Страница 197 из 269
Глава 5
В дверь требовательно постучали; я с некоторым облегчением оторвался от учебника и пошёл открывать. За дверью довольно ожидаемо обнаружился юный Сиги Дель.
– Привет, Артём! – выпалил он. – Можно?
– Можно, конечно, – я посторонился, пропуская его. – Привет, Сиги.
Сиги меня уже не слышал, остановившись в дверях комнаты как вкопанный.
– Ух ты! – восхищённо воскликнул он.
Маруся, как обычно лежащая на диване, покосилась на него и вопросительно мурлыкнула. Она, конечно, ни капли не сомневалась, что восхищение относится именно к ней, но ей хотелось более ясного проявления чувств.
– Ты про неё не знал, что ли? – удивился я. По‑моему, про Марусю уже знал весь Дельфор, ну половина Дельфора уж точно.
– Знал, конечно, – ответил он, не отрывая глаз от кошки. – Но не видел.
– А в чём проблема была посмотреть? – не понял я. – Я думал, тебе просто неинтересно.
– Нельзя просить показать фамильяра, – наставительно сказал Сиги. – Это очень невежливо. Да и всё равно откажут, скорее всего.
– А зачем об этом просить? Ты ведь не какой‑то незнакомец с улицы – заходи в дом и смотри сколько хочешь.
– Откуда мне было знать, что она у тебя призвана? – он посмотрел на меня, как будто я сказал полную глупость. – Фамильяров редко призывают.
– Редко призывают? – недоверчиво переспросил я. – И зачем тогда фамильяр нужен, если его не призывать? У нас Маруся всегда с нами. Я раз попробовал её отозвать, просто чтобы понять, как это делается. Ей очень не понравилось, она потом полдня на меня дулась.
– Да многим фамильяр и не нужен, это просто почётно, – рассеянно ответил Сиги, во все глаза разглядывая кошку. – А её можно погладить?
Ответа от меня не потребовалось. Маруся грациозно спрыгнула с дивана, потянулась, продемонстрировав внушительные когти, а потом неторопливо подошла к Сиги и требовательно ткнулась ему головой в грудь. Сиги моментально оказался полностью потерян для общества. Оказывается, эта кошка способна отключать от реальности не только женщин, но и детей.
Когда Маруся перешла ко второй фазе, то есть рухнула на пол и подставила живот, Сиги уже немного отошёл от гипноза и более или менее вернул себе способность общения.
– Странный у тебя фамильяр, Артём, – с изумлением заметил он. – Она точно не настоящая?
– Скажешь тоже, Сиги, – усмехнулся я. – Она слишком умная для обычного животного, – (Маруся одобрительно муркнула), – а главное, мы бы настоящую не прокормили. Она же весит пудов пятнадцать, наверное – прикинь сам, сколько еды ей бы понадобилось. Мы ей только сметану и сливки покупаем, и то это недёшево обходится. Ей ведь блюдца сметаны всего на раз лизнуть хватает.
– Она у вас обычную еду ест, что ли? – он поражённо уставился на меня.
– Не ест, просто лакомится, – уточнил я. – Очень любит сметану и сливки. Ну мы и балуем её, а что поделать?
– Фамильяры не едят, – уверенно сказал Сиги.
– Арне наша соседка тоже это говорила, – кивнул я. – Но она с фамильярами никогда дело не имела, и вряд ли знает точно. Возможно, некоторые едят. Маруся вот ест, и ещё как ест.
– Нет, я точно знаю, – уверенно сказал Сиги. – У бабушки тоже есть фамильяр, росомаха, только она гораздо меньше. Я бабушку расспрашивал, так что про фамильяров знаю всё. Ну, почти всё.
– И каким бывает правильный фамильяр? – заинтересовался я.
– Фамильяр всегда призывается нематериальным, – авторитетно заявил он. – Это же просто дух. Он с материальным миром физически не взаимодействует, только магией. Зато его и повредить невозможно. Разве что духовным оружием, но бабушка говорила, что такого оружия во всей Полуночи хорошо, если десяток наберётся.
– И что, фамильяр материальным быть не может? – скептически переспросил я.
– Может, – неохотно признал Сиги. – Только это от хозяина слишком много энергии требует. Так разве что в бою могут призвать, как последнее средство, когда совсем уж деваться некуда. Но кто будет в бою фамильяра кормить?
– В бою есть некогда, – не мог не согласиться я. – Но Маруся, как видишь, вполне материальная, так что бы ей и не есть? И она точно фамильяр, потому что её можно отозвать и призвать. И ещё я её хорошо чувствую и понимаю.
– А что ты у неё понимаешь? – с интересом спросил он.
– Ну, во‑первых, она очень иронически отнеслась к твоему рассказу о фамильярах. А во‑вторых, она сейчас хочет, чтобы ты взял чесалку и её вычесал. И это, кстати, уже наглость – слышишь, Маруся? Сиги вообще‑то гость, он тебя даже гладить не обязан, не то что чесать. К тому же тебя сегодня уже вычёсывали.
Маруся недовольно рыкнула.
– Порычи мне ещё, – привычно сказал я. – Кончай её гладить, Сиги, она чем дальше, тем больше наглеет. Пойдём лучше чаю попьём, Арна только что заварила. И печенье испекла.
– Печенье не очень получилось, – печально сказала Арна.
– Не скромничай, – отозвался я. – У тебя в самом деле получается с каждым разом всё лучше. Поначалу у тебя выходило просто съедобное, а сейчас твою готовку уже вполне можно назвать вкусной.
Я, конечно, немного покривил душой, и Арна это прекрасно поняла. Поверить она мне не поверила, но всё же улыбнулась.
Печенье, однако, оказалось в самом деле неплохим, хоть и изрядно кривоватым. Но по вкусу оно ничем не уступало печенью из того мира, что пекла Дашка, которая считала себя образцовой хозяйкой, и очень этим гордилась.
– А действительно вкусное печенье, Арна, – с удивлением заметил я. – Форма только не совсем удалась, но это ерунда.
– Ага, вкусно, – подтвердил Сиги, потянувшись за следующей печенюшкой. – Бабушка тоже такие печёт, только она их специальной формочкой вырезает, чтобы они одинаковые были.
– Формочкой? – задумалась Арна. – Надо будет попробовать, а то я каждое руками лепила.
Я удержал на лице серьёзное выражение. Даже если любимая девушка сделала глупость, смеяться над этим не стоит. Она потом обязательно сама во всём разберётся и всему научится.
– Что у тебя в школе, Сиги? – перевёл я разговор на безопасную тему.
– Да нормально всё, – ответил он, деловито запихивая в рот очередную печеньку. – Никто больше не лезет, даже наоборот, пацаны набиваются дружить.