Страница 32 из 61
Я сидела на кровати, он на табуретке рядом.
— Не думаю. Убить можно и иначе. Они хотят получить корону, отняв у меня. Я сам получил ее таким образом. И тогда еще много дрался, но отбился, и все успокоилось. А теперь эта история с ведьмой и с Патриком дала повод снова. Те, кто не решился в прошлый раз, решили попытать счастья сейчас. К тому же, убивать в поединках не принято. Можно убить, это не запрещено, но негласно – считается очень недостойно.
— А ты сам того, предыдущего короля убил?
Эйгон кивнул серьезно.
— Да, я убил Райяна. Я был страшно зол на него, не мог сдержаться. Это ведь он назвал меня предателем, хотя предателем был сам. Пусть не из злого умысла, просто по слабости своей.. А теперь это лишний повод для остальных - попытаться убить и меня тоже. Но сейчас я стараюсь, чтобы такое не повторилось. Это сложнее, на самом деле. Убедить противника, что он должен сдаться и отступить, сложнее, чем просто убить.
Он говорил об этом так, словно о чем-то совершенно нормальном и обычном. То есть, для него и было – нормальное. Но мне представить сложно.
— И когда следующий? – спросила я.
— Завтра, - сказал он устало. Поднялся. – Ладно.. Я только хотел посмотреть, как ты.
— Нормально, - сказала я. – Думаю, еще немного, и смогу выйти на улицу. Кстати, а что будет со мной дальше? Я пока живу тут.. А потом?
— Ты можешь жить здесь сколько угодно, - сказал он. – Встань на ноги, осмотрись, потом решим.
— Если только тебя не убьют..
Он засмеялся.
— А ты верь в меня!
Постараюсь верить. Что мне еще остается.
На следующий день его не было. И я даже успела поволноваться. Если поединок, то кто знает, чем все это может закончиться.
Горничная заходила помочь мне одеться, принести еды. Я спросила про Эйгона. Она сделала страшные глаза и сказала, что молодой король победил снова.
Вот и славно. Наверно, это все что я хотела узнать.
Только глаза сделала уж очень страшные, словно что-то там пошло не так. Или я придумываю? На все мои вопросы – она осторожно уходила от ответа. Ладно, может не велено. Главное, чтобы он был жив, иначе мое положение снова становится странным и неустойчивым. Я подожду. Придет – сам расскажет. Их первых рук.
На следующий день он застал меня, когда я делала упражнения для пресса. Вот с прессом было все совсем плохо, так что постараться придется. Не то, чтобы я как-то особенно за спорт, просто занять было особо нечем, так что я занималась. Все польза.
Я лежала на полу, на коврике, согнув ноги, руки за голову, старалась в очередной раз поднять корпус. Эйгон увидел это, очень удивился.
— Что это ты делаешь? – спросил он, разглядывая меня. Зашел, подошел ближе.
— Пресс качаю, - сказала я.
— Что качаешь? – он с интересом склонил голову на бок.
— Пресс, - я погладила ладонью живот.
— И как успехи?
— Думаю, что неплохо. Хочу пойти, прогуляться в сад. Мне ведь можно?
— Можно, - согласился он, но таким тоном, словно «не рекомендуется». – С охраной.
— А что не так? – спросила я.
— Да все так, - вздохнул он.
А потом просто взял и лег рядом, вытянулся, с каким-то стоном облегчения. Прикрыл глаза.
Я села, глядя на него.
— Что? Плохо?
Он покачал головой.
— Нормально. Просто устал.
У него на шее сзади, но и сбоку тоже немного видно – красные полосы. Раны затянулись, но еще не зажили до конца.
— Как твой поединок? – спросила я.
— Я победил, - сказал он, приоткрыл один глаз, ко мне голову повернул. – Хреново, если честно. Мой брат. Не думал, что придется драться с братом. Но раз уж..
Скрипнул зубами.
— Но ты же не убил его?
— Нет, - Эйгон покачал головой. – Но помял сильно. Крыло сломал. Он, зараза, сильный и упрямый, иначе никак не выходило.
— Он тоже хотел оспорить твои права?
— Угу, - Эйгон кивнул. – Это долгая история.
— Разве мы куда-то торопимся? – удивилась я.
Он усмехнулся, долго молчал, глядя в потолок.
— Дело даже не в брате, - сказал глухо. – Знаешь, я иногда сам не понимаю, что здесь делаю. Я никогда не хотел власти. Никогда. Я не понимаю, что мне делать со всем этим, я оказался не готов. Иногда мне кажется, что это было ошибкой, что не стоит. И в очередном поединке лучше поддаться и уступить. Проиграть, подыграть. Вот брату я почти готов был уступить. Потому что понимаю, что он бы справился лучше, он куда умнее и опытнее, он умеет вести переговоры, правильно планировать, его поддерживают кланы.. - вздохнул снова. - Но не вышло. Я не умею уступать. Как только затрубили трубы.. Словно кровь ударяет в голову, ярость.. Это сильнее меня, я перестаю контролировать. Я был готов убить его, но не сдаться.
Я села по-турецки, скрестив ноги.
— Это нормально, - пожала плечами. – Не отступать и не сдаваться в бою. Это инстинкты. Но ведь можно поговорить с братом и потом. Объяснить ему.
— Поговорить? – Эйгон усмехнулся. – И что? И что сказать ему? Что я не хочу быть королем, пусть все забирает?
Покачал головой, скривился, злая усмешка на губах.
— Ну, не прям так.. - сказала я. Не знаю..
— А как? Лучше уж сразу повеситься тогда. Признать свою слабость, сказать, что не справляешься – хуже смерти. Даже брату. Если забрался так высоко, то уже не имеешь права отступать, надо было думать раньше. Только вперед. Еще можно было бы в поединке подыграть, тем более, что Эдвард очень силен, это он учил меня всему. Проиграть ему было бы не стыдно, это бы все поняли. Вышло и вышло. Но я не смог пересилить себя.
— Когда ты приходил ко мне перед тем поединком, ты сказал: «Верь в меня». Ты не собирался проигрывать?
Он фыркнул.
— Я не собирался помирать, это точно. Эдвард не убил бы меня, даже если бы я поддался и проиграл. Если проиграл по-настоящему. Как бы не обернулось, для тебя опасности не было. Я бы уехал, и тебя мог забрать с собой.
Ладно, пусть так. Мы тогда действительно говорили обо мне.
Как сложно у них тут все.
И глядя на Эйгона, я понимаю, что это не игра и не кокетство, он действительно устал от всего этого. Возможно, не только инстинкты, но и голос разума не дает ему проигрывать, но вот это желание все бросить к чертовой бабушке и слинять отсюда – я отлично понимаю. Так бывает.
— А кто еще остался? – спросила я. – С кем еще драться?
Эйгон посмотрел на меня.
— Финнеган, - сказал он. – Но он ублюдок еще тот, ему я точно уступать не собираюсь.
— Ты и брату не уступил.
Все это слова.
Эйгон закусил, чуть пожевал губу, задумчиво так. Сложил на груди руки.