Страница 25 из 915
Скоро я погрузилась в некое подобие полусна, хотя пока улавливала обрывки приглушенных разговоров, отдаленный шум моря и тяжелое дыхание Спира. Однако постепенно сознание все больше уплывало, и наконец убаюкивающий ритм прибоя нарушило прерывистое дыхание отца. Вздыбившаяся волна наполнила рот соленой влагой. Одежда на мгновение надулась, но в теплый карман между кожей и тканью быстро просочилась морская вода, и холод начал пробирать до самых костей.
– Где она? – раздался рядом чей-то неуверенный голос.
– Тише. Кто-нибудь может услышать, – из глубины сознания прошипела мама. В ее словах не было ни капли сочувствия.
Над водой возникла чья-то незнакомая рука, пальцы вцепились мне в череп и принялись давить, медленно поворачивая мою голову, как крышку банки. Соленые волны текли по щекам будто слезы, желудок скрутило, к горлу подступила тошнота. Потом я снова погрузилась в море с головой, попыталась закричать, но вода хлынула в рот…
– Хватит! – прошептала мама и стиснула мою руку. – Урсула, перестань. – Открыв глаза, я увидела ее на фоне окружающей ночи. – Проснись, девочка. А то тебя примут за сумасшедшую!
– Мама, где я? Меня пытаются утопить.
– Успокойся. Или хочешь, чтоб тебя и впрямь посчитали безумной? – Она обвела взглядом лежащие вокруг тела наших спутников.
– Безумной, как шляпник, – пробормотал Ангел, не открывая глаз. – Так обычно говорят. – Судя по виду, он пока не проснулся.
– Ее здесь нет, – раздался в наступившей тишине еще один мужской голос. – Где она? – В словах сквозило отчаяние.
Мама подалась вперед, и в неровном свете угасающего костра на ее лице мелькнули ярость и страх.
– Ее здесь нет, – продолжил тот же мужчина, и я узнала Спира. Он уже очнулся и теперь, стоя поодаль, вглядывался в пустынное поле. – Где она? Где моя жена?
Ему никто не ответил.
– Он только сейчас сообразил? – пробормотала проснувшаяся тетя Шарлотта.
Сердце испуганной птицей затрепетало в груди. Перед глазами все еще маячили руки, толкающие под воду мою голову. На виске выступила капля холодного пота и покатилась вниз по щеке. Я поспешно стерла ее рукавом кофты, но это движение не укрылось от маминых глаз.
– Где она? – с неприкрытой болью в голосе вновь спросил Спир. Сбитый с толку, он стиснул кулаки. Те ли это руки, что утопили зеленоглазую женщину? И кто она была? Его жена? Хотя отчаяние Спира казалось неподдельным, не исключено, что за ним крылось нечто большее, к примеру, сожаление.
Поднявшись на ноги, мама деловито отряхнула брюки.
– Ваша жена пока не появлялась, – заявила она непререкаемым бесстрастным тоном банковского менеджера, отказывающего клиенту в кредите.
Спир окинул ее диким взглядом и, плотно сжав губы, подошел ближе к нам. При виде его сильных, сжатых в кулаки рук перед внутренним взором вновь всплыли зеленые глаза и посмотрели на меня из обманчивых морских вод. Определенно, это была его жена, Нелл. И последнее, что она видела перед тем как сгинуть, – мое лицо.
– Стойте! Сейчас же остановитесь! – велела мама. – Мы не знаем, где ваша жена. Зачем нам это скрывать?
Спир замер, затем, не глядя ни на кого из нас, медленно опустился на колени. С его губ на траву упала тонкая, прозрачная ниточка слюны.
– Она все, что у меня есть…
– Успокойся, чувак, не будь эгоистом. – Тихие слова Ангела прозвучали совершенно неуместно. – Все мы свободны духом.
Спир поднял голову и вполне осмысленно взглянул на Ангела.
– Что ты сказал?
Ангел самодовольно улыбнулся.
– Никто никому не принадлежит, чувак. Мы все свободны.
– О чем ты?
– О твоей жене… Ну, когда мы встретились на острове…
Тетя Шарлотта взглянула на него с внезапным интересом.
– На Ибице? Или на Занзибаре?
– Нет, на острове Уайт. – По губам Ангела скользнула неприятная улыбка. – Был праздник, чувак, ну и… скажем, ее привлекли мои любовные амулеты. – Он приподнял продолговатый испачканный в грязи флакон с серебристой жидкостью, висевший у него на шее. Жена Спира носила почти такой же – как две капли воды похожий на тот, который Ангел совсем недавно подарил скорбящей Джесс.
В считаные секунды Спир оказался рядом и повалил Ангела на песок. Все тут же встрепенулись, но приблизиться не посмели.
– Нет!
– Перестаньте!
– Нет, хватит…
Протестующие крики зазвучали со всех сторон, однако Ангел и Спир, схлестнувшись друг с другом, ничего вокруг не замечали. Отведя руку назад, Спир сжал кулак и вмазал Ангелу по лицу. Судя по всему, удар истощил его силы, и бедолага распростерся поперек противника, уткнув кулак в траву.
Ангел уставился на него безумным взглядом, а после, охваченный слепой яростью, несколько раз пнул Спира ногой, как бездомную собаку. Тот откатился назад и застыл возле угасающего костра. Лунный свет, падая на лица мужчин, придавал им странный металлический оттенок, отчего оба казались не совсем реальными. Спир, лежавший в круге тусклого света, походил на сломленного, измученного зверя. Съежившись в слабой попытке защититься, он обхватил руками колени и выплюнул изо рта темный сгусток крови, который черной липкой лужицей растекся по земле.
– Ты чокнутый, чувак. Совсем сбрендил! – Ангел со смехом вскочил на ноги и, покачнувшись, как будто внезапно опьянел, судорожно задергал руками.
– Во что ты, черт возьми, играешь? – Мирабель толкнула Ангела в грудь, и он боком повалился на землю, словно от него не осталось ничего, кроме хрупкой оболочки.
– Что это с ним? – повернулась ко мне тетя Шарлотта.
Я пожала плечами. Ангел пошевелился и, схватившись за голову, истошно завопил.
– Да я едва до тебя дотронулась, – вздохнула Мирабель.
– Я ничего не вижу! – Ангел прижал пальцы к вискам и судорожно затрясся всем телом, как будто по нему проходил электрический разряд.
Тетя Шарлотта склонилась над ним.
– У него глаза налились кро…
Ангел сильно закашлялся и сплюнул прямо ей в лицо, а после рухнул навзничь и потерял сознание.
Тетя Шарлотта застыла на несколько долгих секунд, затем медленно выпрямилась и, ни на кого не глядя, под ритмичный шорох волн скрылась в темноте.