Страница 4 из 43
Сегодня же луна была почти полной. Березы, которые днем казались светлыми и сквозистыми, сейчас напоминали траурное кружево. Погост был старым. Едва ли не старше самой академии, а потому место, как говорила мама, настоялось. Пропиталось духом смерти, оттого и связь меж миром живых и мертвых здесь была чуть тоньше.
Отыскав ровный пятачок, я расстелила на нем платок с вычерченной матушкиной рукой ритуальной пентаграммой и рунами, которые были напитаны маминой же силой. Разложила по углам лучей амулеты, поставила чуть подальше заготовленные свечи. В центр рисунка водрузила бабулин череп и кольцо.
Сверилась с украденной книгой. Не столько чтобы что-то сопоставить, сколько успокоить себя.
А потом активировала первый из амулетов.
Тотчас тот послал импульс ко второму, третьему, и так по цепочке зажглись все. А после разом вспыхнули, и соловей, заливавшийся в кустах, вдруг заглох. И, кажется, с ветки что-то тотчас упало..
А в следующий миг вокруг черепа закрутилась воронка пламени, и из самой ее сердцевины ко мне пришел песец. Полный. Большой.
Он же — бабуля собственной персоной, ибо нормального человекоподобного облика у моей родственницы не было. Его у нее сперли. Демоны, которых оказалось гораздо более одного, в теле тщедушного мужичка, разводившего пушнину на воротники и покупателей на деньги, когда выдавал шкурку сурка под видом соболей. И вот в такого-то торгаша исчадия пекла и подселились целым кагалом. И, когда Брунгильда Кавацевич выбила их из разводилы (в том числе и кулаками), темные накинулись уже на нее скопом, едва не выпив всю душу. Но бабуля выстояла в этой схватке, отправила рогатых гадов обратно в преисподнюю, а потом, чтобы ее разодранная в клочья душа не распалась на части и смогла заполнить собой тела, втянула в себя дух того, кто был ближе всего. Песца. Только отчего-то он в эфемерной форме из белого и пушистого превратился в пламенного. Не иначе из-за характера бабули, которая была не женщина — огонь.
Вот и песец тоже вышел не простой, а весь в сполохах пламени. Ну и размером с теленка — если в зримой форме. Ее бабуля, к слову, больше уважала, чем невидимую, когда слышен лишь голос духа. Хотя папа до сих пор вздрагивал при виде огненной на важных семейных собраниях, на которые мама звала и бабулю (смерть — не повод не участвовать в жизни родни!) с того света. А дедушка, первый десяток лет после смерти любимой Брунгильды все никак не мог принять ее новый призрачный облик. Ибо у всех призраки как призраки, а у нас — песец. Огненный. Но лучше так, чем вовсе развеянная душа.
Кстати, торговец пушниной после спасения перешел на садоводство. То ли потому, что овощного просветления достиг, то ли потому, что звери во время изгнания демонов тоже того.. Самоизгнались из клеток, когда те попадали и открылись. Случайно. Все.