Страница 16 из 23
Глава 7. Взрыв
Гроза разразилась в пятницу в четырнадцать ноль-ноль.
Кира сидела в гостиной, помогая Лике собирать пазл, когда тишину дома разорвал резкий, яростный звук тормозов на подъездной аллее. Через секунду тяжелая дубовая дверь особняка распахнулась с таким грохотом, что Лика испуганно вскрикнула и мгновенно прижалась к бедру Киры.
На пороге стоял Адриан. На нем не было пиджака, ворот белоснежной рубашки был безжалостно разорван, а лицо казалось серым, словно высеченным из камня. Его челюсть сжалась, а серые глаза горели тем первобытным, пугающим огнем паранойи, которого Кира не видела в нем с момента их первой встречи. Это был взгляд загнанного в угол волка, которого снова предали те, кому он посмел довериться.
В его руке был зажат планшет. Не говоря ни слова, он стремительно подошел к столу и со всей силы швырнул гаджет на стеклянную поверхность. Стекло жалобно звякнуло.
— Посмотри на это, Кира, — его голос прозвучал пугающе тихо, низко, на грани глухого рычания. — Посмотри на дело своих рук.
Кира, дрожа от нехорошего предчувствия, мягко отстранила Лику:
— Лика, солнышко, иди к Михаилу на кухню, пожалуйста. Нам с дядей Адрианом нужно поговорить.
Девочка, почувствовав страшное напряжение взрослых, испуганно шмыгнула носом и поспешно убежала. Как только шаги ребенка затихли, Кира подошла к столу и взглянула на экран планшета.
Ее сердце пропустило удар, а воздух застрял в легких.
С экрана на нее смотрел гигантский, кричащий заголовок главного таблоида страны: «МАТЕРИНСТВО ПО КОНТРАКТУ: Миллиардер Гордов купил нищую скрипачку за миллион, чтобы обмануть органы опеки!»
Ниже, в открытом доступе, висели сканы скрытых пунктов их брачного договора. Пункт 1.4, пункт 2.1 — всё, что они подписывали в строжайшей секретности в кабинетеGordov Tech. И самое страшное — рядом были прикреплены банковские выписки со счетов клиники, доказывающие, что Адриан оплатил операцию ее бабушки ровно в день подписания этого проклятого контракта. Связь была очевидной, жесткой и неопровержимой. Иллюзия идеальной любви была разорвана в клочья на глазах у миллионов людей.
— Адриан... — Кира подняла на него полные ужаса глаза, ее лицо мгновенно стало белым как мел. — Господи... Откуда это у них? Кто это сделал?
— Кто это сделал?! — Адриан резко сократил расстояние между ними, его большая, железная ладонь властно перехватила ее запястье, сжимая до боли. Он заставил ее смотреть прямо в его черные от ярости глаза. — Ты еще спрашиваешь меня, Кира?! Этот контракт существовал всего в трех экземплярах. Один — у моего личного юриста в зашифрованном сейфе. Второй — в моей секретной базе данных, которую никто в этой стране не способен взломать. И третий... третий экземпляр я отдал ТЕБЕ! Ты хранила его в своей спальне!
— Адриан, пусти, мне больно! — Кира попыталась вырваться, но его хватка была мертвой. — Ты с ума сошел?! Ты думаешь, это я?!
— А кто еще?! — прорычал он, теряя остатки хваленого самоконтроля. В этот момент в нем кричала вся его боль, вся его паранойя человека, которого в детстве предавали самые близкие. — Мои юристы проверили транзакции! Полчаса назад на твой закрытый счет в швейцарском банке, о котором я даже не знал, поступил перевод в два миллиона евро! С подставного офшора! Стелла? Или мои конкуренты по кибербезопасности?! Сколько они тебе заплатили за этот слив, Кира?! Миллиона по контракту показалось мало?! Решила продать меня подороже?!
— Какой швейцарский счет?! Ты бредишь! — Кира закричала, из ее глаз брызнули слезы уязвленной гордости и дикой боли от его недоверия. — Я не брала никаких денег! Я не видела этот контракт с того дня, как привезла его сюда! Я любила Лику! Я... я думала, что между нами...
— Между нами был БИЗНЕС! — безжалостно оборвал ее Адриан, и эти слова ударили ее сильнее, чем физический удар. Он брезгливо оттолкнул ее руку, отступая на шаг. Его лицо снова превратилось в ледяную, непробиваемую маску. — Я был дураком, Кира. На секунду поверил, что ты не такая, как все эти суки вокруг. Поверил в твою святую заботу о ребенке, в твою музыку... А ты просто расчетливая тварь, которая дождалась момента, когда ставки станут максимальными, чтобы уничтожить меня. Из-за твоего слива акции компании уже рухнули на пятнадцать процентов! Но это хрен с ним, это цифры! Самое страшное...
Он не успел договорить. На улице послышался вой сирен.
Через панорамные окна Кира увидела, как к крыльцу особняка подкатили три черных автомобиля с эмблемами Высшего комитета по опеке и попечительству в сопровождении полиции.
Адриан замер, его лицо побледнело еще сильнее.
Тяжелая дверь открылась, и в холл вошли трое строгих инспекторов в серых костюмах под охраной полицейских. Впереди шла та самая дотошная начальница ведомства, которая изначально отказывала Адриану. В ее руках была папка с судебным постановлением.
— Господин Гордов, — холодно произнесла чиновница, даже не глядя на Киру. — Ввиду открывшихся обстоятельств и публикации неопровержимых доказательств мошенничества с вашей стороны, Высший суд аннулирует ваше временное разрешение на опеку. Вы и ваша... так называемая невеста сознательно ввели государственные органы в заблуждение.
— Послушайте, — Адриан сделал шаг вперед, пытаясь вернуть свой властный тон, но чиновница жестко выставила руку вперед.
— Разговоры окончены, господин Гордов. Постановление суда вступает в силу немедленно. Девочка изымается из вашего дома и направляется в государственный распределитель строгого режима до проведения финального расследования. Охрана, заберите ребенка.
Из кухонного крыла полицейские вывели плачущую Лику. Малышка вырывалась, ее маленькие ручки тянулись к Кире, а по бледным щечкам градом катились слезы.
— Мама Кира! Дядя Адриан! Не отдавайте меня! Я боюсь! Мама!
Кира дернулась вперед, готовая грудью защитить ребенка, но двое полицейских жестко перекрыли ей дорогу, выставив руки.
— Назад, гражданка. Не препятствуйте следствию, хуже будет.
— Лика! Малышка! — кричала Кира, задыхаясь от слез, ее сердце буквально разрывалось на части от этого зрелища. Маленькое светловолосое чудо, которое только-только начало улыбаться и называть ее мамой, снова увозили в тот самый ад, откуда Адриан ее вытащил.