Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 18 из 72

Маша прочитала объявление три раза. Потом открыла папку со своими эскизами. На флешке у неё хранились сотни файлов, накопленных за годы. Платья, костюмы, пальто, блузы. Женская линия, детская, даже несколько мужских моделей, которые она рисовала просто для интереса.

«Ты можешь попробовать», — сказала она себе. — «Худшее, что случится — тебе откажут. Лучшее — ты получишь работу мечты».

И с решительным видом начала составлять письмо.

Ровно в девять пятнадцать дверь кабинета открылась, и на пороге появился Котов.

Он был в тёмно-сером костюме, свежий, выбритый, пахнущий дорогим парфюмом. Взгляд его скользнул по приёмной — и остановился на Маше.

Она подняла голову.

— Доброе утро, Сергей Александрович, — сказала она ровным голосом.

Он смотрел на неё несколько секунд, но так и не сказав ни слова, кивнул — коротко, как в магазине — и скрылся в кабинете.

Маша выдохнула. Она не ждала комплиментов. Но и равнодушие не обидело. Она делала это для себя. Не для него.

* * *

В кабинете Котов сел в кресло, откинулся на спинку и закрыл глаза.

Белая блузка. Чёрная юбка. Волосы, убранные в хвост. Тонкая шея. Идеальная грудь.

Она была… красивой.

Он не хотел этого признавать. Не хотел замечать. Но она была красивой. Даже без новых платьев она преобразилась. И он, чёрт возьми, заметил это сразу.

— Мышкина, — позвал он.

— Да? — голос из приёмной.

— Кофе.

— Сейчас сделаю.

Она вошла через минуту, поставила чашку на стол. Глаза смотрели на него спокойно.

— Вы сегодня рано, — заметил Котов.

— Были дела до работы, — коротко ответила Маша.

— Какие?

— Личные, — отрезала она. — Разрешите идти?

Он хотел спросить ещё что-то, но передумал. Кивнул.

Маша вышла, закрыв за собой дверь.

Котов сделал глоток кофе и понял, что улыбается.

— Личные дела, — повторил он вслух. — Ну-ну.

Он взял телефон и набрал сообщение Игорю: «Принеси мне список кандидатов на вакансию дизайнера. Уже есть кто-то из внутренних?»

Игорь ответил через минуту: «Пока три внешних кандидата. Из внутренних — никто не подавал».