Страница 5 из 75
— Швабе очень ругался, что тебя кто-то увел, — сказал мне ротенфюрер на обратной дороге. — Он сказал, что отлучение от группы теперь приравнивается к дезертирству.
— Слушай, как это к дезертирству? Мы ведь военной присяги не давали, — возразил я.
— Но мы давали клятву верности фюреру! А это приравнивается к военной присяге, — сказал Аксельбаум уверенно, но по конопатой роже было видно, что сам он от такого не в восторге. Видимо, он и к школе присосался, дабы быть подальше от горячих командировок. Но я его чувства решил не щадить.
— Только что летчики сказали, что мы летим в Испанию. А там — война!
Ротенфюрер стал заметно бледнее.
Отто Швабе посмотрел на меня зло, прошипел, что это — серьёзное нарушение дисциплины, и я буду наказан. Потом велел нам построиться, взять ранцы и идти за ним. Привел нас к душевой. Велел мыться и переодеваться. То мягкое, что я нащупал в вещмешке, было формой. Брюки-галифе цвета хаки и синяя рубашка. Синяя пилотка со смешной кисточкой. И кожаная портупея с поясом. Под брюки очень подошли те самые высокие шнурованные ботинки, что мы примеряли на складе. Свою форму гитлерюгенда мы спрятали обратно в ранцы. Единственное, что свои ножи перевесили на новые пояса.
Вышли, построились.
— Камарадос! — поприветствовал нас заново Швабе и вдруг выкрикнул, одновременно зиганув: — Аррива Испания! Теперь именно так вы будете приветствовать друг друга и старших по званию. Да, в Испании приветствия, почти как у нас, но нет еще такого фюрера. Их вождь Хосе де Ривера только старается быть похожим на нашего фюрера. Но одного старания мало. Хотя он старается. Итак, еще раз!
Швабе зиганул и гаркнул:
— Аррива Испания!
— Арриаа Испания! — послушно повторили мы.
— Хорошо, — кивнул шарфюрер. — В ваших ранцах лежат брошюры по истории испанской партии фалангистов. Это — наши верные союзники. Прочтите и запомните! А теперь оправиться и на погрузку. Самолет уже заправлен. Советую оправиться основательно, лететь далеко.
Помытых и переодетых нас привели к «Ласточке», где уже ждали наши преподаватели. Мы залезли в самолет, но взлетать тот и не собирался. Как я заметил, славный пилот Эрик Швальбе продолжал сидеть за столиком в компании своих лейтенантов, и за штурвал они явно не торопились. С удивлением я заметил за столиком и фрау Штрикер. Летчики ее угощали, она громко смеялась. А меж тем солнце в Италии, пусть и северной, жаркое, а в самолете — душно. Но Швабе нас наружу не пустил, он нервничал, то и дело высовывался из двери и смотрел в сторону дороги. Кажется, он еще кого-то ждал. Когда Клаус стал симулировать удушье, высунув язык и жадно хватая ртом воздух, Швабе на него прикрикнул и велел всем читать брошюру про фалангистов. К счастью, текста там было совсем мало, все больше картинки. По всему, фалангисты во всем старались копировать своих немецких камрадов. У них было много похожего и в форме, и в символике, только вместо свастики везде фигурировала связка золотых стрел или молний.
— Интересно получается, — сказал Лотар, пряча брошюру с молниями на обложке в ранец. — Испанская фаланга основана Хосе Антонио Примо де Риверой в конце октября 1933 года в мадридском театре Комедии.
— Скоро трехлетний юбилей, — согласился я.
— Я не об этом, — сморщился Лотар и добавил тихонько, посмотрев в сторону Швабе. — Просто похоже получается. Фюрер свои первые речи в мюнхенском цирке говорил, а испанцы партию в театре комедии образовали. Обхохочешься.
— И что такого смешного ты вычитал? — услышал его Аксельбаум, сразу посуровев лицом.
— Нет, нет, ничего, мой командир. Просто интересно, долго мы еще жариться здесь будем?
Действительно, мы жарились в самолете уже добрых полчаса. Все уже изнывали от духоты, а команды на взлет все не было. Все были крайне раздражены, кроме, пожалуй, доктора Баумайстера, который принес с собой целый бурдюк вина и теперь без конца дегустировал его. А также Михаэль был увлечен поеданием лепешек, которые прихватил с обеденного стола. Ну и Генрих, тот привычно уставился в пол перед собой и никакого недовольства не выражал.
Вебер не выдержал первым пошел к пилотам ругаться. Но его там усадили за стол и дали большой бокал. Фрау Штрикер пришлось пересесть одному из лейтенантов на колени. Швальбе на это посмотрел как-то нервно.
Тем временем дождался и он. Подъехал фургон, два солдата-эсэсовца вытащили из будки какие-то ящики и стали их грузить в салон. После этого поступила долгожданная команда, пилоты, не особо торопясь залезли в салон и прошли в свою кабину. По пути Эрик мне подмигнул, но новую форму посмотрел одобрительно. К моему удивлению, несмотря на выпитое, все пилоты твердо держались на ногах и пьяными не выглядели. А когда Швальбе стал что-то Эрику предъявлять, тот просто послал его к черту и захлопнул перед его носом дверь.
Самолет загудел движками и в скором времени вырулил на взлет.
Не знаю, то ли «Ласточка» — самолет такой хороший, то ли экипаж был опытный, умелый, но нас теперь почти не трясло и не кидало из стороны в сторону.
Я сунул руку в карман и нащупал зажигалку. Похвалился перед Лотаром. Тот дважды щелкнул крышкой и крутанул колесиком, добыв огонь. Показал мне большой палец руки. Тут заметил письмена и повернулся к Баумайстеру. Но доктор только что продегустировал очередной бокал вина и откинулся спиной к борту. Кажется, решил вздремнуть.
Хороший обед и молодое итальянское винцо и меня сподвигли на сон. Я сам не заметил, как привалился головой к плечу Лотара и заснул. Проснулся от холода. Видимо, самолет снова забрался на приличную высоту. Натянул куртку и задремал снова. Прилетели мы, когда на улице было уже темно. Тоже полевой аэродром, и вокруг тоже немецкие самолеты с молниями и крестами на крыльях. Встречал нас испанский бригадный командир в синей форме.
— Арриба Испания! — крикнул он перед строем, выбросив правую руку вверх.
Наше дружное приветствие он оценил кивком головы.
— Камрадос! Вы прибыли на благословенную землю Испании. Здесь вас ждут, здесь вам рады. Добро пожаловать в Севилью!
Говорил он с явным испанским акцентом, видимо, приветственные слова просто заучил. Отдельно улыбнулся фрау Штрикер, поцеловал ей ручку, зиганул и пожал руку Баумайстеру, подозвал к себе Швабе и о чем-то с ним заговорил через переводчика. А нас повели к автобусу, который должен был отвезти нас в «казармы». Когда мы загружались в салон, Лотар тронул меня за локоть и молча указал на самолет с альбатросом на борту. Значит, духи с белесыми глазами уже здесь…