Три желания Мар

— Нет, не в этом дело, – Тенрик качает головой. – Она достаточно умна, из нее выйдет отличный воин, отличный вождь. Ее уже сейчас любят и уважают. Если вдруг я погибну в следующем походе, то как минимум половина моих людей пойдет за ней и поддержит. Это сейчас. А еще лет через пять, когда она успеет проявить себя в настоящем деле, уверен, за ней пойдут все.

— Так в чем же дело?

— Она женщина, – Тенрик с усмешкой разводит руками, словно говоря, что это так очевидно.

— Ты ведь сам говоришь, ее поддержат?

— Да, – говорит Тенрик. – Ее поддержат здесь. Те, у кого на глазах она выросла. Кто держал ее на коленях, видел, как упрямо она учится драться. Те, кто ползал с ней в грязи, строя крепости из песка. Те, кому она разбила нос, кого обставила в стрельбе из лука, те, с кем она ходила охотиться.. Но Дагвид – это не весь мир. А у меня большие планы.

— Ты хочешь собрать ярлов и стать конунгом?

Тенрик хмыкает, но с таким выражением, что Мар начинает чувствовать себя глупой девочкой.

— Хочу, – говорит он, потом вздыхает, трет ладонью коленку. – Для чего мне это надо, ты ведь понимаешь? Не только ради власти и тщеславия, хотя и это, должен признать, есть тоже. Мы слишком долго ходили на Ирагону за золотом, и теперь они собираются прийти к нам. Твой брат прав – выстоять мы сможем только все вместе. По одному – они перебьют нас. И только все вместе сможем не просто остановить эту волну, но и откатить назад, собрать настоящее войско, и уже не просто золотых побрякушек собрать с рубежных городов, но и захватить землю, остаться там, получить куда больше. Сделать так, чтобы они нас боялись.

Он говорит, и Мар слушает его внимательно.

— Женщина не сможет встать во главе всего Хеймира?

— Да, – соглашается Тенрик. – Ее признают свои, те, кто знает. Но значительная часть ярлов не пойдет за ней, не захочет, чтобы какая-то баба командовала ими. Уйдут.. И тогда все, что мне удастся собрать, начнет разваливаться. Или того хуже, начнут предлагать ей удачный брак, где новый муж должен будет получить все. И все пойдет прахом снова.

— Ты так говоришь об этом.. – Мар сложно осознать, – словно собрался вот-вот помереть.

Тенрик весело фыркает, мотает головой.

— Нет, – говорит он. – Я думаю об отдаленном будущем. Чтобы мальчику родиться, вырасти, встать на ноги и обзавестись нужным опытом, нужно никак не меньше двадцати лет. Лучше больше. Так что эти двадцать лет я точно помирать не планирую. Но собирая земли сейчас, я хочу знать, что останется после меня. Хочу понимать, ради чего я это делаю.

Двадцать лет.. Мар так далеко не загадывает.

— Но сыновей у тебя не будет? – спрашивает она.

— Я хочу это изменить, – он смотрит на нее серьезно и пристально. – Думаю, тут мы могли бы помочь друг другу.

— Но если ты сам говоришь, что хочешь собрать войска против Ирагоны, то разве не в твоих интересах защитить Тюлений Фьорд?

— Не в моих, – Тенрик качает головой. – Я планировал на примере Тюленьего Фьорда показать всем, что будет, если мы не объединимся. Пока мало кто верит в угрозу. Им нужно увидеть, чтобы поверить, увидеть, как целое поселение становится пепелищем. Тогда ярлы зашевелятся. А если мы легко отобьем, то еще очень долго никто даже не почешется. Если уж даже Тюлений Фьорд ирагонцы взять не смогли, то уж им-то можно не волноваться, – Тенрик хлопнул по колену ладонью. – Так что мне нужен пример.

У Мар даже сердце замерло, закололо.

— Да как ты можешь?!

— Для общего блага, Мар. Чем-то всегда приходится жертвовать. Испытания учат именно этому.

— Нет..

— Я ведь говорю, мы можем помочь друг другу. И знаю, что у тебя есть возможность помочь мне. Не думай, что я просто пожелал заполучить смазливую девочку в постель, таких девочек как ты – сотни.. не обижайся. Мне нужно другое. Я знаю, что у тебя в запасе есть три желания, которые ты можешь загадать. Знаю, что напрямую загадать не выйдет. Но можно пойти обходным путем.

Он все знает. И не упустит своего.

Вот тут Мар становится страшно по-настоящему. Ее загнали в угол, и выхода нет. Она даже желание сама загадать не может, все зря.. Вскакивает с места, но еще не понимает, куда ей бежать.

— Откуда ты знаешь это? Летард сказал тебе?

— Летард? – Тенрик удивляется. – Нет. Но он подтвердил мне. Разве это секрет? Ты ведь по его совету прыгнула со скалы, и сама потом рассказала ему об этом. А твой брат отлично понимает ситуацию, он думает о своем народе.

— Сукин сын!

И хочется убить его! Он ее предал!

И Мар даже бросается было к дверям, но Тенрик вдруг, в два прыжка, оказывается рядом, ловит, хватая Мар за руки, прижимая к себе.

— Сейчас ты никуда не пойдешь, – почти спокойно говорит он. – Уже поздно что-то менять, сделка заключена. Да и сама подумай, чего ты хочешь? Остынь. А брата убьешь утром, – он ухмыляется. У тебя весьма разумный брат.. для своего возраста.

— Отпусти!

— Нет, – говорит Тенрик. – Сегодня наша первая ночь, и ты никуда не пойдешь. Сейчас ты моя жена, но если ты сбежишь из спальни сразу, то твое положение окажется весьма странным. Будет выглядеть так, словно я отказался и выгнал тебя. И кто ты тогда?

— Я ушла сама!

— И какая разница? Уедешь домой? А весной на месте Тюленьего Фьорда будут руины. Ты этого хочешь? Мне подойдет и такой вариант, даже больше подойдет.

Его синие глаза почти светятся в темноте.. и Мар становится не по себе.

Она дергается, пытаясь вырваться из его рук.

— Ты ведешь себя как ребенок, – говорит Тенрик. – Реши сама, чего хочешь.

Отпускает.

А Мар, покачнувшись, остается стоять.

Он прав. Она позволяет чувствам взять верх. Так нельзя.. Но и смириться Мар не может. Все ее планы, все то, о чем она думала – превращается в прах.

Но Мар найдет выход! Ничего. То, что Тенрик знает, на самом деле, меняет не так уж много.. она что-нибудь придумает.

Тенрик поворачивается к ней спиной, снимает рубашку.

— Я буду спать, – как ни в чем не бывало, говорит он. – Если надумаешь – приходи ко мне. Нет – можешь спать на шкурах у очага, я не трону тебя.