Страница 27 из 94
— Ну и погоду ты выбрал для свидания, любимый, — капризно, но достаточно громко, чтобы перекричать шум дождя, протянула Тая, заглядывая ему в лицо и разыгрывая легкое недовольство. Она даже картинно надула губы, входя в роль избалованной девчонки. — У меня уже все ноги промокли! Ты же обещал, что мы просто посидим в кофейне!
Ярослав подыграл мгновенно, да так, что у неё едва дыхание не перехватило.
Он чуть наклонил зонт, закрывая их от очередного яростного порыва ветра, и уверенным, собственническим жестом привлек девушку ближе к своему боку, плотно обнимая за талию. Его низкий, бархатистый смех прозвучал на удивление естественно и так близко, что Тая на секунду забыла, как дышать. Вся её напускная капризность мигом улетучилась, сменившись острой, совершенно не нарисованной растерянностью.
— Не ворчи, Тая, — он наклонился к ней, заставляя остановиться прямо посреди залитого водой тротуара и вынуждая посмотреть себе в глаза. В их полумраке, под куполом зонта, его взгляд казался бездонным и пугающе внимательным. — Зато смотри, какая романтика — весь Питер только для нас двоих.
Он заговорил тише, с оттенком мягкой, интимной насмешливости, склонив голову к её уху так низко, что его дыхание опалило мокрую от капель щеку.
— Сейчас дойдем до угла, и я согрею твои руки. Потерпи еще немного, ладно?
Его пальцы на её талии чуть сжались, транслируя сквозь ткань тренча уверенное, дразнящее тепло. Тая почувствовала, как к щекам, вопреки холодному ветру, прилил густой, жаркий румянец. Сердце предательски забарабанило о ребра — и это точно была не паника перед встречей с чернокнижником. Одно дело — просчитывать тактику маскировки в сухом кабинете, и совсем другое — чувствовать, как этот невыносимый мужчина слишком хорошо, просто пугающе достоверно справляется со своей ролью. Сглотнув вязкий ком, она покорно пошла дальше, надеясь только на то, что в грозовых сумерках Ярослав не заметит, как сильно она засмущалась от его близости.
Для любого случайного наблюдателя или невидимого соглядатая они были идеальной, поглощенной друг другом парой, которая просто глупо застряла под летним ливнем. И никто бы не догадался, что пока они так сладко ворковали, Ярослав цепким, расчетливым взглядом сканировал темные окна-глазницы угловой башни, а Тая, сильнее прижимаясь к его груди, считала шаги до глухой, утопающей в кромешной темноте арки.
Они целенаправленно шли туда, где в сыром полумраке старого питерского двора, прямо за стеной наводящего ужас ливня, уже ощущалось чужое, затаенное присутствие. Чьи-то тяжелые, невидимые взгляды буквально буравили им спину из темноты подворотни. Словно тени, застывшие в засаде, только и ждали момента, когда купол их одинокого зонта переступит черту.