Страница 34 из 82
Снежный отряд. Маги, что полностью вверили свои жизни сюзерену и позволили ему частично видоизменить их силу.
— Тогда у меня больше нет возражений, — ответила я. — Завтра во дворце меня ждут после полудня.
— Хорошо, — кивнул Хайлен, и на его бледных губах мелькнула тень улыбки. — Хотелось бы отметить, что мне приятно беспокойство моей госпожи.
— Что?
— Вы примчались сюда, влекомые… Чем? — Он чуть сощурился, и я тут же буркнула:
— Исключительно любопытством!
На лице Хайлена промелькнула тень, и он, несколько посмурнев, задумчиво проговорил:
— Как неожиданно неприятно прозвучало, госпожа моя.
От такой откровенности я даже немного растерялась.
— Не стоит, — я попыталась исправить положение, — раннего вдовства в моих планах нет.
Тихий, почти предсмертный хрип тетушки подсказал, что мои слова прозвучали несколько нехорошо. Что ж, надо признать, что в мыслях это было как-то получше.
— Я рад, — вздохнул Хайлен. — Могу ли я пригласить мою госпожу на прогулку?
— Можете, — уверенно кивнула я. — Кстати, у меня есть имя.
Хайлен, искренне удивленный, с недоверием посмотрел на меня:
— Вы уверены?
И где-то в этот момент у меня возник большой-пребольшой вопрос к пансиону благородных магесс. Деньги были потрачены немалые, а образование, судя по всему, превосходное только по бумагам!
— В рамках традиций Эрандара — вполне, — уверенно ответила я, — а что мое предложение означает для жителя Вейарны… Расскажете, Хайлен?
— Расскажу, — сдался он. — И раз уж госпожа моя обращается по имени, то стоит использовать простое местоимение. Как госпожа и начинала.
— Расскажешь, Хайлен? — послушно исправилась я, и он, встав из-за стола, протянул мне руку:
— Не без удовольствия. Однако же у меня есть и неприятная новость.
— Хайлен, — предупреждающе произнес райн-Валдис, — ты не лучший вариант для…
Но герцог взмахом ладони заставил его замолчать:
— В моей жизни было достаточно сложных переговоров.
Мы покинули библиотеку, а затем вышли в парк. Из-за мороза ночное небо казалось необычайно высоким и колким, словно бы звезды превратились в ледышки и вот-вот обрушат на нас свою смертоносную ярость.
— Раньше здесь было красиво, — проговорил задумчиво Хайлен. — Вокруг деревьев летали волшебные огоньки, ледяные скульптуры были не хуже, чем в королевском парке. Моя семья проводила здесь каждый Зимний Сезон, пока твари-из-за-грани не выели небольшую деревеньку у подножия Саан-Суур. Правда, тогда мы этого не знали. Искали виновных, подозревали горные кланы, одичалых оборотней — многих. Но истинных виновников нашел лишь мой отец.
— И не смог доказать.
— Он был готов отдать свой разум менталистам, — хрипло выдохнул Хайлен, — он клялся на крови и магии, что не лжет ни словом, ни делом. Ничего не вышло.
Повисшая тишина была холодной и неуютной. Я не знала, что сказать, и проронила беспомощное:
— Мне жаль.
— С тех пор мой снежный отряд не покидает Вейарну, а я прибываю в Эрандар лишь на праздничную неделю. Все остальное время мы проводим в дозоре, — продолжил он.
— Твоим людям повезло.
Мы шли по расчищенным дорожкам, и тени сгущались вокруг. Мне понемногу становилось не по себе, и я создала небольшой рой теплых ярких огоньков. Напитав их силой, запустила вперед и в стороны — ради красоты и освещения.
— Но поговорить я хотел не об этом. Моя госпожа помнит свое детство? Ваша матушка погибла, но, возможно, вы ее помните?
Медленно выдохнув, я покачала головой:
— Лишь ее магию, родную и теплую. Именно благодаря этому я легко и просто приняла свой дар и не боялась его. Увы, дети-стихийники живут одним днем. Мои самые далекие воспоминания – это отъезд в пансион, а туда берут с шести лет. Все остальное смазанно и нечетко.
Герцог кивнул и ненадолго замолчал. Он явно формулировал свой вопрос, и я не решилась ему помешать.
— Брак леди райн-Рейвис и лорда Саймиша был основан на любви? — спросил Хайлен в итоге.
И я, нахмурившись, уверенно ответила:
— Это была сделка. Матушке был нужен консорт, а Саймишу – громкая фамилия. К чему ты клонишь?
Райн-Торланд остановился и повернулся ко мне лицом.
— Лорд Саймиш сейчас в госпитале.
Я прислушалась к себе и поняла, что ничего не чувствую. Ни-че-го. Сердце не дрогнуло, дочерние чувства не проклюнулись, и даже любопытство не подняло голову.
— По мнению врачей, по нему ударил откат, — продолжил Хайлен. — Однако лорд Саймиш утверждает, что не нарушал клятв.
Я пожала плечами:
— Он может лгать.
— Или он не имел права отдавать вас замуж, госпожа моя.
На что я фыркнула:
— Конечно же, не имел, я уже взро…
Я осеклась. Моим первым порывом было отвесить Хайлену звонкую пощечину. Такую, чтобы он рухнул спиной назад, чтобы… Но я взяла свое пламя под контроль, и ярость слегка утихла.
— Вы намекаете, что моя мать изменяла своему супругу? — холодно процедила я, возвращаясь к формальной вежливости.
Хайлен покачал головой:
— Нет, я думаю, что она была беременна вами, госпожа моя, в момент бракосочетания.
— Брачные узы бы не установились, — сухо возразила я.
И герцог согласился:
— Равный брак был бы невозможен, но лорда Саймиша принимали в семью младшим членом, консортом. При таких условиях леди Астрея могла быть беременна.
Я прижала ладони к лицу, затем убрала и посмотрела в небо. А после перевела взгляд на Хайлена:
— Зачем ты говоришь мне об этом? Даже если правда, какое это имеет значение?
— Газеты, — коротко проговорил Хайлен, — и сплетни. Я не хочу, чтобы моя госпожа завтра оказалась беззащитна. Наш поспешный брак наделал много шума.
Я поежилась, представив, о чем шепчутся благородные змеи всех больших и малых родов.
— Спасибо, что не промолчал, — выдавила я.
— Как бы я мог? — просто ответил он. — Моя госпожа все еще хочет знать про традиции Вейарны?
Чуть подумав, я согласно кивнула:
— Да. Отвлеки меня.
— Вейарна – сложный край, мы живем быстро и решения принимаем тоже быстро, — он пожал плечами, — но порой брак начинается сложно. И тогда люди обращаются друг к другу господин и госпожа. И только жена может решить, когда брак из формального станет настоящим.
— Она предложит обращаться к себе по имени, — ахнула я.
— Именно так, — склонил голову герцог.
И я тут же вскинула руки:
— Прошу простить мое невежество, Хайлен.