Страница 2 из 88
— Вон там, — она указала на обрывчик под корнями старой ольхи. — Что-то рыжее.
Мы раскопали снег и мёрзлую землю. Это оказалась россыпь тяжёлых, зеленовато-золотистых камушков с ярким металлическим блеском — халькопирит, медная руда. Небогатая, но её было достаточно для нескольких плавок. Маленькая победа.
Далее наш улов пополнился: несколько мелких, но очень красивых кусочков яшмы — не такой глубокой, как мамина, но с причудливыми узорами: кроваво-красные полосы на тёмно-зелёном и солнечно-жёлтые вкрапления в сером. Пара небольших жеод — каменных «гнёзд», внутри которых, как мы надеялись, могли скрываться кристаллы кварца или аметиста. Тяжёлый, гладкий камень свинцово-серого цвета, который Аня «почуяла» как что-то особенное: возможно, содержащий олово. И, наконец, на самом краю полыньи, где вода намыла чистый песок, Аня нашла нечто удивительное: крошечный, не больше ногтя, камешек, который в тени был просто тёмным, но, когда на него упал луч зимнего «солнца», он вспыхнул внутренним, густо-синим, почти фиолетовым светом, как кусочек ночного неба. Один похожий у меня уже имелся.
Мы вернулись домой с полными карманами «сокровищ». Руки замёрзли, щипали щёки, но внутри горел азарт исследователя. Эти камни были не просто красивыми безделушками. Это были ключи к будущим экспериментам, новые ингредиенты для алхимии моего дара, подтверждение того, что мы с Аней — хорошая команда. Январь только начинался, и он обещал быть месяцем не только стужи, но и горячей, сконцентрированной работы у горна и за страницами старого трактата.