Страница 73 из 94
— Это был разгром. Среди судей оказался Такеши Онидзира… Чёртов старик обожает удон. Он открыл более двух тысяч лапшичных по всему миру. И, конечно же, весы склонились в сторону Волгина. Ему почёт и пятнадцатое место в Совете Элит. А со мной перестали здороваться на целых полгода, пока я не начала бросать вызовы тем номерам, кто был выше. За три месяца я отвоевала восемнадцатое, семнадцатое и шестнадцатое места. А в конце весеннего фестиваля просто размазала Волгина в лепёшку…
— Какая потрясающая история! И это всё за первый курс?
— Ага.
— Тогда не совсем понимаю. А почему вы прошли Амелию на грани?
— Они выбрали японскую кухню. — тяжко вздохнув, ответила Леночка: — Мы с Лерой специализируемся совсем на другом. И наших знаний банально не хватало! А ребята… Так и вовсе вылетели. Но не потому, что плохо приготовили. А потому что не смогли найти хорошие ингредиенты за две недели.
— Как так?
— В японской кухне много сырых ингредиентов. Привезти рыбу и морских гадов так, чтобы они были ВЫСОЧАЙШЕГО качества — это надо либо очень заранее заказывать, либо подключать невероятное количество связей.
— Да, емаё! Вы же аристократы⁈
— Ну, знаешь, Дерек… Аристократы тоже бывают разные. Мы не равны. Ресторанный бизнес не терпит компромиссов или условностей. Каждый шеф должен ОБЯЗАТЕЛЬНО озаботиться доставкой ЛУЧШИХ продуктов. Делать что-то из ингредиентов из «Шестёрочки» — не выйдет. Потому что, это не ресторанный уровень. Такова суровая реальность Харитоновки. Поэтому поговорите с Дядей Рубеном. У него явно много друзей в этом бизнесе. Пускай готовится вам помогать.
— Да, с этим разберёмся чуть позже.
— Обязательно! Потому что, Амелия может на вкус определить, сколько по времени рыба лежала в холодильнике. — заключила Лера: — Так что, это просто дружеский совет на тему того, с чем вам придётся столкнуться.
— Кстати, да. — Колян тоже сел за стол: — Дядя Рубен создал легендарную шашлычку не только благодаря своему мастерству, но и за счёт лучших продуктов. Этого у него не отнять! Я нежнее свиной шеи никогда не видел. А мы с Дереком частенько ходили на разведку и в рестораны… И в другие специфические заведения с восточной кухней. Разница была… Мягко так скажем — небо и земля.
— Вот я про что и говорю. Хотите удовлетворить Амелию? Запасайтесь связями. Ибо, что взбредёт судьям на отборочных турах и экзаменах — сам Бог не знает. — разведя руками, произнесла Глава студсовета.
— Но мы же тут будем не просто сражаться с другими студентами? Тут же ещё и учёба, так? — с надеждой в голосе произнёс мой проводник.
— Хех… Ну, посмотрим, как много всего вы узнаете до Сочи. — усмехнулась Леночка: — Да, ваш уровень вырастет. Вне всяких сомнений! Но тем не менее — судьи любят «сюрпризы». Прямо, как с японской кухней, которой за весь первый курс было посвящено… занятий пять?
— Так! — Наташа с громким чпоком открыла бутылку «компотика»: — Говорить о проблемах и трудностях будете завтра! А сейчас — пора начинать вечеринку! Настя! Наливай!!!
— ДА-А!!! — хором ответили мы.
После того, как все стаканы были полны, Лера тут же поднялась и торжественно объявила:
— Друзья! В этот прекрасный день мы не только встретили наших новых членов семьи «Полярной совы». Но и открыли следующую ПРЕКРАСНУЮ страничку нашей юности. Так, давайте же начнём этот учебный год так, чтобы вся Харитоновка содрогнулась от талантов «Полярной совы»! КАМПАЙ!!!
— КАМПАЙ!!!
А «компотик» оказался действительно очень лёгким. Кислинка приглушала острый привкус алкоголя. Я думаю, что здесь градусов семь. Нет, чуть-чуть выше. Потому что сладость явно маскировала часть «спиртуозности».
— Здорово! В общем, Наташа. Тебе за это отдельный респект! Делать алкоголь, который и накрывает мягко и пьётся легко — это истинный талант. — похвалил я.
— Действительно… Это тебе не питерские настойки Хуана. — согласился Колян.
— Ой, мальчики… Вы меня захваливаете… — слегка смутившись, ответила Наташа.
— Эй! Попробуйте закуски! — Настюша подсунула нам нарезанные помидоры с приправой: — Это я вырастила во дворике «Полярной совы».
— Ого! — вкус помидоров был настолько кисло-сладким и одновременно нежным, что я, как будто улетел в Италию. Свежесть овощей! Пицца. Паста. Лазанья… Всё это перемешалось в одном мощном, но в тоже время ласковым помидорным вкусом: — Идеальная кислинка… А потом сладость.
— О, я три года потратила, чтобы их вывести. — гордо отозвалась рыжуля.
— Ну, и мясо! Мясо попробуйте! — Валентин придвинул к нам с Коляном свою бастурму.
Обычно, сушеное мясо было жёстким, и специи слишком резко били по вкусовым рецепторам. Но это…
Во-первых, едва попав на язык, кусочек разваливался, заволакивая всё мягким солёным привкусом. Во-вторых — специи не спешили атаковать.
Они, словно штурмовая бригада спецназа — знала точное время, когда наступать.
— В АТАКУ!!! — гаркнул Генерал Чили, и огромная армия Пяти Перечных Королевств пошла в наступление.
— Невероятно! Как это… Спокойно, но в тоже время чётко и ярко! — удивился Колян.
— Ну, да. Я потратил на изучение сушки мяса почти четыре года. Теперь мой Хамон не отличить от забугорного. — гордо ответил Валентин.
— Лангустинчики… Вот… — Сережа несмело поставил перед нами тарелку с прекрасными лангустинами с лимонными дольками и коричневатым соусом.
Стоило мне его попробовать, как нежнейшее филе ракообразного тут же сливалось с…
— Это не соус!!! — я был в шоке: — Это крем-суп…
— Всё верно. — улыбнулся очкарик: — Биск из панцирей ракообразных. Я готовил его три часа! Кто-то скажет, что это долго… Но, как по мне…
— Идеальная вкусовая бомба из ракообразных! А как она раскрывает нежные шейки лангустинов… — я жадно всё проглотил и взял тончайший кусочек лимона: — Да, ладно⁈ Лимон Мейера⁈
— Ага. Его считают самым «не кислым» среди лимонов. К тому же, у него очень освежающий вкус.
— И хочется есть ещё и ещё… — я был поражён до глубины души.
Ребята в гимназии явно времени зря не теряли.
Так за дегустацией разных блюд от жителей «Полярной совы», мы не заметили, как подкрался вечер.
А ещё не заметили, что вишневый сок из упаковки так и не был открыт…
— Друг… — рядом со мной сидел не Серёжа, а совершенно другой человек. Да, всё те же огромные очки и идеально уложенные чёрные волосы. Но вот всё остальное: — А ты когда-нибудь… видел женские сисечки?