Страница 14 из 72
Маша почувствовала, как щёки заливает румянец. Она никогда не была в такой ситуации. Никогда.
— До свидания, — выдохнула она.
Марко отпустил её руку, кивнул и направился к выходу. Котов пошёл его провожать — до лифта, наверное.
Маша осталась одна. Посмотрела на свою руку — там, где губы итальянца коснулись пальцев кожа горела.
Она услышала, как закрылась дверь лифта, и через минуту в приёмную вернулся Котов. Он шёл быстро, не глядя на неё, и уже взялся за ручку двери своего кабинета.
Маша подняла голову и посмотрела ему в спину.
И в этот момент, он обернулся, и они встретились взглядом.
В его глазах горело пламя.
Живое, опасное пламя. Не ледяной огонь, который сверкал в первый день, а горячая ярость. Или что-то ещё, чему Маша боялась дать название.
Она замерла, приоткрыв рот.
Но Котов быстро взял себя в руки. Моргнул — и пламя погасло. Осталась только холодная, непроницаемая маска.
— Хорошо сработано, Мышкина, — бросил он и скрылся в кабинете.
Дверь за ним захлопнулась с громким щелчком.
Маша сидела, глядя на закрытую дверь, и не могла пошевелиться.
Что это было? Почему он так на неё посмотрел? Почему его взгляд обжёг её сильнее, чем поцелуй итальянца?
Она открыла ежедневник, опять посмотрела на эскиз мужского профиля.
— Нет, — сказала она вслух. — Нет, Маша, не смей. Он твой начальник. Он назвал тебя пугалом. Он ждёт не дождётся, когда сможет тебя уволить. А Марко… Марко добрый, красивый, и он видит в тебе женщину.