Страница 15 из 64
Потянуло серой. Наследник кивнул — значит, обновлять смесь трав не нужно, всё работает как должно. От соприкосновения с перстнем панель покраснела, нагреваясь изнутри, и каменная стена вдруг разъехалась в стороны, образуя проход — путь к самому сердцу библиотеки, к архиву.
Шагая по бесконечной, как ему казалось с детства, лестнице, Рюнал вспоминал, как впервые познакомился с травяными замками. Отец тогда был занят важными переговорами, и его обучением занималась мать.
— Смотри, цветочек, — ворковала Руна, подводя сына к стене, — здесь есть дверь, но сейчас ее не видно. Хочешь увидеть, как происходит магия?
Рюнал, завороженно глядя в голубые глаза матери, закивал.
Женщина мягко улыбнулась и, сняв с пальца массивное фамильное кольцо, прислонила его к панели на стене.
— Фу, мама! — тут же сморщился Рюнал. — Опять воняет!
— Потерпи, милый, — усмехнулась Руна. — Смотри внимательно: видишь этот прямоугольник? А видишь, как он становится красным? Поднеси ладошку, попробуй — только осторожно!
Мальчик осторожно протянул руку и тут же испуганно ее отдернул — воздух возле панели был почти горячим!
— Обжегся? — Руна тут же шагнула к сыну, и воздух снова стал привычно прохладным.
Но Рюнал уже завороженно тянул руку к стене, пытаясь нащупать то же тепло.
— Мам! Почему опять холодно?
Руна улыбнулась, погладив сына по голове, и присела возле него на корточки, принимаясь объяснять устройство замка.
— Смотри, здесь, — женщина сняла родовое кольцо и положила его на ладонь, показывая мальчику, — хранится специальная смесь: твой любимый орешек, жёлудь Арлы, ягоды исбарьны и пыльца ильдфара — помнишь такой цветочек, которым мы в лесу освещали тропинку?
Маленький Рюнал нахмурился, наморщил лоб, усиленно вспоминая, затем закивал быстро-быстро. И снова нахмурился, прикладывая палец ко рту.
— А как они туда засунули орех?
Руна улыбнулась, подавив смешок, и терпеливо разъяснила:
— Его раскололи на много-много маленьких частей и смешали с остальными ингредиентами.
Женщина надела кольцо на безымянный палец и мягко подтянула сына к стене с замком. Панель уже совсем остыла, и Рюнал мог спокойно проводить по ней ладонью, ощупывая замысловатые узоры в виде разных растений. К своим пяти годам он знал много цветов и трав, и теперь с интересом вглядывался в рисунки, чтобы первым разгадать, какие же нарисованы на замке.
— Это Серая Слеза***, мама! — найдя вырезанный в металле тонкий стебель с колючками, радостно закричал мальчик, оборачиваясь к женщине. Она закивала, и в глазах блеснули искры гордости за не по годам взрослого сына. — А это жарна!
Маленькие пальчики очертили извивающийся широкий узор самой распространенной в Северных землях травы. Ее сложно было перепутать с чем-то другим из-за тонких прожилок, напоминающих паутину, на листьях.
— Всё верно, мой огнецвет. Ты так много знаешь! А узнаешь последний, третий ингридиент? — Руна прищурилась, подначивая сына самому изучить замок.
Рюнал, конечно же, с готовностью кинулся к панели и стал водить по ней пальцами, выискивая третий узор. Не прошло и минуты, как он развернулся и закричал с победной улыбкой:
— Стенлёг! Это стенлёг, мама!
— Умничка, Рюнал! А теперь смотри: сейчас будет неприятно пахнуть серой, а сок исбарьны и Серая Слеза создадут тепло при прикосновении, которое поможет ильдфару зажечься.
Рюнал округлил глаза, наблюдая, как мать подносит кольцо к панели.
— Но ильдфар и так светится!
— Верно, мой огнецвет, но теперь он должен стать настоящем пламенем, как у драконов из легенд.
Рюнал из настоящего споткнулся на последней ступеньке и едва не упал, но вовремя ухватился рукой за прохладную липкую стену. Воспоминание вышибло как камнем. Осталось лишь неприятное послевкусие после упоминания драконов — до сих пор его пробирала дрожь от мыслей о них.
В архиве запах древности усиливался. Ближе к дальней стене становилось практически невозможно дышать от количества пыли и древней магии — там хранились самые древние документы, которые даже трогать было опасно. Рюнал направился именно туда. Где-то там, под стеклом, хранилась самая древняя, самая первая и самая правдивая легенда о драконах — легенда о драконьей невесте. Конечно, он наизусть знал каждую её интерпретацию. Но оригинал никто из ныне живущих и даже из предков Рюнала до пятого поколения не читал.
Рюнал шел медленно — будто боясь потревожить сон призраков прошлого. Чем ближе он подходил к ящику из закаленного льдом стекла, тем медленнее становился его шаг. И тем ярче в груди горел страх — вот-вот он узнает правду, которую знать совсем не хотел. Реликвия стояла прямо перед глазами. Их отделял лишь толстый слой стекла крышки. Рюнал протянул руку, чтобы открыть замок. Вот сейчас... Несколько секунд... И он узнает. Страшная тайна явит себя миру. Вот сейчас...
— Min hojstand, вас ожидают на совете через тридцать доль****. Не пора ли вам отправиться? — голос слуги отразился эхом от стены и врезался в сознание Рюнала. Наследник даже выдохнул почти облегченно, разворачиваясь спиной к древнему свитку.
— Иду, Грак.
Из архива Рюнал почти бегом вышел. Осенний холод встретил его с распростертыми объятиями, и принц нырнул в них, будто в последний оплот.
***
Зал Советов привычно охватила прохлада. Но сегодня это вовсе не помогало думать, по крайней мере наследникам: Рюнал сидел, откинувшись на спинку кресла, почти полу-лежа, и сжимал в кармане половинки сожженной фигурки дракона. Калиса же потеряла все краски: лицо ее, несмотря на жар, было белее снега, а в глазах будто истлели все искры. И от этого сердце Рюнала сжималось до каменной крошки.
Он перевел взгляд на выступающего с предложением Форреда и вслушался в его речь, едва слух выцепил имя сестры.
Форред держался уверенно и холодно, несмотря на обеспокоенный вид. Глаза его цвета жёлудя Арлы покрылись ледяной коркой, как реки в сентябре.
— Min heresk, все мы обеспокоены здоровьем unge Калисы. Наши лекари, очевидно, бессильны. Но мои дипломатические каналы позволяют обратиться к целителям из Святилища Утренней Росы на юго-западной границе наших земель. Они славятся умением лечить «огненные недуги» и странные лихорадки. Я могу организовать её безопасную поездку. Под личной охраной, разумеется. Это позволит и наследнице получить помощь, и нам — укрепить связи с этим влиятельным орденом.