядом, и нежно погладила его по лицу.
— Хорошо, потому что тебе так чертовски хорошо внутри меня.
Уркот издал трель и уткнулся носом ей в шею, глубоко вдыхая ее аромат.
— Я бы держал свой стебель глубоко в тебе, пока Восьмерка не заберет меня, если бы мог.
Крепко обхватив ее руками, Уркот перекатился на спину по шелковому гнезду, устраиваясь в нем и обвивая ногами свою самку, чтобы обеспечить ей как можно больше тепла своим телом. Она лежала на нем, раскинув ноги в обе стороны, положив голову ему на грудь, и ее влажные кудри щекотали его шкуру.
По телу Уркота прокатилась волна удовольствия, заставив его усики снова затрепетать внутри Келли. Он наслаждался каждым ощущением, каждой ее реакцией, каждым тихим звуком, который вырывался у нее.
Постепенно пульсация затихла, его усики спрятались, и его пара обмякла. Его собственное тело становилось тяжелее с каждым ударом сердец, и боль, мучившая его с момента камнепада, вернулась на место.
Но он держался до тех пор, пока ее дыхание не стало глубже, и он не понял, что она заснула. Больше всего он дорожил этими мимолетными мгновениями — тем, что его паре было достаточно комфортно, она достаточно доверяет ему, чтобы спать с ним вот так, с его стеблем, все еще находящимся внутри нее.
Затем он позволил изнеможению утащить себя во тьму.