Страница 25 из 94
— Опять? — девушка посмотрела на мужчину с непонятным выражением лица, застыв со своим планшетом в руках. Слишком свежи еще были воспоминания об их прошлых совместных поездках и том странном, будоражащем чувстве, которое возникало внутри салона его автомобиля.
— А ты хочешь по этой темноте пешком идти? — он махнул рукой в сторону окна. Небо заволокло тяжелыми, почти черными тучами, и дневная удушливая жара сменилась резкими, холодными порывами предгрозового ветра, который уже яростно трепал кроны деревьев на улице. — Или под ливнем хочешь идти? Сейчас как ливанет — весь город встанет.
— Я не сахарная, не растаю, — негромко буркнула Тая, хотя спорить с очевидным было глупо. За стеклом уже знатно громыхало, и первые тяжелые капли с силой забарабанили по отливу.
— Вот и отлично, — Ярослав даже не подумал принять её возражения.
Он решительно шагнул ближе, забрал из её рук планшет и, подцепив пальцем ремешок оставленной на столе маленькой женской сумочки, непринужденно закинул её себе на широкое плечо поверх форменной куртки. Вид сурового, плечистого капитана Ведомства с крошечной изящной сумкой наперевес вышел настолько комичным, что Тая невольно замерла.
Ярослав, ни капли не смутившись, слегка повернулся корпусом, картинно повел плечом и с абсолютно серьезным, непроницаемым лицом выдал:
— Ну и как? Мне идет? По-моему, подчеркивает текстуру формы.
Тая прыснула, не выдержав, и напряжение, копившееся в ней последние часы, наконец-то вышло вместе со смешком.
— Безупречно, капитан. Очень освежает ваш тактический образ, — откровенно повеселев, отозвалась она. — Ладно, убедил. Поехали.
— То-то же, — хмыкнул Велехов, возвращаясь к своему обычному собранному виду, но в глазах его промелькнули теплые смешинки. — Пошли, пока нас тут окончательно не затопило.
До машины они добежали как раз в тот момент, когда небо над Петроградской стороной с грохотом прорвало. Плотная стена ливня мгновенно отрезала их от остального мира, едва они захлопнули тяжелые двери внедорожника. В салоне привычно пахло дорогой кожей, легким парфюмом Ярослава и остывающим кондиционером.
Капитан бережно опустил её планшет и сумочку на заднее сиденье и завел двигатель. Дворники бешено замолотили по лобовому стеклу, едва справляясь с потоками воды. Ярослав мягко выкрутил руль, выезжая с парковки Ведомства на залитую дождем, пустеющую набережную. В полумраке салона, освещаемом лишь тусклым светом приборной панели, его профиль снова казался высеченным из камня, но атмосфера между ними уже не была прежней — она стала легче, ближе.
Тая откинулась на кожаное сиденье, чувствуя, как приятное тепло от печки постепенно вытесняет уличную прохладу. Напряжение летучки медленно отпускало.
— Как думаешь, — тихо спросила она, глядя на расплывающиеся огни вечернего Петербурга за окном, — он поймет, что мы его раскусили?
— Не поймет, — Ярослав переключил передачу, не отрывая взгляда от сложной дороги. — Он слишком уверен в своей безупречности. Чернокнижники всегда горят на собственной гордыне. А теперь расслабься и закрой глаза, можешь вздремнуть. До твоего дома ехать минимум полчаса по таким пробкам.