Страница 19 из 82
— Весьма, но вряд ли найдется смельчак, способный осудить короля.
В свиту леди Ассари входили младшие дочери, бесприданницы и любовницы иных знатных лордов. Эти змеи смертельно ядовиты, но вокруг них все равно есть незримый барьер. Эти дамы могут войти далеко не в каждый дом. На их мужчин общественное осуждение не распространяется.
— Окажите мне честь. — Обернувшись, я увидела Его Величество.
Ошеломленная и растерянная, я несмело протянула руку, и вокруг моих пальцев вдруг взметнулись снежинки.
— Мой король, — на мои плечи легла рука Хайлена, — моя супруга танцует только со мной.
В этот момент я окончательно перестала что-либо понимать. Во-первых, это всего лишь танец. Во-вторых, глупо отказывать королю в такой малости. В-третьих, я… Я явно чего-то не понимаю.
— Вы готовы противостоять нам, — расхохотался Его Величество, — это так забавно. Мы посмотрим, что произойдет с вашей парой через два-три сезона. Но мне интересно…
Он сделал короткий жест, и к нам присоединилась Ее Величество. Она была немного бледна и явно недовольна тем, что ее подозвали как собаку.
— Герцог Вейарны запретил мне танцевать со своей женой. Пригласи-ка его самого!
Боги, какая нелепая и дурацкая ситуация. И я ведь не могу просто промолчать, Хайлен задрал планку, и я просто вынуждена… О!
— Моя королева, — я присела в реверансе, — молю вас о снисхождении.
— Поднимитесь, леди райн-Рейвис, и не беспокойтесь, — бледно улыбнулась королева. — Ваш супруг пока что принадлежит лишь вам.
Затем она повернулась к королю и положила ладонь ему на руку.
— Наш венценосный супруг упустил из виду маленький нюанс: первый танец на балу всегда принадлежит супругу.
— Они уже танцевали, — нахмурился король, убирая пальчики Ее Величества.
— Они — да, — королева спрятала руки в складки платья, — но мы — нет. Прошу меня простить, мне нехорошо.
— Помогу тебе дойти до фрейлин. — Его Величество грубовато ухватил свою супругу под локоть. — И позволю себе напомнить, что ты уже танцевала сегодня…
Лорды и леди старательно не смотрели на венценосную пару и при этом столь же внимательно фиксировали каждое действие, каждый жест и каждое слово.
— Почему Его Величество столь недоволен своей королевой? — не удержалась я. — Свое содержание Ее Величество тратит на приюты для сирот и больницы для бедных. Она устраивает еженедельные благотворительные обеды, раз в месяц назначает встречи с боевыми магами, пострадавшими от тварей и…
— Люди любят Корринель Эрандарскую, — Хайлен посмотрел на меня, — а леди Ассари не любят.
— Ходил слушок, — тетушка понизила голос, — что Ее Величество была заперта в своих покоях. И чтобы выйти, ей следовало назвать леди Ассари своей сердечной сестрой.
— Эту традицию назвали аморальным пережитком прошлого, — ахнула я.
Хайлен, так и стоявший рядом с нами, тихо проговорил:
— Боюсь, что я не знаю, о какой традиции речь. В Вейарне у мужа есть только его госпожа, а у госпожи только муж. Иное порицается законом, обществом и брачными клятвами.
— В Эрандаре тоже порицается, — хмыкнула тетушка. — Поэтому и придумывают лазейки. Жена, называя любовницу мужа своей сердечной сестрой, как бы возвышает девицу. Разделяет с ней бремя общественного порицания и своим поступком говорит окружающим, что не осуждает девушку.
— Из-за чего осуждать начинают уже жену, — вздохнула я.
— Унизительная традиция, — оценил Хайлен. — Госпожа моя, позвольте пригласить вас на танец.
Я устало посмотрела на герцога, а затем спросила:
— Через сколько мы сможем удалиться с бала?
— Через три танца, — уверенно ответил Хайлен.
И тетушка согласно кивнула. Мне оставалось лишь довериться им. Увы, подобные тонкости прошли мимо меня. Нельзя быть лучшей во всем, но видят боги, от магии проку больше, чем от этикета!
Правда, уже через пару минут я пожалела обо всех упущенных уроках: музыка стихла, люди немного разошлись, и в центре зала осталась одна лишь королева. Она была бледна, ее тонкие пальцы судорожно сжимали тонкую ножку бокала, в котором плескалось что-то насыщенно-алое. Я бы предположила, что это вино, но красное при дворе не подают. Так что же это?
— Мой супруг обрел покой рядом с леди Арраси, — проговорила Ее Величество, и никто не посмел исправить ее оговорку, — так зачем же я отказываюсь от сердечной сестры?
Королева подняла бокал, отпила из него и протянула в пустоту:
— Нитта Арраси, будь же моей сердечной сестрой.
Я прижала ладонь ко рту. Как же неудачно закончился разговор Их Величеств.
— Ее ведь по-другому зовут, верно? — шепотом спросила Лукреция. — Сольвенна Ассари, урожденная Вильмиран.
— Маленькая бессильная пакость, — так же тихо ответила я.
Мы во все глаза наблюдали за королем, и он, видя, что жена не собирается отступать, знаком велел своей фаворитке принять новое имя.
— Забавно, если в бокале яд, — хмыкнула тетушка.
А я, затаив дыхание, с искренним восторгом смотрела на королеву. Да, сейчас она проиграла. Но сердечная сестра может быть лишь одна, а в бокале… В бокале явно зелье плодородия. Алое, густое и насыщенно-пряное.
— Будь моему супругу опорой, щедрой женой и ласковой матерью, — проговорила королева и сделала еще один глоток. — Раздели со мной дар земли и неба.
И теперь все зависит от того, какое образование получила Нитта Арраси, она же Сольвена Ассари, урожденная Вильмиран. Знает ли она, что зелье плодородия в старых справочниках называется даром земли и неба?
Фаворитка, бросив торжествующий взгляд на поверженную противницу, приняла из ее рук бокал и демонстративно поднесла к нему кулон-определитель.
Молочно-белый камень никак не отреагировал на зелье, и новоявленная леди Арраси уверенно осушила бокал.
— Думала, сможешь напугать меня, сестрица? — с интересом спросила леди Арраси.
— Ни в коем случае. — Королева мягко улыбнулась. — Наш король теперь в надежных и заботливых руках.
В глазах Ее Величества горели решимость и желание сражаться до конца. Вот только мнится мне, что бой пойдет не за венценосного мужчину, а за свободу.
«Хорошо бы оказаться подальше, когда противостояние выйдет на открытое пространство», – подумала я.
Королева же публично заявила о том, что ей неможется, и удалилась прочь.
— И нам пора, — негромко сказала Лукреция. — Хайлен, проводите супругу прочь из зала.