Страница 230 из 269
– Может, и был, – с досадой ответил я. – Вот только не знал я ничего ни про какие камни. Как голову принёс сдавать, так и рассказали, ну а тушу где уже сейчас найдёшь.
– Кончай врать, дед! – Гуннит, наконец, снова обрёл дар речи. – Я три камня добыл!
– Ну, положим, два тебе просто подарили, – хмыкнул дед. – По‑моему, зря – я бы не подарил. Насчёт третьего не уверен.
– Ну в общем, так! – Гуннит проигнорировал деда и обращался почему‑то ко мне. – Я считаю, что ты всё врёшь!
– Что именно я вру? – поразился я. – Если ты про медведя, то голову ты сам видел. Да вон она, в трофейной лежит, и деньги я за неё получил.
– Неважно, – отмахнулся он. – Надо тебя проучить за твоё враньё.
– А, вон ты к чему ведёшь, – догадался я. – Только почему ты? По идее, на новичка должен наезжать кто‑нибудь покрепче, вроде Моги.
Охотники добродушно посмеялись. Гуннит не смеялся, а зло сверлил меня взглядом.
– Нет у нас такого обычая, – с улыбкой сказал дед. – Мы новичкам никаких прописок не устраиваем. Гуннит от себя нарывается.
– Ну я, вообще‑то, и не против, – пожал плечами я. – Тем более он о моей подруге как‑то без уважения отзывался. Вот только как к этому общество отнесётся?
– В смысле? – все с интересом уставились на меня.
– Ну может, он у вас вроде юродивого, – пояснил я. – Морду ему набью, а все это воспримут как убогого обидел.
Компания дружно заржала.
– Нет, если он сам в драку лезет, то к тебе претензий нет, – авторитетно заявил дед. – Имеешь полное право ему навалять.
– При чём здесь я? – хмуро возразил Гуннит. – Я не от себя говорил.
– А от кого? – удивился я.
Удивился не только я – все с изумлением на него уставились.
– Я от всего общества сказал, – пояснил тот, ничуть не смутившись. – Общество и должно его проучить, чтобы не завирался. А так неважно кто, да хоть бы и Мога.
Народ разинул рты, осмысливая такой неординарный ход.
– Прямо с козырей зашёл, – покрутил головой я. – Теперь я понимаю, каким образом тебе камни дарят.
– Ты пытаешься меня развести, чтобы я за тебя дрался, что ли? – с изумлением вопросил Мога. – Ты совсем страх потерял, мудрило?
– Ну почему обязательно ты? – сдал назад Гуннит. – Я просто для примера сказал.
– Мы с тобой это ещё обсудим, – недоброжелательно пообещал Мога. – А ты, Артём, хочешь со мной подраться?
– Да не особенно, – хмыкнул я. – У меня к тебе никаких претензий нет, а просто так драться я не любитель.
– Ну и не будем тогда Гуннита радовать, – кивнул он. – Он вечно что‑то мутит, за это ему и прилетает частенько. Но вот сейчас это он что‑то совсем новое решил замутить.
– Развивается, совершенствуется, – хмыкнул я. – Раз уж мы его взялись обсуждать – мне вот такой момент непонятен: если он камней не добывает, стало быть, только на слабых зверей охотится, так?
– Всё верно, – подтвердил Мога. – Зайцев он в основном косит. Если бы нашёлся кто ещё слабее, так на них бы перешёл.
– Так это же лес, там любого зверя можно встретить. Кусты обогнул, а там медведь. И что тогда?
– А что тогда? – он с удивлением на меня посмотрел. – Убежишь, если боишься, вот и всё.
– А медведь разве не погонится?
– Зачем ему гнаться? Можешь даже не убегать, просто уходи. Главное, чтобы он понял, что ты драться не хочешь.
– Вот так вот просто? – поразился я.
– Зачем Дельфору тебя убивать? Да и вообще любая сектораль охотника убивать не станет. Нет, всегда можно нарваться, но если ведёшь себя правильно, то опасности большой нет. Охотник ведь, по сути, служит секторали.
– Звучит логично, – кивнул я. – Но вот в шахтах Облачного, например, змеи не смотрят, хочешь ты драться или нет. Падают сверху и пытаются укусить.
– Ты же знаешь, что там змеи водятся, и повадки их знаешь, так? А если всё равно туда полез, значит, уверен, что с ними справишься. У нас ведь тоже такие места есть, так что смотри, куда идёшь.
– Ну, допустим, – неуверенно согласился я. – Но есть ещё и монстры. Встречал я там гигантскую змею, ей вообще плевать было, кого жрать, и убежать от неё было нереально.
– Неужто убил? – Мога с любопытством посмотрел на меня.
– Не спрашивай, – поморщился я. – Даже вспоминать её не хочу, до сих пор дрожь пробирает.
– Если страж слишком вырастает, он становится самостоятельным. Обретает собственную душу. Вот поэтому их и надо вовремя прореживать.
– Понятно, – кивнул я задумчиво. – Но если звери такие управляемые, то зачем они пытаются в Бревик лезть? Сразу же видно, что стены здесь не зря стоят.
– Ну ты сам‑то подумай, – засмеялся Мога. – Если звери народ не пугают, люди перестают их бояться. Раз не боятся, то зачем им гильдию содержать? А если у гильдии денег нет охотникам платить, то и охотников не будет. Так что всё здесь связано: Дельфор людишек пугает, они охотников содержат, а охотники на Дельфор работают.
Домой мы уезжали с некоторым сожалением – хотя можно ли звать домом съёмное жильё? Прошло всего лишь несколько дней, а домом наше столичное обиталище я уже почти и не воспринимал. Про Марусю и речи не было – она уезжала из Бревика в таком мрачном настроении, что мы старались её не задевать. Причина была совершенно прозрачной – за эти считаные дни она съела вкусняшек больше, чем за весь предыдущий месяц, и возврат к привычной скудной диете её совсем не радовал. Впрочем, нельзя отрицать, что свои вкусняшки она полностью заслужила. Собственно, она нас вообще спасла – без неё вряд ли нам удалось бы пережить встречу с тем ментальным зверем. Ну, я бы, может, и пережил, а вот Арну там почти загрызли.
– Слушай, Леран, – вспомнив, встрепенулся я. – А мы с этим зверем опять не встретимся? Ну, который по мозгам бьёт?
Ехали мы опять втроём – не считая, конечно, Маруси, которая улеглась к нам задом, и угрюмо смотрела на лошадь идущей за нами повозки. Лошадь от такого внимания заметно нервничала.
– Вряд ли, – покачал головой Леран. – Это практически наверняка была флюктуация.
– В каком смысле «флюктуация»? – не понял я.
– Дельфор периодически порождает что‑то нестандартное, и обычно довольно опасное, – объяснил он. – Не знаю, с чем это связано – спроси у Дельгадо, он должен знать.
– Не особенно меня тянет что‑то у него спрашивать, – хмуро отозвался я. – Он вообще не любит вопросов, а про некоторые вещи лучше и не спрашивать. Причём попробуй ещё угадать, про что можно спрашивать, а про что не стоит.