Страница 151 из 269
Пока мы рассматривали композицию, на берег выбросилась небольшая минога и бодро поползла к нам. Я попытался отбросить её остриём копья; она вцепилась в лезвие и начала его заглатывать – или, точнее говоря, надеваться на лезвие, не обращая внимания на то, что таким образом просто разрезает себя на две половинки.
– Нет, про вред жадности они точно ничего не слышали, – заметил я, с изумлением глядя на это представление.
На берег выбросилась ещё два червяка.
– Пойдём отсюда, – сказал я, стряхивая с копья уже почти располовиненную миногу, в которую радостно вцепились подруги. – Тот ножик, что оставался в голове змеи, лежит на дне, его не достать. Давай поищем второй, который упал в коридоре.
Коридор был практически чистый, если, конечно, не считать скелета змеи. Я думал, что здесь будут лежать горы скелетов маленьких миног, но, похоже, живность, которая пришла позже, сожрала их вместе со скелетами. Найти нож удалось довольно быстро, хотя и не сразу – он отлетел за камень и лежал там, совершенно незаметный из центра коридора. Не отлети он туда, возможно, его нашёл бы кто‑нибудь другой – наверняка здесь кто‑нибудь, да проходит, хотя бы изредка.
– Ну вот, цель достигнута, – я аккуратно завернул найденный нож и положил его в рюкзак. – Надеюсь, у тебя нет мысли доставать тот ножик, который ты змее в нос воткнула?
– Нет, – она оглянулась на озеро и невольно содрогнулась. – Но интересно, конечно, что в этом озере спрятано. Наверное, что‑то очень ценное, раз это невозможно достать.
– Не суди по первому впечатлению, – возразил я. – Вполне возможно, что это как раз достаточно просто сделать. Например, это может оказаться лёгким для магика. Или существует какое‑нибудь вещество, которое отпугивает червяков. А может, нужно просто откатить какой‑нибудь камень, чтобы вода ушла и озеро обмелело. Если бы точно знать, что там есть что‑то ценное, то можно было бы подумать над этим.
– Думаешь, там может ничего не быть? – удивилась Арна. – С такой охраной что‑то обязательно должно быть.
– Может быть, что‑то ценное, но такое, что для нас никакой ценности не представляет. Скажем, какая‑нибудь очень редкая руда. Но нам‑то что с ней делать? Мы же не шахтёры и не металлурги.
– Ну да, вряд ли там шкатулка с самоцветами, – неохотно согласилась она.
– Вот и закрыли этот вопрос, – решительно сказал я. – Пусть какие‑нибудь приключенцы головы над этим ломают. И пусть тот нож будет им наградой, если они ничего ценного там не найдут. А у нас хватает и других забот.
– Хватает, – вздохнула она помрачнев.
– Значит, двинулись домой. Сегодня успеем вернуться?
– Не успеем, – покачала головой Арна. – Мы не сможем вернуться той дорогой, которой сюда пришли. Двадцать седьмой остров отойдёт от Белого меньше чем через час. Даже если успеем до него добежать, пройти через него всё равно не успеем и застрянем там до следующего схождения. Есть другой маршрут в Маум, который будет держаться ещё двенадцать часов. Доберёмся до Дельфора завтра утром. Или даже раньше, если будем быстро идти.
– Ну, веди тогда, – согласился я.
* * *
Тёмные коридоры тянулись бесконечно. Не представляю, как те же дверги могут жить под землёй… хотя у двергов города вовсе не напоминают тёмные норы. И всё равно, камень над головой вместо неба понемногу можно выносить, но жить так постоянно – это очень на любителя. Не на меня.
Мы шли молча – всё, что можно, уже обсудили, а трепать языком впустую я не привык. И Арна, похоже, тоже – во всяком случае, пустой трескотни я от неё никогда не слышал. Шли мы с небольшими остановками для отдыха – полчаса, не больше. Будь мы подальше от дома, уже, наверное, стали бы располагаться на отдых и ночлег, но мы единогласно решили идти без отдыха, и как следует отдохнуть уже дома.
Я остановился, подняв руку. Арна немедленно тоже остановилась и вопросительно посмотрела на меня.
– Что‑то не очень большое быстро приближается, – шепнул я. – Человек или некрупный зверь.
Арна без лишних слов кивнула и передвинулась чуть вбок, чтобы мы могли атаковать с двух направлений. Ждать пришлось совсем недолго – через минуту из прохода рядом выбежал человек. Увидев нас, он испуганно отскочил, взял копьё наперевес и напыщенно возвестил:
– Вам не удастся взять меня на испуг, разбойники!
Сказано это было ломким юношеским голосом и звучало настолько пафосно, что я засмеялся. Арна тоже тихонько фыркнула.
– И кто же здесь разбойник? – сквозь смех спросил я. – Это же ты на нас напал!
– Я на вас не нападал! – возмутился он. – Это вы меня подкараулили!
– Ты совсем блаженный, что ли? Вот бы мы торчали в подземелье, надеясь, что ты на нас выскочишь.
– Тогда что вы здесь делаете? – в замешательстве спросил он.
При ближайшем рассмотрении он оказался совсем молодым – моложе Арны, а ей всего восемнадцать. Точнее, почти восемнадцать – а когда у неё день рождения, кстати? Какой‑то я совсем невежливый – даже не поинтересоваться у подруги, в какой день надо дарить ей цветы и целовать со всем дружеским пылом. В общем, юнец оказался совсем юнцом – не удивлюсь, если он вообще сбежал из дома.
– Мы идём по своим делам, – охотно ответил я. – А вот что здесь делаешь ты? И вообще, сколько тебе лет?
– Сколько надо, – резко ответил он, и я окончательно уверился, что ему не больше шестнадцати. – Я охотник.
– Охотник, да? – с иронией переспросил я. – На прохожих охотишься?
– Тим, оставь в покое молодого человека, – вступилась за него Арна. – Как тебя зовут?
– Герин, – неохотно ответил он.
– Я Рина, а это Тим. Так что с тобой случилось, Герин? Почему ты так бежал? Может, тебе помощь нужна?
Из мальчика как будто вытащили стержень.
– Можно, я с вами пойду? – шмыгая носом, спросил он.
– Можно, конечно, – ответила Арна до того, как я успел открыть рот. – Мы идём в Маум – если тебе туда, можешь идти с нами.
– Мне всё равно, – вздохнул он. – Можно и в Маум.
– Так что с тобой случилось, Герин?
История оказалась простой и довольно стандартной, хотя вытащить её оказалось не так уж легко. Юноша действительно сбежал из дома, решив стать великим охотником. Я мысленно скинул ему возраст до пятнадцати или даже до четырнадцати – в шестнадцать подростки тоже придурки ещё те, но к этому возрасту направление дури уже перемещается на девочек.