Страница 35 из 269
— Есть, — кивнул я. — Мы их карлами зовём, а вот люди они или нет, тоже не уверен. Они больше сами по себе живут.
— Ладно, давай спускаться, — заключила Арна. — И лучше совсем рот не раскрывай, я сама разговаривать буду.
— Не буду раскрывать, — буркнул я, впрочем, безо всякого недовольства — у неё это и в самом деле лучше получится.
Внизу наша незаметная тропинка плавно влилась в большую дорогу. Очень удачно — вряд ли здесь бывает много гостей из Тираниды, да и вообще сложно будет объяснить, что мы за путешественники, и как мы пришли оттуда, откуда могут прийти только Старшие. Ещё через пару сотен саженей дорога плавно обогнула россыпь огромных валунов, и перед нами открылись главные врата, которые мы видели только сверху.
Вблизи здание врат впечатляло. Полированный тёмно-зелёный лабрадорит переливался голубоватыми всполохами, из ниш на нас равнодушно взирали бронзовые статуи — очевидно, статуи этих самых двергов, — с различными инструментами в руках, а между нишами размещались резные панно с картинами жизни местных обитателей — впрочем, картины эти мало что мне говорили. Разве только то, что дверги эти от людей неотличимы, и так же любят себя увековечивать.
Большие бронзовые двери были покрыты превосходной чеканкой и настежь распахнуты. У дверей стояли, привалившись к стене, двое караульных с позолоченными протазанами. Действительно, люди как люди, разве что чуть пониже ростом.
— Куда прётесь, вершки? — лениво спросил один из них. — Гостевые карты есть?
— Нет, — ответила Арна, затормозив.
— Ну так идите к регистратору и получайте, — он вяло махнул рукой в сторону одного из маленьких зданий, которое, впрочем, вблизи выглядело не таким уж и маленьким.
Здание регистрационной службы было облицовано таким же лабрадоритом, но из украшений хозяева ограничились только парой барельефов. Суровые физиономии каких-то пожилых двергов грозно хмурились на посетителей с обеих сторон входной двери. Арна немного заробела — у моей княжны явно не было никакого опыта общения с бюрократическими структурами. Я бережно отодвинул её в сторону и решительно потянул ручку двери.
За дверью открылся маленький холл, а за ним недлинный коридор с дверями по обеим сторонам. В холле стоял массивный каменный стол, за которым восседал ещё один дверг. Его позолоченный протазан был аккуратно поставлен в угол — хозяин явно не ожидал внезапного нападения.
— Регистрироваться пришли, вершки? — строго осведомился дверг.
— Да, — пискнула Арна.
— Вторая дверь по правой стороне, — проинформировал тот и потерял к нам всякий интерес.
За указанной дверью обнаружился ещё один дверг, сидевший по другую сторону барьера для посетителей. Он что-то писал, не обращая на нас внимания.
— Мы регистрироваться, — робко сказала Арна.
— Ожидайте, — рявкнул дверг, не переставая писать, и Арна окончательно растерялась.
Похоже, здесь искусство бюрократии получило серьёзное развитие. Даже не знаю, хорошо это для нас или плохо. В бюрократическом обществе очень многое делается легко и просто, когда ты знаешь ходы и выходы, зато незнающий человек может завязнуть на любой мелочи.
— Слушаю вас, — дверг, наконец, поднял на нас глаза. — Излагайте ваше дело.
— Хотим посетить славный город Бранин, — смущённо заявила Арна.
Не думаю, что здесь можно чего-то добиться лестью, но пусть попробует, вреда от этого не будет. Хотя нет, может, и будет — дверг нахмурился, и от него повеяло раздражением.
— Имена, — недовольно буркнул он, придвигая к себе толстенный журнал с записями.
— Я Арина кель Баст, — торопливо сказала Арна. — А это мой брат, Арт кель Баст.
Что ещё за кель Баст? Вообще-то, правильно, что она другие имена назвала, но об этом всё же надо заранее договариваться.
— А чего этот за себя не говорит? — недовольно спросил дверг, поднимая на меня глаза. — Немой, что ли?
— У него горло болит, — объяснила Арна. — Воды ледяной попил.
— Заразный?
— Не заразный, просто горло застудил. В Бранине хотим к целителю зайти.
— К целителю, говоришь… — протянул дверг, рассматривая меня с презрительной миной. — Не пустят его к целителю, с такой-то рожей. Не похож ты на больного — морда наглая, кирпича просит.
У меня от злости заиграли желваки на скулах, и дверг это заметил.
— Хочется поди зубы мне пересчитать, морда? — спросил он с любопытством.
Я непроизвольно кивнул.
— Это дело, — с удовлетворением сказал дверг, мгновенно приходя в хорошее настроение. — После восьмого удара подходи в таверну «Кирка и молот» на двенадцатом уровне, спросишь Закрута, меня там все знают. Там и помахаться есть где, и пиво хорошее. Только сеструху с собой не бери, туда бабы не ходят. Ладно, давайте дальше вас записывать. Цель визита?
— Проездом, — воспряла духом Арна.
— Откуда и куда?
— Из Вольности в Дадон.
— Эк вас занесло, — крякнул Закрут. — Ничего себе круг.
— К родне по дороге заезжали, — пояснила Арна.
— Родня — дело святое, — понимающе кивнул дверг. — Торговать будете?
— Продавать нечего, и покупать ничего не нужно. Ну, припасы кое-какие в дорогу купим, конечно.
— Это не считается, — пренебрежительно махнул рукой Закрут.
Он довольно долго заполнял карточки, немилосердно скрипя пером, и время от времени высовывая от усердия язык. Непохоже, что ему часто приходится писать — отчего-то мне кажется, что двуручный молот ему гораздо привычнее пера. Наконец, он закончил с писаниной и облегчённо припечатал бумажки штемпелем.
— Забирайте карты, — он подвинул нам два заполненных каракулями квадратика. — Они на самом деле никому не нужны, но на всякий случай с собой носите, а то мало ли что.
— Спасибо, уважаемый, — поблагодарила Арна, забирая обе карты. — А не подскажешь ещё — где лучше на день-два поселиться гостям города?
— Верхние два уровня для гостей, там в любую гостиницу селитесь, они все одинаковые, — снисходительно пояснил Закрут. — И цены одинаковые, они городской управой устанавливаются. Ладно, идите давайте. А ты, как тебя там… Арт — подходи вечерком.
— Да уж… — хором ошарашенно сказали мы, выйдя из регистратуры и так же хором нервно засмеялись.
— Знаешь, Арна, — глубокомысленно заметил я, — ничего не скажу насчёт люди они или нет, но они точь-в-точь наши карлы, и повадки у них один в один.