Это несерьезно

Внутри меня словно обрывается последняя, натянутая до предела струна. Запас моего терпения на сегодня исчерпан до дна.

Я молча сжимаю челюсти. Не сказав больше ни слова, разворачиваюсь, беру с консоли ключи от машины, которые бросил туда всего пару минут назад, и выхожу из квартиры.

* * *

До нашего с Марго официального пентхауса я доехал на автопилоте.

Провернул ключ в замке. В квартире было тихо, горел только приглушенный свет в просторной гостиной. Я скинул куртку, стянул ботинки и на негнущихся ногах пошел на свет, мечтая только об одном — добраться до бара, налить себе двойного виски и отключиться.

Но на пороге гостиной я замер.

Марго сидела прямо на пушистом ковре перед диваном, скрестив ноги по-турецки. На ней были простые домашние штаны и безразмерная футболка. А прямо перед ней, на стеклянном кофейном столике, стояла запечатанная бутылка дорогого красного вина.

Услышав мои шаги, она подняла голову. В ее глазах промелькнуло абсолютно искреннее удивление — и не зря, обычно в такие дни я дома не ночевал.

— А ты чего тут?

Я оперся плечом о дверной косяк, скрестив руки на груди, и кивнул на бутылку.

— Снова гипнотизируешь стекло? Как успехи?

Рита перевела взгляд на вино, задумчиво прикусив губу.

— Увидела ее в винотеке и не смогла пройти мимо. Это очень вкусное вино, Артур. Прямо очень.

Я молча прошел в комнату. Обогнул столик и тяжело опустился на ковер рядом с ней.

Сука, как же болела голова.

Боль пульсировала в висках, отдавая в затылок с каждым ударом сердца.

Я бессильно откинул голову назад, на сиденье кожаного дивана, закрыл глаза и принялся с силой массировать виски кончиками пальцев.

Краем уха я услышал, как зашуршала ткань. Диван за моей спиной чуть прогнулся — Рита пересела с пола на край мягкого сиденья.

А в следующую секунду ее прохладные, уверенные пальцы легли мне на лоб. Она мягко убрала мои руки и сама принялась массировать мои виски, зарываясь пальцами в волосы.

— Может, к врачу обратишься? Давно болит уже.

— Я знаю, от чего болит, Марго. Ничего нового они мне не скажут. Стресс, недосып, нервы. Стандартный диагноз.

Она не ответила, продолжая делать свою магию. Мы посидели так пару минут в абсолютной, комфортной тишине, нарушаемой только гудением кондиционера.

Я приоткрыл один глаз, посмотрел на запечатанную бутылку на столе, потом перевел взгляд на Риту.

— Тебе открыть вино?

Она замерла. Ее руки остановились.

— А ты… останешься? — неуверенно, почти осторожно спросила она, глядя на меня сверху вниз.

— Да.

Лицо Марго мгновенно преобразилось. Усталая тень исчезла, губы расплылись в широкой, облегченной улыбке. Она резво подскочила с дивана и умчалась на кухню, сверкая голыми пятками. Через полминуты она вернулась, плюхнулась на ковер напротив меня и торжественно протянула мне штопор.

— Сто лет его не пила, — призналась она, наблюдая за тем, как я ловко вкручиваю спираль в пробку.

Тихий хлопок — и по комнате поплыл терпкий аромат рубинового напитка. Я взял бокал из ее рук и щедро плеснул туда вина.

— Если хочешь выпить, Марго, просто скажи. И я останусь. Помнишь, мы напарники?

Она фыркнула, закатив глаза.

— Вот еще чего. У тебя и так забот выше крыши, еще свои хотелки и загоны на тебя сваливать. Обойдешься.

Она поднесла бокал к губам, сделала большой глоток, закрыла глаза и тихо, абсолютно искренне простонала от удовольствия.

Я смотрел на ее расслабленное лицо, на то, как она легко принимает мою помощь и не пытается выносить мне мозг, и в голове сама собой мелькнула горькая мысль:

«Вот бы твое понимание, да Тасе в голову»

. Никаких истерик. Никаких претензий. Просто два уставших человека, которые дают друг другу передышку.

— Расскажешь, что у тебя случилось, что выпить захотелось?

Утренняя сцена в душевой всё еще стояла у меня перед глазами.

Марго открыла глаза. Она снова перебралась на диван, подтянула колени к груди и откинулась на спинку, устраиваясь поудобнее.

— Не-а. Расслабь свой мозг, Воронцов. А ты? Расскажешь, чего пришел вдруг, а не остался там?

— Нет.

— Вот и супер, — она довольно улыбнулась и потянулась за пультом от телевизора, лежащим на краю стола. — Обожаю наши откровенные разговоры. Тогда фильм?

Экран плазмы вспыхнул. Я протянул руку и забрал из ее пальцев бокал и тоже сделал глоток. Вино и правда было охренительным.

— Опять Дэдпул? — усмехнулся, глядя на знакомые красные титры на экране.

Марго забрала у меня бокал, удобно устраиваясь на диване и подпирая щеку рукой.

— Снова, Артурчик. Снова.