Страница 176 из 269
Глава 22
Спал я плохо. Мне редко снятся сны – я имею в виду сны, достойные упоминания, когда проснувшись, пытаешься проиграть приснившееся сначала, вспоминая и переживая его вновь. В этот раз мне досталась самая мерзкая разновидность такого сна, когда хочется как можно скорее проснуться и его забыть, но который упорно отказывается уходить и возвращается снова и снова.
Я опять оказался на духовном плане, в том самом мире плывущих облаков, но на этот раз там было совсем неспокойно. Или неспокойным был я? Я сталкивался с какими‑то сложными структурами, которые тут же разворачивались в целый мир, где я убегал от кого‑то, или гнался за кем‑то, или прятался от чего‑то непонятного, но всегда при этом у меня было ясное чувство, что в случае неудачи я обязательно погибну. Потом меня опять выбрасывало на духовный план, и всё повторялось сначала – новая структура, новый мир и новый ужас.
Вспоминая этот сон позже, я осознал, что ужасов на самом деле было не так уж много – большинство посещений было нейтральными, а некоторые даже и приятными. Просто те эпизоды, что были страшными, оставляли слишком глубокое впечатление и заслоняли всё остальное.
Всё приходит когда‑нибудь к концу, и неприятный сон тоже стал, побледнев, уходить. Я ещё не проснулся, но уже начал постепенно осознавать реальный мир. А первым делом осознал то, что рядом кто‑то громко сопит прямо мне в ухо. «Арна», – пришла мысль, ещё немного привязавшая меня к реальности. Потом пришло осознание, что Арна лежит справа, закинув на меня ногу, и я вяло удивился, каким образом она при этом умудряется сопеть мне в левое ухо. Потом меня лизнули в лицо шершавым языком, и я проснулся окончательно.
Я подскочил и сел на кровати, ещё ничего толком не соображая. Усиленно протёр глаза, но ничего не изменилось – напротив меня сидела огромная белая кошка и дружелюбно на меня смотрела. Можно было даже сказать, что смотрела с любовью, но я всё‑таки не настолько разбираюсь в выражениях кошачьих морд, чтобы уверенно судить об их эмоциях.
Я сидел и тупо смотрел на кошку, пытаясь понять, что здесь происходит, и не сошёл ли я с ума. Тем временем сзади зашевелилась Арна. Она обняла меня, положив подбородок мне на плечо, и тоже уставилась на кошку.
– Это что? – с недоумением спросила она.
– Кошка, – выдал я совершенно идиотский в своей очевидности ответ. – Или кот.
Потом посмотрел на тёмные полосы на белой шерсти и добавил:
– Или даже тигр.
По размерам она действительно была ближе к тигру – сам не понимаю, почему я обозвал этого зверя кошкой.
– А это мальчик или девочка? – заинтересовалась Арна.
Я завис от неожиданного вопроса, но Арна дожидаться моего ответа не стала.
– Девочка, конечно! – радостно заявила она. – Посмотри, какая у неё красивая морда!
Кошка замурлыкала, и это было очень похоже на работающий на холостом ходу трактор.
– Не знаю, как она сюда попала, – мне, наконец, пришла в голову умная мысль, – но надо бы связаться со зверинцем, чтобы они забрали её обратно. Они её наверняка ищут.
– С каким ещё зверинцем? – не поняла Арна.
– Откуда она сбежала, – объяснил я. – Не из леса же она пришла. Она совсем не выглядит дикой. Похоже, она привычна к людям. Нас, во всяком случае, съедать не собирается.
– Не говори глупости, Артём, – укоризненно сказала Арна. – Ты, наверное, ещё не проснулся. Ты разве не видишь, что это чисто магическое существо? Я так думаю, это фамильяр. Вот только непонятно, твой или мой.
– Фамильяр? – переспросил я, уже начиная подозревать, в чём дело.
Я прислушался к себе, и действительно, я ощущал эту кошку, как свою руку или ногу. Не совсем, конечно, как некую конечность, но как что‑то безусловно мне принадлежащее.
– Она моя, – с бессильной злостью сказал я. – Мой фамильяр, то есть. Ну, Дельгадо…
Кошка почувствовала моё настроение и недовольно рыкнула.
– Перестань её нервировать, Артём! – строго распорядилась Арна.
Она соскользнула с кровати, обняла кошку и начала её гладить, шепча ей что‑то ласковое на ухо. Кошка опять замурлыкала, ещё громче, чем раньше.
– Да как ты не понимаешь, Арна⁈ – с досадой воскликнул я. – Вот скажи: какие у меня заслуги перед Дельфором?
– А у тебя разве есть заслуги? – поразилась она.
– У меня нет никаких заслуг, разумеется, – я уже начал чувствовать лёгкое раздражение от её непонятливости. – Так за что мне выдали фамильяра? Ты же сама мне говорила, что Дельфор так награждает избранных за заслуги. И когда я успел стать почётным гражданином?
Она совершенно проигнорировала мои вопросы, всё её внимание было обращено на кошку.
– Нам нужно срочно купить специальную щётку, чтобы её вычёсывать, – деловито объявила Арна. – За шерстью надо ухаживать, чтобы всегда была такая шелковистая. Я видела лавку товаров для животных, сегодня зайдём туда обязательно. Ещё надо какие‑нибудь игрушки ей подобрать. Знаешь, она гораздо красивее того волка, что победил в конкурсе фамильяров. Если бы ты с ней участвовал, она бы точно победила. За неё все бы проголосовали, вот прямо обеими руками.
Кошка ещё больше увеличила громкость мурлыканья, и в нём появились какие‑то новые нотки.
– Арна, скажи мне, – продолжал настаивать я, – за какие заслуги мне выдали фамильяра?
– Не знаю, – рассеянно ответила она, продолжая гладить кошку. – Это важно?
Кошка упала на бок и перекатилась на спину, подставляя ей живот. С вытянутыми лапами она занимала чуть ли не половину немаленькой комнаты. Может, и чуть поменьше тигрицы, но уж точно не меньше леопарда. Приходилось мне видеть больших кошек – бывал в зверинце, когда учился в Новгороде.
Женщины любят кошек, вот и у Арны, как оказалось, абсолютно отсутствовал к ним иммунитет. Пушистая полностью выключила её из жизни.
– Так ты понимаешь, для чего мне фамильяра дали? – сделал ещё одну попытку я. – Здесь есть единственный ответ: для того чтобы следить за мной и в случае чего заставить меня выполнить поручение Дельгадо.
– Ну и что? – безразлично пожала плечами Арна. – Ты же всё равно будешь это поручение выполнять, так что пусть следит на здоровье.
Я понял, что достучаться до неё не получится, по крайней мере, сейчас это вряд ли выйдет.
– Ладно, – сдался я. – Нам сегодня нужно показаться Дельгадо, вот с ним и поговорю насчёт этого.