Поцелуй Ярова

Глава 10

Ноздри затрепетали от нервного прерывистого дыхания, и я несмело посмотрела в глаза Матвея, боясь сказать ему страшную правду.

Я не желаю, чтобы хоть кто-то знал, что со мной произошло этой ночью. Не хочу разбирательств и скандала. Мне нужно забыть об этом, похоронить обрывки воспоминаний. Сделать вид, будто ничего не случилось. Поэтому придется лгать…

–

Наркотики,

–

ответила на выходе, и в этот момент показалось, что одним рывком отчим вырвет руль, завяжет его узлом и швырнет в меня. Его руки напряглись и толстые вены темными жадными червями вздулись на кистях.

—

Добровольно?

—

сквозь зубы процедил он и вздернутая верхняя губа оголила острия клыков хищника.

Отгоняя видения, я помотала головой, отчего Матвей еще больше напрягся, грудь вздыбилась, брови взметнулись и безумные глаза расширились белыми шарами. Не в силах смотреть на них, я уставилась в грудь отчима, пытаясь сконцентрировать взгляд на скачущей и никак не занимающей свое место пуговице на рубашке.

—

Да, меня угостили таблеткой, и я выпила.

–

Кто? Имя?

—

прогремело на весь салон, заставляя вжаться в сидение.

—

Я его не знаю, да и не разглядела толком,

—

соврала, решив выгородить Влада.

Отчим с силой потер подбородок и, сжав кулак, проговорил в него:

–

Ты… Ты уже пробовала до этого наркотики?

–

Нет. Это был первый раз.

–

Понравилось?

Ну что за допрос? Когда мы уже поедем? Глаза чешутся от непролитых слез. Мне нужно остаться наедине самой с собой.

–

Нет. Пожалуйста, не говори маме. Я больше никогда не стану употреблять наркотики. Обещаю. Я сделала это ради интереса. Чтобы расслабиться,

—

обняла себя руками и прижала колени друг к другу.

–

Вера. На них так легко подсесть,

–

Матвей уставился в пустоту перед собой. – И последствия… Ты можешь испортить свою жизнь, натворить дел, которые не исправишь,

—

его нравоучения прозвучали тихо, с нотками жалости.

–

Прошу, не читай нотации. Ты мне не отец,

—

я прикрыла рот ладонями, зная, что сказала обидную фразу, но честно, слова сами выпорхнули изо рта.

—

Прости,

—

это несправедливо. Отчим добр со мной, а я так с ним.

Он кивнул и больше ничего не говоря поехал.

Черт! Я обидела Матвея и мне стыдно.

–

Правда, это был первый и последний раз,

–

я положила свою ладонь на его и погладила.

Матвей посмотрел на наши руки и с грустной улыбкой произнес:

–

Начать легко, думая, что потом бросишь, но это невероятно трудно. Когда я впервые попробовал наркотики…

Всю дорогу до дома мне пришлось слушать лекцию о вреде запрещенных веществ. И я терпела, не раскрывая рта, боясь снова сказать что-то не то.

Только приехав домой и оказавшись в спальне, я смогла дать волю чувствам. Никогда в жизни столько не плакала…

–

Вера.

–

Вставай,

–

сквозь сон услышала звон голосов сестер.

С трудом разлепив веки с высохшими на ресницах слезами, я посмотрела на куколок и снова закрыла глаза.

–

Видок у неё не очень,

–

да уж, так могла бы прозвучать оценка патологоанатома, осматривающего разрозненные куски, на которые я разорвана.

–

Неси патчи и охлаждающую маску,

—

сказала одна другой и с кровати кто-то слез.

–

Ну же, сестренка, поднимайся. Скоро будет готов обед.

–

Обед? Ммм,

—

я потянулась и легла на живот, натягивая на голову одеяло.

—

Спать хочу. Идите есть без меня. Может к ужину встану.

–

Яровы приехали. И Артем тоже. Спрашивал о тебе. Говорит, славно вы с ним повеселились ночью. И мы хотим узнать подробности,

—

сестра хохотнула, а у меня по телу пробежал могильный холод. Он здесь!

–

Вот черт,

–

забыв обо всем, я вскочила с кровати как ошпаренная и начала носиться по комнате, не зная, за что хвататься. То ли идти умываться, то ли одеваться. А может и вовсе собрать вещи и убежать куда глаза глядят, только бы вновь не попадаться на пути у этого козла, который явно явился, чтобы помучить меня и поглумиться.

В комнату вошла сестра, держа в руках косметичку.

–

Не переживай, мы сделаем из тебя красотку,

–

и деловито начала доставать косметические средства.

–

Ну, же. Что молчишь? Рассказывай, что было на вечеринке.

–

Не томи,

—

приближаясь с макияжной кисточкой, перебивая близняшку, начала наседать куколка.

–

Девочки,

—

я посмотрела на одну и вторую.

—

Мне надо умыться,

–

накинув халат, вылетела из комнаты и быстрым шагом направилась в ванную комнату.

Спрячусь там. Нужно время проснуться и подготовиться к фатальной встрече с человеком, надругавшимся надо мной.

Спасительная комната находилась рядом, только вот я никак не ожидала, что, достигнув цели и оказавшись в ней, встречусь с презрительным прищуром карих глаз.

–

Артем,

—

только и смогла выпалить от неожиданности, замерев на месте.

—

Вера,

—

проговорил Яров и, выключив кран, сорвал с крючка полотенце.

В горле стало сухо. Только непонятно, это оттого, что в раковине с утробным звуком, не предвещающим ничего хорошего, прожурчала вода или от вида Артема, на которого удачно ложился свет, вырисовывая рельефы на темной одежде, не скрывающей, а наоборот, подчеркивающей мускулы.

Я помню, как гладила их, когда Яров был сверху…

Хочу забыть это!

—

Зачем явился?

Рассматривая мои босые ноги, его взгляд плавно поднялся по шортикам, скользнул по открытому животу и перешел на грудь, спрятанную под тонким атласом.

–

Отлично выглядишь,

—

я поторопилась завязать халат пояском и сложила руки на груди закрываясь.

—

Застеснялась?

—

Артем зацокал языком и потер гладкий подбородок. Невинный жест отозвался у меня внизу. Его губы, какие они сейчас на вкус? Не помню, как мы целовались ночью.

—

Совсем недавно ты сама оголила грудь, а теперь прячешь её от меня, – он наклонил голову набок и вздернул бровь.