Страница 170 из 269
– А ты, Артём, садись рядом с ней и возьми её за руку, что ли. Лучше, чтобы она чувствовала, что ты возле неё. Княжна, я скажу тебе одну важную вещь, постарайся её не забыть: твой настоящий дом здесь. У тебя же бывало, что ты видела прекрасный сон, и тебя тянуло там остаться, чтобы он продолжался вечно? Так и здесь – тебя может унести в какой‑нибудь прекрасный мир, но в отличие от простого сна остаться там действительно возможно, но закончится это плохо. Для тебя плохо. Тебе нужно твёрдо помнить: что бы ты ни увидела, это просто сон, и тебе обязательно нужно вернуться.
– Я запомню это, – пообещала Арна. – Благодарю тебя, великий.
Дельгадо кивнул и резко ударил её в лоб, как меня тогда, и Арна обмякла. Глаза у неё остались открытыми, но из них ушло всякое выражение, и выглядело это немного жутковато. На этот раз я смог увидеть, что это был не столько удар, сколько толчок силой, и что‑то внутри Арны действительно всколыхнулось.
– Сидим и ждём, – сказал Дельгадо. – Это долго будет, полчаса как минимум, а может, и час. Структуре нужно время, чтобы сформироваться и стабилизироваться. Но ты следи за ней внимательно – если почувствуешь, что в ней хоть что‑то изменилось, сразу говори мне.
– Буду следить внимательно, учитель, – пообещал я. – И раз уж мы всё равно здесь сидим, позволь спросить: почему за ней охотится столько народа? Какой в этом смысл? То есть понятно, почему за ней охотится сосед – Мерк Гален его вроде зовут. Достаточно прибыльное княжество, которое можно присоединить к своему…
– Его невозможно присоединить, – перебил меня Дельгадо. – Удел – это не просто кусок земли, как в вашем мире, так что Галену её княжество на самом деле ни к чему.
– Тогда я вообще ничего не понимаю, – признался я.
Он задумался, явно размышляя, рассказывать ли мне это, или я обойдусь без таких знаний.
– Рано тебе это знать, да и ни к чему, – поморщился он. – Но с другой стороны, раз уж подруга твоя в это всё влипла… да и ученик всё‑таки… Что ты знаешь о секторалях и как они появляются?
– Ну, не так много, – теперь уже я задумался, вспоминая все обрывки, что до меня доходили. – Секторали – это что‑то вроде островов сущего в океане энергии…
– Поэтично, – хмыкнул он. – Но в принципе можно, наверное, и так сказать.
– А создаётся сектораль великим, детали мне, конечно, неизвестны. Мерад, к примеру, создал Мерадию, а ты с Форимом – Дельфор.
– Вот прямо и создал? – усмехнулся он. – Помахал руками, и сектораль возникла в этом самом океане энергии? Сказок ты переслушал, Артём, скажу я тебе. А в сказки тебе верить не стоит, ты уже большой. Вот посмотри на меня. Форима ты тоже видел – да‑да, я знаю, что ты лазил куда не следует, – (я смутился и, по‑моему, даже покраснел). – А теперь взгляни на Дельфор. Это очень маленькая сектораль, но даже здесь четыре города и десяток сёл. И что, ты действительно веришь, будто у нас с Форимом хватило бы сил всё это создать?
– Я уже не знаю, во что верить, учитель, – признался я. – Так то, если посмотреть, масштаб действительно сильно различается, но люди верят именно в это. Я ведь не сам такое придумал.
– Очень надеюсь, что ты и не станешь подобную чушь придумывать, – снисходительно сказал Дельгадо. – Конечно же, мы, люди, не создаём секторали. Что это такое, и как они возникают у нас в Полуночи тебе знать пока ни к чему, скажу только, что мы образуем с ними что‑то вроде симбиоза. Великий помогает секторали проявиться, а почему именно великий – потому что это требует огромного количества магии. Даже среди великих далеко не у каждого хватит на это сил. Ну и секторали тоже разные, конечно. Дельфор совсем крохотный по сравнению с другими, но одному мне он оказался совершенно не по силам. Даже наших с Форимом общих сил едва‑едва хватило – ты можешь сказать, почему?
– Магия? – предположил я.
– Верно, – кивнул он. – Есть такая расхожая фраза, что магия – это кровь Дельфора, её часто повторяют, но мало кто понимает, что это не просто фигура речи. Чтобы сектораль могла жить и развиваться, её необходимо подпитывать. Каждый житель секторали отдаёт ей часть своей сути. Необязательно магией, как в Дельфоре…
– Так вот почему здесь не принимают бездарных! – осенило меня.
– Правильно, – одобрительно кивнул Дельгадо. – Они создают нагрузку на Дельфор, но ничего не отдают взамен. Для нас они в чистом виде паразиты. Так вот, возвращаясь к твоей княжне: сектораль Корус, она не совсем обычная. Точнее даже, совсем необычная. Её призвали пятеро великих, и у них получилась очень богатая сектораль. Естественно, они не собирались устраивать какой‑то кооператив и жить вместе, так что каждый из них отделил часть секторали себе в удел. И ценность удела Стер состоит в том, что это уже почти готовая сектораль – достаточно отделить удел от Коруса, и для этого даже не потребуется привлекать великого – хватит крови потомка создателя. Понятно теперь?
– Не совсем, учитель, – озадаченно сказал я. – Но в чём здесь ценность? Насколько я знаю, в Полуночи хватает бесхозных секторалей, да взять ту же Летику.
– Спящую сектораль невозможно взять под себя, – покачал головой Дельгадо. – Точнее, в теории можно, а на практике это никому не по силам. Даже у группы великих не хватит сил пробудить спящую сектораль. Когда магик призывает новую сектораль, она возникает в виде зародыша, и то энергии на это хватит далеко не у каждого. А здесь огромная зрелая сектораль – если какой‑нибудь идиот попытается пробудить Летику, она его просто моментально высосет. Большая сектораль существует в симбиозе с населением, которое и снабжает её энергией, а как ты привлечёшь людей в мёртвую сектораль вроде Летики? Там ведь ничего ценного нет, там из‑за нехватки жизни даже почва неплодородная. Ценность удела Стер как раз в том, что там вполне достаточно населения. Это готовая, живая сектораль, которую может взять под себя любой магик – достаточно всего лишь отловить беглую княжну. Так понятно?
– Понятно, – мрачно сказал я. – И что нам делать?
– Становиться великими, – пожал он плечами. – У тебя задатки есть, и у неё, мне кажется, тоже.
– Будем становиться великими, – вздохнул я, и Дельгадо добродушно засмеялся. Его это забавляет, конечно, а вот меня как‑то не особо.
За разговором я почти пропустил, что рука Арны, которую я держал, чуть‑чуть дёрнулась.
– Она шевельнулась, – встрепенулся я. – Оживает?
– Сейчас посмотрим, – нахмурился Дельгадо.