Страница 39 из 76
Меня несколько раз швырнуло из стороны в сторону, щеку оцарапало веткой, нога зацепилась за корень, и я едва не вывихнула лодыжку. При этом меня еще и протащило через силовой барьер. Когда такой пересекаешь, кажется, что тебя ударяет небольшим разрядом. Так что трудно спутать. И это было вторым неприятным сюрпризом.
Едва я оказалась на ногах, как меня за плечо схватила чья-то лапища. Я, недолго думая, коротко замахнулась и в развороте ударила наугад. Думала, что попаду в лицо противнику, но оказалось, тот был значительно выше меня. Но хуже этого – с хорошей, демоны ее дери, реакцией. Успел отстраниться, так что мой кулак пролетел по косой, лишь задев противника.
Я бы достала его ногой, только.. Как говорится, в интеллектуальном споре побеждает тот, кто стреляет первым. Исход нашей жаркой полемики это лишь подтвердил. В меня прилетело откуда-то сбоку заклинание стазиса.
Я замерла на месте, не в силах пошевелиться. Только глаза смотрели с ненавистью на орканутого дружка альбиноса. Брюнет, к слову, тоже застыл прижизненной статуей самому себе. Но его, похоже, чары зацепили лишь частично. Во всяком случае, он мог вертеть своей наполовину обритой башкой и говорить.
— Ворин, какого изначального меня-то?! – возмущенно прорычал этот полузамороженный.
— Чего орать-то так? – хохотнув, отозвался его рыжий приятель, появляясь в поле моего зрения.
— А тебе жалко, что ли? Через полог тишины все равно никто нас не услышит, – проворчал брюнет.
И тут я увидела, как к нашей застывшей композиции подошел и Молочко, криво усмехаясь. Та-а-ак, похоже, у красноглазика не вышло отомстить мне в одиночку и он решил позвать дружков для вендетты. Ну, погоди, гад бледнолицый, я до тебя доберусь!..
Злость вскипела в моих венах, магия забурлила где-то в районе живота.. Вот во всех трактатах возвышенно описывали средоточие силы в груди. Но то ли я была неправильным магом, то ли дар мой плевать хотел на благородные места, то ли чародеи древности привирали для красного словца.. Так или иначе я почувствовала, как волна силы поднимается выше, растекается по плечам, к ладоням, чтобы зазудеть на кончиках пальцев.
А мозг тем временем искал брешь в заклинании. Оно было сильным, но простым. Как большой амбарный замок. Такой, который не сломает лом, но с легкостью откроет отмычка. Ей-то и стал тонкий ручеек силы, который потек по моему телу, вплетаясь в канву чар заморозки, раздвигая каркас, смещая векторы сил..
Я вся сосредоточилась на взломе заклинания, понимая, что времени мне отведено – считаные мгновения.
— Сейчас, подожди, я сниму с тебя, – услышала я голос рыжего, который вытянул перед собой руку, готовясь частично разблокировать заморозку.
Но прежде, чем он это сделал, я ударила силой. И в Ворина, и в альбиноса, благо они стояли рядом.
Красноглазика опрокинуло так, что он кувыркнулся и упал, ударившись о землю. Жаль только, что сразу же вскочил, проревев:
— Плевать на наш план! Я прибью ее! – И в руке Альбира вспыхнул пульсар.
— Стой! – заорал орканутый. – Швырнешь в нее – и это будет считаться нападением.
— Угу, – огрызнулась я, сотворив боевой аркан. – А до этого у нас была милая беседа.
— Представь себе, ненормальная, да! Беседа.
— Тогда это очень интересный способ завязать разговор с девушкой, устроив ей темную, – ехидно заметила я.
— Какая девушка, такие и способы, – ухмыльнулся брюнет. – И какая, к демонам, темная!
— Трое на одну. Вот какая! Если твой белоснежный приятель считает себя оскорбленным – так вызвал бы на дуэль.
— Девку? На дуэль? Много на себя берешь, простонародье, – окрысился Молочко.
— Ты уж определись, что во мне тебя оскорбляет: происхождение или пол?
Судя по налитым кровью глазам альбиноса – все! И наверняка он бы это и выплюнул мне, но его перебил рыжий:
— Так, Альб, тебе не кажется, что предложение делают слегка иначе..
— Предложение? – Мне показалось, что я ослышалась.
— Угу, – ухмыляясь, отозвался брюнет. – Деловое. Коллективное. Но если ты согласна и на индивидуальное интимное – я готов!
Кажется, у меня случился нервный тик. Нет, этот орканутый точно отмороженный, и заклинание стазиса тут ни при чем! Пытаться приударить, когда сам наполовину недвижим и через тебя вот-вот полетят пульсар и боевой аркан.. Это нужно быть на всю голову отбитым. Или орком!
— Вы психи? – когда из цензурного на ум перестали приходить только запятые, произнесла я.
Миг тишины. Второй..
— Слушай, Маккензи, а тебе бедность жить не мешает? – вдруг совершенно невпопад спросил рыжий.
— А тебе наглость? – не сдержалась я.
— Мне она помогает, – ничуть не смутился веснушчатый. – И ты тоже можешь помочь себе. Например, хорошо подзаработать. – Прозвучало это как приглашение маман из дома терпимости. И на него я хотела ответить знаком из одного пальца. Вот только следующие слова Ворина заставили меня передумать: – Тут бой намечается. А наш голем к нему слегка не готов.
Я сглотнула. Сердце замерло, пропустив удар. Зато мысли в голове в этот миг навели невероятную суету: разрозненные элементы мозаики складывались в витраж. Голем. Отточить навыки. Бой..
— Ты говоришь про подпольные бои без правил? – уточнила я и по поджатым губам Молочка поняла: угадала. – Так с этого и надо было начинать. Я только «за», чтобы подзаработать деньжат.
Произнесла бодро и даже почти дружелюбно. А вот силовой аркан убрать не торопилась. Мало ли что в головах у этой троицы. Потому как можно сколько угодно верить в силу дипломатии, но боевое заклинание есть боевое заклинание, что бы там ни говорили.
Рыжий, похоже, тоже придерживался подобного мнения, потому как пульсар из его ладони так и не исчез. Даже больше, он рискнул диктовать свои условия:
— Раз ты за, то убери аркан.
— Может, сначала ты? – Я кивком указала на светоч в его руке.
И тут в наш милый диалог вмешался орканутый:
— Давайте сначала меня разморозим, а потом будете выяснять, кто там из вас будет первым! Мне надоело стоять столбом.
Рыжий на это скривился, махнув рукой. Вот только, сдается мне, опыта работы сразу с несколькими заклинаниями у адепта было маловато.
Нет, стазис Ворин с приятеля снял. А также снял ворону с ветки своим пульсаром. Тот, сорвавшись с пальцев, понесся в мою сторону, я инстинктивно присела, а светоч, пронесшись мимо, ушел вверх, точнехонько угодив в крону дерева. Запахло паленым, в воздухе закружились перья и пепел листьев. Дерево начало заниматься огнем.