Страница 3 из 107
2. Болотный пролог
А ведь мама предупреждала. Нет, не о том, конечно, что злобные инопланетяне похищают детей. Особенно маленьких девочек. Затаскивают щупальцами в свою летающую тарелку, а там творят разные научно-инопланетные гадости. Конечно, мама об этом не предупреждала. Ещё бы! Серьёзная мама – зубной врач, между прочим – и станет болтать всяческую ерунду, как какой-нибудь телевизор. Серьёзная мама, зубной врач Нина Марковна, она об инопланетянах говорила вскользь: «Хи-хи, инопланетяне, они такие…» В общем, не верила серьёзная мама Нина Марковна Дубровина в инопланетян всяких. Потому о них не предупреждала.
Зато она часто предупреждала о Болоте. Ещё бы! То ж БОЛОТО! Оно такое, понимаете… «Туда, на Болото, детёныши вы мои, не шастать. Я ясно выражаюсь, детки мои шаловливые? Учтите! Узнаю… Я вам… Зубы запломбирую, вот!» Зубы, это серьёзно. Тем более услышать такое от серьёзного зубного врача Дубровиной Нины Марковны.
Однако ж, какое оно болото? Тем более Болото? И уж вовсе и не БОЛОТО, какое-то? Так себе, озерцо же, если присмотреться, а тем более подойти и поплескать. Серьёзной маме Нине Марковне, конечно же, ни-ни. Ну, озерцо. Маленькое даже, озёрышко. И всё в камышах. Поплавать тут уж никак не выйдет. И ни топей, ни трясин, там всяких. Ничего такого. Одна глина… Глина эта… Кто ж знал, что всё из-за глины будет? Никто ведь не знал, не ведал. А всё из-за неё, как оказалось.
Говорят, что лучше человеческих рук природа ничего не придумала. В плане проделывания сложной работы, понятное дело. Хотя, есть там конечно всяческие паучки – плетут тонюсенькую паутинку так, что засмотришься. Лапками – бжик-бжик – быстро-быстро перебирают – и вот тебе уже дорога для паучка. С потолка к подоконнику и обратно. Однако человеческая рука, она всё же похитрее будет. Разнообразней по исполнимым действиям. Может и каменюку ОТА-КУЩУЮ запульнуть, а может и тончайшую пружинку – с ту паутинку толщиной – в часах с микронной точностью установить. Но вот сейчас ученица из 6-го «Б» школы № 22 Кассандра Дубровина наблюдало нечто куда-лучшее. Открывши рот наблюдала. Вот это были РУКИ! РУЧИЩИ, руки, рученьки и ручюлючки. Всё в одном флаконе. Одновременно!
Тут бы Кассандре догадаться, что такие руки у нас на Земле не произрастают. Отродясь тут таковых не видывали, а кабы видывали б, то в легендах и сказках давно-давненько б описали, в красках и восхищёнными прилагательными. Руки-ручищи-рученьки принадлежали дядечке и без того подозрительному. Уже потому, что в шляпе. Кто ж в чёрной шляпе ходить среди дивно-жаркого городского лета? Подозрительно ж, верно? Да ещё если шляпа надвинута на глаза. Да так надвинута, что и глаз-то не видно. А на глазах, к тому же, очки. Очки сами по себе странные, с телескопиками какими-то выдвижными. Но где тут очки хоть какие рассматривать, если… Следите за руками!
Руки устроены таким образом… Или примерно таким, потому что не рассмотреть. Быстрые они – руки. Пальцы чего-то перебирают так, что не успеешь приглядеться. Настолько быстро шевелятся, что не получается пересчитать. Пальцы, в смысле. Вот значит… Указательный, средний, безымянный… Ой, сбилась уже. Итак… Указательный, большой… Или?.. Ой! Или два больших?! Может и три. По новой, значит. Мизинец, безымянный… или может второй мизинец? Третий? Фух!
Зато хорошо видно, что эти все двойные мизинцы и тройные указательные перебирают и мнут. Руки, кстати, две – левая, правая – как положено. И вот эти руки мнут и лепят ту самую, никому не нужную, болотную глину. Чем-то она – глина – им – рукам – жутко приглянулась. Так вот, руки две, а пальцев не посчитать сколечко. И самое интересное! Ладно, там, не посчитать. Пальцы-то не ногтями вовсе какими-то заканчиваются. Пальцы эти… Они вообще не заканчиваются.
В общем, каждый палец – он – что уменьшенная рука, потому как из каждого пальца, в свою очередь растут ещё пальцы. Причём, из каждого помногу. То есть, из указательного, лезут на конце маленькие указательные, и средние, и безымянные, и большие, и мизинцы. В большом количестве, причём. А самое главное, если присмотреться, то из этих новых пальчиков, как раз там, где в нормально-привычных пальцах все аккуратно прикрыто ногтями, торчат ещё пальцы. Или уже пальчики. Снова в большом количестве. А ногти, между прочим, на пальцах-то вроде есть. Только они откинуты вверх, как капот у автомашины. Ну, а из этих пальцев-капотов – господи-боже – торчат ещё пальцы.
В общем, как в дурной бесконечности. Из ПАЛЬЦЕВ, или РУКО-ПАЛЬЦЕВ торчат пальчики – руко-пальчики, из тех, в свою очередь, ещё пальчушечки – руко-пальчушечки. Там уже, из-под откинутых ноготков-капотов ещё малюсенькие – не разглядеть – руко-пальчунечьки. А уж там… Мама, дорогая Нина Марковна, о таком не рассказывала!
И ведь вся эта дурная бесконечность пальчиков двигается. Причем, чем мельче пальчики, тем быстрее шевелятся. Лепят. Вот левая рука перестает лепить, на мгновение отрывается от работы, движется как лопата куда-то вниз. Ага! Ухватывает большущих комок мокрой глины, тут же тащит вверх. Причем пока она это делает, все пальчики, пальчушечки, и ещё многочисленные – не сосчитать – пальчунечки – быстренько так под свои ногти-капотики втягиваются, капотики захлопываются. И ручища сама собой, как обычная человеческая… Или почти человеческая, потому как пальцев не сосчитать… гребёт эту глину, что тот бульдозер. Потом – бух! Аккуратненько куда-то в общую кучу приклеивает, и тут же ногти-капоты – щёлк-щёлк – только неслышно – приоткрываются, а оттуда… А оттуда следующие поменьше, там свои капотики – прык-прык – откупориваются. Оттуда ещё, дальше больше. Не посчитать сколько пальцев с ногтями-капотами первично, а уж когда плодиться начинают, да ещё чем мельче, тем быстрее, то вообще не объять.
Кассандра, ученица 6-го «Б» математику-то в школе осваивать начала, но какая тут математика? Тут никаких арифметик не хватит, чтобы само количество уменьшений пальце-рук пересчитать. Да и вообще. Мало того, что чем мельче, тем быстрее шевелятся и лепят. Так лепят, что даже не мелькают, а попросту мерцание перед глазами. Похоже на крылья у пчёлки, пока парит. Есть крылья – нет их вовсе – не поймёшь, пока не сядет, не сложит. Вот так и здесь.
И ведь главное – все время лепят. Большие руки время от времени загребают: вон уже целых две ямищи в глинистом берегу вырыли по сторонам странного дядечки, а потом вместе со всем своим выводком пальцев и пальчушечек лепят. И что лепят? ЧТО ЛЕПЯТ?