Страница 24 из 71
Открыв заранее составленный дайджест, Лиза начала внимательно просматривать всю собранную об ожидаемом событии информацию. Повторила карту рассадки гостей, имена и краткую биографию всех, кто был приглашён на раут. Просмотрела цифры по прошлым пожертвованиям Tesser Group организации «От сердца к сердцу» — для поддержания беседы с её основателем. Уточнила графики. С Велижским хотели встретиться представитель госрегулятора и глава банка. Сам же гендиректор был заинтересован в общении исключительно с одним человеком: господином Филатовым, руководителем инвестиционного фонда — для привлечения средств в проект «Индустрия». Именно по «Индустрии» Лиза составляла презентацию. Документ должен был быть коротким, но ёмким. Запоминающимся, но не раскрывающим информацию, которую могли украсть конкуренты. И Лиза очень гордилась своей презентацией. Она получилась именно такой, как надо: 10 из 10.
Утром четверга Лиза проснулась в состоянии безотчётной тревоги. Что-то сжималось внутри, слишком быстро билось сердце. Не помог ни холодный душ, ни через силу съеденный бутерброд. В последние дни Лиза пыталась приучить себя регулярно завтракать, но получалось плохо. Каждый съеденный кусок рвался обратно.
День в офисе прошёл суматошно. Утром позвонила Софья. Кашляя так, что вибрировала трубка, она заявила между надсадными вздохами:
— Я беру больничный.
Все её обязанности секретаря легли на Лизины плечи.
К обеду Лиза знала, на сколько можно покидать приёмную, если не хочешь потом мчаться на звук требовательно разрывающегося телефона — не больше чем на пятнадцать минут.
И как много времени требуется, чтобы разобрать дневную порцию корреспонденции, которую каждое утро втаскивает в огромной коробке курьер — около трёх часов.
И как варить кофе для Велижского так, чтобы не пришлось переделывать восемь раз: свежемолотые зёрна, без сахара, без молока, температура воды строго девяносто один градус. Термометр шокированная Лиза обнаружила в специальном футляре в ящике стола Софьи. Здесь же лежал список предпочтений Велижского: никаких острых специй в еде, никаких газированных напитков, никаких синтетических тканей в офисе… Всего сорок девять пунктов. И внизу большими буквами, обведёнными красной ручкой: «Никаких опозданий».
Бегая из кабинета в кабинет с бесконечными поручениями, Лиза едва не пропустила момент, когда пора было отправляться на вечер, организованный благотворительным фондом. Сегодня она должна была сопровождать Велижского. Ради такого случая девушка даже одолжила вечерний наряд у Марины — платье тёмно-синего цвета длиной чуть ниже колена. Простое, без излишеств, но очень милое. Правда, из-за худобы, Лизе пришлось подколоть ткань булавками изнутри, чтобы не болталась так очевидно. Но в конечном счёте вышло неплохо. Туфли Лиза взяла свои — на небольшом квадратном каблуке. Немного старомодные, но зато удобнее шпилек. Она ведь шла работать, а не демонстрировать себя. Из украшений Лиза оставила только серьги — скромные гвоздики с крохотными бриллиантами, последний подарок Миши.
Грустно коснувшись серёг, Лиза взяла клатч, планшет и вышла в приёмную. Переодеваться ей пришлось в своём кабинете, зато так она сэкономила время и всё успела.
Дверь в кабинет генерального директора Tesser Group была распахнута настежь. Медленно приблизившись, Лиза увидела Константина стоящим перед зеркалом в полный рост. Быстрыми, умелыми движениями он завязывал галстук-бабочку.
Мужчина тоже переоделся. В классический смокинг. Цвет ткани был чёрным, но когда освещение падало под определённым углом — проявлялся сапфировый отлив.
«Надо же, — подумала Лиза, — не договариваясь, мы выбрали сочетающиеся наряды».
Невольно залюбовавшись этим мужчиной, который сейчас олицетворял собой торжество идеального вкуса и власть больших денег, Лиза не сразу заметила, что он не двигается.
Переведя взгляд на зеркало, девушка встретилась со взглядом зелёных глаз. Сегодня они казались очень светлыми, словно вода под слоем треснувшего по весне льда.
Почувствовав себя так, словно её застали за подглядыванием, она испуганно пробормотала:
— Извините, — и хотела уже скрыться, но Велижский вдруг тихо произнёс:
— Поправьте мне галстук.
Машинально кивнув, Лиза положила на кашемировый диван свои вещи и приблизилась к руководителю.
Опустив руки вдоль тела, он стоял, не шевелясь, ожидая, когда она подойдёт и сделает то, что ей приказали.
Подрагивающими пальцами взявшись за края бабочки, Лиза сделала петлю, в которую заправила один край, потом другой, с горечью подумав о том, что последний раз помогала с галстуком Мише.
Они тогда ходили на балет…
— Почему у вас такой грустный вид? Вас печалят бабочки? — поинтересовался Велижский, склонив голову к плечу. Непроизвольно вздрогнув и едва не выпустив галстук из пальцев, Лиза подняла голову.
Он всё это время следил за ней.
Натянуто улыбнулась, Лиза ответила:
— Нет, с бабочками у меня нет проблем.
— Я вижу, — ровным тоном произнёс директор. Но Лиза так и не поняла, что скрывалось за этой фразой: порицание, потому что она плохо справилась, или одобрение, потому что сделала именно то, что от неё хотели?
Бросив взгляд на часы, все те же, антикварные, которые были всегда на нём, Велижский заявил:
— Нам пора, — и первым направился к выходу.
Проводив его взглядом, Лиза подумала:
«Он не выглядит как человек, который принарядился к вечеру. Скорее, как мужчина, который всегда живёт так: благородно и элегантно. Просто периодически меняет фон».
Схватив сумочку, Лиза покинула его кабинет, не забыв тщательно притворить дверь.
К месту проведения мероприятия их доставил водитель. На этот раз, будто соблюдая некий негласный протокол, Велижский не стал распахивать дверь сам, а дождался, пока парень в костюме обойдёт авто и сделает это за него. Легко выбравшись наружу, Велижский развернулся к неловко выкарабкивающейся Лизе, пытающейся двигаться так, чтобы не расстегнуть и не уколоться потайными булавками, и протянул ей руку. Лиза уставилась на его ладонь, ощущая себя Евой, которую соблазняет сам дьявол.
— Госпожа Левицкая, — поторопил её Велижский, который, и она это знала, терпеть не мог ждать.
Ухватившись за его длинные, красивые пальцы, Лиза позволила достать себя из автомобиля, выпрямилась, одёрнула подол платья, пригладила волосы, и… поёжилась.
Они с Велижским вновь оказались непозволительно близко друг к другу.