Копатель (ЛП)

Прежде чем она успела отреагировать или придумать ответ, он опустил руки и отступил в сторону, наклоняясь, чтобы забрать ее сумку. И все слова, которые она могла бы произнести, замерли у нее на языке, когда она увидела тело бледного врикса на земле перед собой.

Келли взяла фонарь и подошла к вриксу. Хотя он был явно мертв, она для верности пнула его по ноге. Когда он не двинулся с места, она подошла ближе и присела на корточки, направив на него фонарь.

Краткий кошмарный проблеск, который она увидела, когда он напал на нее, был реальным.

Его шкура была бледной, болезненно-белой, а тело истощенным, с длинными, нескладными конечностями, измазанными грязью и кровью. Местами она могла видеть кости, проступающие сквозь его шкуру, особенно на груди, где шкура прилипала к ребрам. Злобно длинные, острые когти торчали из его пальцев, как лезвия. Но страшнее всего было его лицо.

У теневых охотников и терновых черепов не было губ, как у людей. Их твердые рты скрывали клыки, когда были закрыты. Но зубы этого врикса были выставлены напоказ, как у голого черепа, длинные, тонкие и заостренные. Восемь черных глаз-бусинок были открыты и безжизненны, по три пары располагались друг над другом, а последняя пара меньшего размера располагалась вне этого ряда.

Келли уставилась на его когтистые жвалы и содрогнулась. Они напомнили ей ротовые органы верблюжьего паука.

Это было существо, созданное для раздирания плоти.

— Это… это…

— Странник духа, — произнес Уркот у нее за спиной.

Она прикрыла рот рукой, уставившись широко раскрытыми глазами на ужасающего врикса.

— О черт, черт, черт.

Истории, которые рассказывал ей Уркот, были правдой. Опасения, которыми он поделился с ней, были реальными.

Встав, Келли повернулась к нему лицом.

— Будут еще? Если здесь один, то должны быть и другие поблизости, верно?

— Я не знаю, — он поднял ее сумку. — Но мы должны идти. Судя по звукам и запаху крови,

что-то

скоро придет.