Безупречное проклятье

Почти сразу дверь распахнулась, и в кабинет быстрым шагом вошёл мужчина. Около тридцати. Высокий, крупный, с густой бородой и весёлыми, светлыми глазами. Он чем-то напоминал медвежонка.

— Доброе утро, — поздоровался он приветливо. Скользнул заинтересованным взглядом по Елизавете и сконцентрировал всё своё внимание на руководстве.

— Игнат, познакомься, это мой новый помощник, Елизавета Левицкая. А это Игнат Орлов, наш операционный директор. Игнат, надо показать девушке компанию. Провести экскурсию, познакомить со всем, рассказать кто чем занимается.

— Сделаем, — с готовностью кивнул Игнат. — Сейчас?

— Да, — ответил Велижский, отворачиваясь к окну вместе с креслом.

— Тогда пойдём, — улыбнулся Лизе Игнат, сразу перейдя на «ты».

— Что с вашими штанами? — прозвучал вопрос, когда Лиза уже выходила следом за Орловым.

Девушка оцепенела, не в силах шелохнуться. Чуть повернув голову и скосив глаза, она увидела, что Велижский вернул кресло в исходное положение и теперь смотрел на её штанину, которая радовала взгляд большим мокрым пятном.

— Ни-ничего… — промямлила Лиза, вновь чувствуя себя бестолковой пятилеткой.

— Правда? — переспросил Константин, ставя локти на стол и укладывая подбородок на соединённые пальцы.

Лиза дёрнула головой, что, наверное, должно было означать «да». Но на самом деле она и сама не знала, что пыталась сказать.

— Ступайте, — разрешил Велижский, и Лиза как ошпаренная вылетела за порог. Щёки её горели огнём, руки тряслись.

Игнат, который шёл чуть впереди, любезно распахивая перед девушкой все двери, взглянул на неё с сочувствием.

— Шеф строгий, но справедливый. Не переживай. Ты привыкнешь. Всем поначалу трудно, а потом уходить не хотят. Восемьдесят процентов сотрудников работают здесь по пять лет и больше.

— Спасибо за поддержку, надеюсь, я смогу быстро… влиться в работу.

— Вообще, — почесал нос Игнат, — у нас есть система адаптации новых сотрудников. Даже специальный отдел для этого выделили.

— Но? — с подтекстом переспросила Лиза.

— Но такой подход не применяется к окружению топ-менеджмента.

— Почему?

— Потому на такие должности не попадают люди со стороны. Политика Tesser Group: растим руководителей внутри компании. Когда коллеги добираются до верхних позиций, им уже не нужна адаптация, они знают все процессы лучше, чем маму с папой.

— Но я не руководитель.

— Технически, нет, — поморщился Игнат. — Фактически — да. В твоей зоне ответственности контроль выполнения поручений CEO, а, значит, ты стоишь над другими директорами C-уровня. Имеешь право замещать генерального на встречах со стаффом. Контролировать выполнение ключевых проектов. Можешь посетить любой отдел с любым требованием. Но даже не это самое важное. Хотя у тебя нет подчинённых, ты единственная во всей компании имеешь непосредственный доступ к руководителю 24/7. Способна повлиять на итоговое решение, просто войдя в кабинет шефа в нужное время. В твоей власти выбирать, кто попадёт на встречу к Велижскому, а кто — нет. В условиях его чрезвычайного плотного графика и постоянно увеличивающейся нагрузки, это колоссальная власть. А ещё — колоссальное доверие. Именно личный помощник — человек, который знает о высшей управленческой лиге всё, — и Игнат вдруг подмигнул Лизе. — Ты — наш новый «серый кардинал».

Она шла рядом с Орловым по офису и думала.

Не про свою власть, а про пятно на штанине.

И хотя она уже не чувствовала мокрую ткань, но знала: пятно ещё там. Из головы никак не удавалось прогнать взгляд Велижского, с которым он изучал её ногу.

— На четвёртом этаже у нас технический департамент, — рассказывал Игнат, следуя длинным коридором, освещённым искусственной голубоватой подсветкой. — Отделы разработки, аналитики данных, тестирования, продуктового менеджмента, дизайна. В общем, «сердце» компании. Именно на четвёртом создаётся всё то, что потом тщательно охраняется. На втором — коммерческий и административный блоки. На третьем, кроме босса, сидят безопасники.

Они спустились по лестнице, огибая стайки людей, и вышли на первый этаж.

— Здесь у нас open space, — махнул рукой Игнат в сторону, где стояли яркие кресла, пуфы, столы и стулья, а записи делались прямо на стенах. — Но ты его уже видела, наверное.

Подняв голову, Лиза устремилась взгляд наверх, сквозь свободное пространство, мимо перекрытий и этажей, к стеклянной стене в кабинете Велижского.

И задержала дыхание.

Генеральный директор Tesser Group стоял за стеклом и глядел вниз.

Почему-то Лиза не сомневалась: он смотрел на неё.

Один удар сердца.

Два.

Три.

Велижский не спеша вынул руку из кармана, коснулся стёкла — и оно тотчас же почернело. Продолжил ли он стоять, наблюдая за ней, или сразу же ушёл — Лиза уже не знала. Но поспешила отойти так, чтобы между ней и этим мужчиной оказалось как можно больше преград.

«Бред какой-то, — подумала она, одёргивая саму себя, но чувствуя, как где-то в желудке зарождается странная дрожь. — Зачем ему за мной следить?».

— Вон там у нас библиотека, — Игнат, не замечающий состояния Лизы, махнул рукой куда-то вдаль. — Есть всё — от классики до профессиональной литературы. Рядом тренажёрный зал с душевыми, массажный кабинет, аудитории для тренингов и семинаров. Пойдём, покажу тебе столовую, — Игнат провёл Лизу вглубь первого этажа. — Штаб-квартира открыта всегда. Двадцать четыре часа в сутки здесь кто-нибудь да есть. Большинство отделов работают по стандартному графику, но разрабы — закоренелые «совы», любят пахать по ночам. Была у нас мысль установить здесь гамаки, но потом передумали. Ребят тогда вообще с работы не выгонишь. Если покажутся тебе грубыми — не принимай на свой счёт. Они со всеми такие.

— А по ночам здесь только разработчики? — как бы между делом спросила Лиза. — Или другие тоже остаются?

— Ну, — протянул Игнат, погладив бороду. — У всех бывает. Если в сроки не укладываются. Но директора задерживаются только если им шеф приказывает.

«Значит, Велижский тоже порой проводит ночь на работе», — подумала она.

Лиза и Игнат обошли ряд переговорных комнат для видеоконференций и вошли в просторное помещение, залитое дневным светом и заставленное радужными столиками. У дальней стены расположилась стойка раздачи, от которой по всему залу разносились приятные ароматы вкусной еды.