Страница 20 из 69
— Я готов объяснить тебе все, раз моя игра так бездарно раскрылась. Спрашивай, что ты хочешь знать.
Он ненадолго закрыл глаза, зажмурился, и вдох-выдох.. Потом снова посмотрел на меня. Усталость в его глазах. Все зря. Наверняка, ноющая боль в руке.
Нет, я вовсе не начинаю его жалеть. Просто сейчас он не выглядит победителем.
Спрашивать «Как ты мог?» – невероятно глупо.
— Ты не похож на данхарца, – сказала я.
— Ты тоже не похожа на северянку, – сказал он. – В моем отце половина данхарской крови, четверть уэйской и четверть рёйгенской. У матери пополам рёйгенской и сайской. А если копнуть чуть глубже, то и еще больше намешано.
Развел руками. Да, для таких, как мы, – важен лишь огонь в крови.
— Племянник данхарского атабека..
— Да, – он усмехнулся невесело. – Но не наследник своего отца, хоть и старший сын. Когда отец отправлял меня в Уэйсвик, вместе с другими мальчиками Данхара, он говорил, что, может, хоть это меня чему-то научит, выбьет из головы дурь, а то через край. Не научило. Вот мой брат – да, всегда был гордостью семьи. – Он немного дернул головой, вздохнул. – Но я ни о чем не жалею.
Усталость в голосе все равно, потемневшие глаза.
Давняя обида?
Его самого отдали в качестве дани Уэйсвику, двадцать лет назад, после войны, когда Данхар окончательно потерял независимость и стал частью королевства. Три мальчика из самых знатных семей, почти заложники, которых легко могли убить, если что-то пойдет не так. Но двое из них добились многого при дворе.
— Что теперь будет со мной? – спросила я.
— Ничего. – Он пожал плечами. – Не думаю, что твоя жизнь теперь должна сильно измениться. Ты моя жена и хозяйка Ормхольма, ты ничего не потеряла в правах, у тебя остаются твои люди, ты сама знаешь, что делать. Не волнуйся, я не стану сейчас принуждать тебя к исполнению супружеского долга. Разве что позже, когда встанет вопрос о наследнике, но пока это не важно, нужно понять, смогу ли я сам справиться здесь.
А если не справится, то и наследники ни к чему.
— Я не пойду с тобой к Камню.
— Я понимаю это, – согласился он. – Точно не сейчас. Ничего, пока я попытаюсь как-нибудь сам.
Еще вчера вечером я засыпала у него на плече..
Наверно, я хочу знать главное.
— В чем именно обвинили моего отца? – спросила я. – Мне так и не сказали. Только то, что он замышлял что-то против короля. Но это неправда.
Искандер вздохнул тяжело, провел ладонью по лицу, потер.
— Отчасти, – сказал он. Поднялся на ноги, прошел по комнате из конца в конец, остановившись у окна. – Не против короля лично, но то, что он делал, ставило под угрозу весь Рёйген. Еще немного, и мы получили бы вторую Эгору здесь. Только Магнус забывал, а может, просто не хотел видеть, что тут другой климат и что справиться с наступающим холодом будет все сложнее.
Вторую Эгору? Я, наверно, не понимаю чего-то важного.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь.
Он усмехнулся невесело.
— Если в крови не хватает огня, то есть ритуалы, которые вначале кажутся вполне безобидными.. Можно усилить этот огонь ненадолго, обмануть Камень и богов. Твой отец придумал это не сам, ему подсказали. Поначалу это не было предательством в полной мере, и не было злого умысла, скорее от бессилия и отчаянья, Камень не принимал его, твари подступали. Он решился попробовать. Но если ты встал на этот путь, потом отказаться почти невозможно. Только крови со временем требуется все больше и больше. В Эгоре это практикуют уже не один десяток лет и.. видимое благополучие, даже богатство, то, что видно со стороны.. Но со стороны не видно, какую цену приходится платить, – он нахмурился. – Я пока не знаю, как справляться с этим, зашло уже слишком далеко.
— Ты хочешь сказать.. – я не знала, могу ли верить. – Хочешь сказать, мой отец приносил.. жертвы? Людей?
Это казалось почти безумием.
Я не верю. Отец не мог..
Поняла, что не могу сидеть. Вскочила, подошла к нему сама. Не знаю зачем. Страшно хотелось ударить, наорать, заставить ответить за ложь.
Но в то же время.. Все отъезды отца, все его дела.. случайные обрывки фраз. Он говорил, что мне не стоит волноваться и думать об этом, это не моя забота, но..
— Да, – Искандер смотрел на меня. Сожаление в его глазах. – Кровь. Сначала крови нужно совсем немного, можно даже никого не убивать, просто договориться. Потом больше. Поначалу даже куриная кровь подойдет, но потом понимаешь, что лучший эффект от горячей человеческой крови, в которой есть хоть капля огня. Ты ведь знаешь, что твой отец искал по всему Рёйгену тех, в ком хоть немного осталось этой крови. Но вовсе не для того, чтобы найти подходящего мужа для тебя, это лишь удобный предлог.
— Искал, чтобы убить? – сказала я.
Он кивнул.
— И не только для.. собственных нужд. Последней каплей стала передача пленников Эгоре, этого Альфред уже не стерпел. Свои резервы Альфонсо Кавали успел основательно истощить, так что теперь смотрит в нашу сторону. Эгоре нужна свежая кровь. И это уже не просто внутренние дела Рёйгена, это серьезная угроза.
Не против короля лично, но это предательство все равно.
Нет. Как я могу верить в это? Отец был хорошим человеком. Он не был чудовищем.
— Я не верю.
Слишком много лжи, так почему бы этому не быть ложью тоже?
Последние несколько дней – сплошная ложь. И я не могу понять, за что ухватиться.
Искандер молчал, просто смотрел на меня.
— Почему я должна верить тебе?! – потребовала я.
— Можешь не верить, сейчас это не имеет значения, – сказал он. – Это ничего не изменит.
Нет.
— Ты убьешь меня? – сказала я. – Принесешь в жертву, как мой отец?
— Что за мысли у тебя? Не говори глупости.
Я уже ни в чем не уверена.
— Почему тогда ты не приехал открыто? Не сказал сразу мне все в глаза? К чему все это представление? Может быть, ты обманываешь меня до сих пор? Может, ты никакой не Искандер?
— Сандер, – он слабо улыбнулся. – Большую часть жизни я прожил в Уэйсвике, мне привычней на уэйский манер.
— Мне плевать.
— Хорошо. Можешь называть меня как захочешь. Я приехал открыто, но ты уже сбежала. За тобой могли бы отправить погоню и привезти силой, благо ты поступила очень предсказуемо, побежав на запад. Но силой решать это я не хотел. Подумал, что может быть отличная возможность узнать друг друга получше. И до сих пор считаю, что это было правильным решением, даже если все вышло так.
— Ублюдок! – тихо буркнула я.
Он усмехнулся.
В тишине я слышала шаги по коридору. Потом открылась дверь – нам принесли ужин, расставили.