Страница 45 из 75
Че за хрень, удивился я. Пригляделся. Елы-палы, так это ж нос рыбы меч! Собственно, меч и есть. Воткнулся и обломился. Это ж с какой скоростью надо было разогнаться, чтобы костяной фигней пробить такую толстую доску?
— Ну что, друг, — сказал мне Лапшин на прощание. — Про сообщение на стене ты знаешь. Напишешь — передадут быстро. Если сильно припрет, обратись к этому человеку. — Лапшин указал на дверь лавки. — Мигель из наших, поможет чем сможет. Но постарайся не рисковать. Ты нам очень дорог. И мне лично. Я — твой должник. Если спросит кто, что так долго, скажешь, набился к рыбакам покататься, ну, или еще чего подобное. Удачи тебе.
Я кое-как пристроил приобретения и поехал в школу. И только когда уже подъехал к воротам, обнаружил, что на руле у меня теперь два звонка. Когда же они его прицепить успели? И для чего? Чтобы мой велосипед отличался от других?
Попробовал ручку на руле. Действительно, снимается легко.
Доктор Баумайстер разложил мною привезенное на кровати, причмокнул от удовольствия.
— Это все за двадцать марок? Зильбер, когда я уволюсь из этой чертовой школы, я заберу тебя с собой. Этого проходимца Клауса и тебя! Клаус будет пасти ночами мое стадо, а ты обеспечивать меня материально. Ходить по антикварным лавкам и скупать за бесценок подобное. Это — маски сахарских колдунов.
— В самом деле из Сахары? Пустыни?
— Да! Редкая вещь. Их давно извели миссионеры, вымирающий вид. Каждая такая маска стоит в Берлине не меньше пятисот марок! А вот это, — он указал на доску, пробитую костью, — и вовсе вещь уникальная. Признайся, ты ограбил лавку⁈ Ты убил лавочника и утащил у него самое ценное? Это меч рыбы-меч, пробивший борт китобойной шлюпки! Я слышал про такие вещи, но своими глазами не видел. Это вообще не имеет цены.
— А зачем рыба-меч напала на шлюпку?
— Да и не думала нападать. Просто охотилась на крупную рыбу, которая увязалась за шлюпкой китобоев. Разогналась и врезалась. Конечно, от такого удара погибла, бывает. Давай-ка, расскажи подробно, где искать эту лавку, клянусь, завтра я скуплю ее на корню!
Ночью мне было о чем подумать. Итак, теперь у меня есть цель, у меня есть связь. Теперь послания можно придумывать не для того, чтобы во сне отправить в несуществующий центр. А реально писать сообщения, которые будут доставлены нашим. Слово-то какое! Наши! Правда, сама система связи особо надежной мне не показалась. Записка в руле велосипеда. Верно, кому придет в голову снимать ручку с руля и смотреть, что там внутри? Однако… Доступ к велосипедам на складе имеет не так много народа. Всего в усадьбе штук пять работников, не считая кухарки. Кто-то из них работает на наших. Может, тот самый улыбчивый садовник, что разговаривал с Эгердом.
Фон Эгерд мне ночью и приснился. Мы были с ним в одной комнате. Я сидел на стуле, а он ходил вокруг меня. Ходил молча, но не отводил от меня взгляда. Кажется, даже затылком я чувствовал его взгляд. Не сон — кошмар!