Леди так не делают

Глава 22. О том, что выход непременно должен быть

Хэл сидел у окна, читал.

Кривая башня. Конечно, это тюрьма, но условия не самые ужасные. Для благородных господ. Темновато, довольно сыро, но просторная комната, нормальная мебель, свечи на столе.

Когда открылась дверь, Хэл поднял голову, а как только я вошла – вскочил на ноги.

— Мэг!

И так хочется броситься ему на шею, но все так сложно сейчас. Я даже не знаю, как объяснить. С Эдвардом мы заключили договор. Не могу сказать, что он выгоден нам обоим, но теперь, по крайней мере, я понимаю чего ждать.

У меня двое детей, я не могу просто взять и отказаться от всех условий. Даже Роуз.. Устроить новое назначение для ее мужа.. такое, которое сразу поставит под удар – это так просто. Они оба так далеко, но Джейк офицер флота и все равно подчиняется короне.

Даже так..

Мне приходится быть осторожной.

Кажется, ловушка почти захлопнулась, но все же, надежда до сих пор есть. Пока неясная, смутная, но.. хочется думать, что еще не все потеряно. Можно изменить, вернуть.

Что-то наверняка можно сделать.

Вчера утром я стала вдовой.

Думаю, Хэл все видел. Его окна как раз выходят на замковый двор и эшафот.

Вчера я была там.

Что я почувствовала?

Не знаю.

Облегчение? Я снова свободна? Но ведь нет.. никакой свободы не прибавилось. Да и желать Грэгу смерти.. Да, я никогда не любила его. И первые годы в браке с ним – были почти адом. Потом все успокоилось. Мы просто жили в одном доме. Да, он нередко позволял себе нелестные высказывания в мой адрес, много чего позволял.. но это слова. Не могу сказать, что меня это действительно задевало. Когда-то давно – может быть, но не теперь.

Я желала свободы, развода. Но смерти ему.. нет, пожалуй, не желала. Смерть – это слишком.

Пусть он заслужил, измена королю действительно карается смертью, но такому королю, как Эдвард не слишком-то хочется хранить верность. Как ни странно, но именно за измену не хотелось его осуждать.

Грэг не ожидал такого исхода.

Я видела, как его вели. Видела страх и растерянность. Он не мог поверить, что с ним обойдутся так. До последнего. Эдвард и сам сказал, что обещал ему жизнь в обмен на признания, но обманул. И эта несправедливость задевала больше всего.

Ничему нельзя верить.

Грэг стоял там, у плахи.. Когда ему дали последнее слово, он сжал губы и ничего не сказал. Он не просил прощения за содеянное, ни о чем не просил. Никого не проклинал, хотя я ожидала этого. Он обвел двор взглядом, его губы дрожали.

— Он обманул меня.. – шепнул только.

Кому – я даже не знаю, может быть себе.

Потом его поставили на колени.

Хорошо, что девочек здесь нет, они не видели этого. Он был плохим отцом, но все же отцом. И так.. Несправедливо. Поймала себя на том, что мне Грэга жаль.

Эдвард настоял, чтобы я не носила траур. По изменникам траур не носят.

Эдвард настоял на том, чтобы вчера вечером я была рядом с ним. На приеме в честь его возвращения. Он хотел унизить меня, и еще больше хотел унизить королеву Кейтлин, давая ей понять, что она больше не нужна.

Я согласилась на это только с тем условием, что Эдвард не тянет ко мне свои руки. Я просто сижу рядом, улыбаюсь. Знаю, что после всего этого на моей репутации можно окончательно поставить крест. Но это уже не важно. Я не останусь в Моллоу. Пока еще не знаю, как это провернуть, но не останусь. Мне нужно только пережить..

Взамен Эдвард позволил встретиться с Хэлом.

Хэл стоял у окна.

Я шагнула к нему неуверенно. Он тряхнул головой, словно наваждение прогоняя, очень быстро подошел и обнял сам.

Молча, немного судорожно, словно сам боялся спросить. Как у меня дела? Да вот.. это же очевидно. Я попалась.

И я даже представить не могу, чем это закончится для него самого. Эдвард не говорил. Но зная Эдварда.. Такой противник не нужен ему живым. Теперь ничего не вернуть, и Хэл не станет служить брату, как прежде. То, что случилось – уже развело по разные стороны.

Хэл погладил мои волосы, взял за плечи.

— Мэг.. Я очень рад, что ты пришла. Я.. Послушай, – и как-то вдруг очень серьезно, – посмотри на меня. Вряд ли у нас сейчас много времени, поэтому хочу сказать сразу. И ты.. Ты готова уехать?

Я даже вздрогнула. Подняла на него глаза.

— Да. Но.. как..

— Я ведь заранее понимал, что так может повернуться. У меня все было готово. Ты и сама знаешь и про корабль, и про остальное. Нужно лишь решиться и выбрать правильный момент.

Нужно вырваться.

И если у меня еще хоть какая-то свобода.. За мной, конечно, следят, но Хэл в тюрьме. Как он может выбраться отсюда?

— Я уеду только с тобой.

Он слабо улыбнулся, лишь уголками губ. Погладил мои волосы снова, осторожно, кончиками пальцев.

— Да, – сказал тихо. – Я тоже не планирую здесь оставаться. Не беспокойся за меня. У меня есть друзья. Послушай.. – он облизал губы. – Эдвард хочет выдать тебя замуж снова. Не спорь с ним. То есть спорь, покажи ему, что ты не хочешь. Но сыграй покорность. Нам сейчас нужно выиграть время и немного усыпить его бдительность. Он хочет разыграть это снова, на новом витке. Показать, что как бы мы ни дергались – от его воли не уйти. Но мы сами можем этим воспользоваться. Пусть готовит свадьбу. Пока идут приготовления – у нас время есть.

— А ты?

Он чуть погладил меня по плечу.

— И я..

У Хэла есть время. Пока свадьба готовится – Хэла не тронут, это точно. Эдвард не упустит случая позлорадствовать. Сначала заставит смотреть снова, а уж потом..

Хочется расплакаться от собственного бессилия. Но я смотрю Хэлу в глаза.. Только бы у него действительно был план!

— Не бойся, – Хэл смотрел на меня. – Ты воспринимаешь все слишком серьезно. Все немного не так. Эдвард та еще мстительная свинья, но есть границы, которые он не перейдет. Поверь, я знаю его лучше, чем ты. Отчасти это игра. Нужно только подыграть. Он любит, когда играют по его правилам.

— Ничего себе игра.. – я не могла относиться к этому так легкомысленно.

— А по твоему нет? – Хэл пожал плечами. – Если бы он хотел предъявить нам обвинения, он давно предъявил бы. Тут столько всего состряпано, что на десяток смертных казней хватило бы. У нас с ним всегда были сложные отношения, разногласия, мы спорили, орали друг на друга, но.. Эдвард любит, чтобы ему подчинялись, чтобы делали, как он хочет, преданно заглядывая в глаза. Любит роскошь и пыль в глаза. Много пыли в глаза. Да, у нас много долгов, по большей части из-за его неумеренности. Но он далеко не глуп.

— Он притворился мертвым..

Хэл засмеялся.